Предыдущая часть:
Даша уже привыкла к подобным высказываниям и не обиделась на знакомую Наташи — тем более в голосе же было скрытое сочувствие. Ирина Леонидовна развернулась и зацокала каблучками по коридору.
Дарья тоскливо смотрела ей вслед и думала, что давно ушли в небытие времена, когда она тоже покупала эксклюзивные наряды. Воображение молодой женщины разыгралось, и она представила, какими лицами будут на неё смотреть надменные индюшки типа Валерии Лутовой, если она, Даша Лебедева, предстанет в таком наряде.
Женщина рассмеялась. Неожиданно за спиной раздался голос Валерии:
— Смеющаяся уборщица — только в нашей компании можно такое встретить! Эй, с ведром, отойди в сторону! Не видишь, кто идёт?
Уборщица попятилась, но вся контора замерла. Однако Лутова не уходила: по её выражению лица несложно было догадаться, что она горит желанием устроить ещё одно маленькое представление.
Дарья молча направилась прочь, но Валерия бросилась следом за ней:
— Эй, я к тебе обращаюсь! Тебя разве не учили, как вести себя с приличными людьми?
Даше очень хотелось выплеснуть содержимое ведра прямо в надменную физиономию этой молодой выскочки, но в тот миг, когда желание достигло предела, в коридоре показался мужчина, которого она видела ранее. То, что произошло дальше, можно было назвать настоящей фантастикой.
Валерия мгновенно вытянулась в струнку и с подобострастной улыбкой пропела:
— Доброе утро, Константин Матвеевич! Вы сегодня так рано!
Мужчина остановился и холодно оглядел её.
— Доброе оно не для всех. Опять цирк устраиваешь? Я же предупреждал: здесь не театр, чтобы комедии на потеху публике разыгрывать. Ещё одна такая выходка — и я всё расскажу твоему отцу.
Лутова взмолилась, чуть не складываясь пополам:
— Константин Матвеевич, только не это! Честное слово, больше не буду!
Генеральный директор — а это был именно он — едва заметно улыбнулся уголком губ.
— Учти, в последний раз тебя прощаю.
Затем он перевёл взгляд на Дашу и неожиданно добавил:
— Извините, что помешали вам работать.
Впервые в жизни Дарья слышала слова извинения от начальника. Это так её ошеломило, что она застыла на месте, лишь успев подумать: «Надо обязательно рассказать Наташке — вот она удивится!»
Закончив уборку, Даша Лебедева направилась прямиком к рынку, где находился бутик Натальи Климовой. Подруга гордилась своей «лавкой нарядов», хотя давно назрела необходимость расширения: место было золотым, посещаемость даже в будни зашкаливала, и маленький магазин одежды приносил стабильный доход.
Даша с шумом ворвалась в павильон.
— Наташка! Мне нужно тебе такое рассказать!
Климова в этот момент оформляла документы и бросила на подругу строгий взгляд.
— Даша, не ори, не на базаре! Всех клиентов перепугаешь!
Лебедева залилась хохотом.
— Пощади, нельзя так смешить человека!
Наталья сначала не поняла причины такого веселья, а потом до неё дошло, и она тоже рассмеялась.
— Дашуля, ты права, получился классный перл. Иногда я и правда забываю, где нахожусь.
Даша мечтательно обвела взглядом ряды вешалок с яркой одеждой.
— Хотелось бы мне оказаться на твоём месте… В таком окружении жизнь кажется совсем другой.
Наталья уловила тоску в голосе подруги и тут же предложила:
— Даша, хочешь взглянуть на новую коллекцию? Свежак только позавчера привезли!
Азарт хозяйки передался и гостье. Она тут же потащила Дашу к стеллажам.
— Дура ты, Даша! Неважно, кто ты снаружи, важно, что в душе. А женщина всегда остаётся женщиной — независимо от социального статуса. Иди, наслаждайся красотой!
Дарья с восторгом перебирала платья и костюмы, а Наталья наблюдала за ней с нежностью.
— Вот идеальный вариант вечернего наряда!
Она протянула классическое платье кораллового цвета с оригинальной отделкой из искусственных камней.
Дарья покачала головой.
— Нет, Наташа, я даже боюсь прикоснуться к такой роскоши.
— Говорю тебе: примерь! Если понравится — я подожду с оплатой или по частям отдам.
Даша не смогла устоять. Через минуту она вышла из примерочной, и Наталья не скрывала восхищения.
— Даша, ты в этом одеянии настоящая королева! Платье словно на тебя сшито!
Лебедева с явным сожалением взглянула в зеркало.
— Чтобы купить такой наряд, мне надо год работать и ничего не есть.
Она скрылась за шторкой и вскоре вернулась в своей обычной одежде.
— Зря я его примеряла — только душу разбередила.
Наталья не унималась:
— Может, всё-таки отложить для тебя?
— Нет, Наташа, мне его никогда не купить. Новые наряды не числятся в списке необходимых вещей. Там у меня на первом месте памперсы для мамы и прочие средства ухода.
Климова не могла равнодушно смотреть на расстроенную подругу. Она протянула пятитысячную купюру.
— На, держи. Это от меня безвозмездно — порадовать Елену Константиновну. И огромный ей привет. А платьице я всё-таки оставлю.
Дарья знала, что спорить бесполезно. Она быстро распрощалась с подругой и поспешила домой. Уже на улице женщина вспомнила, что так и не рассказала про утреннюю встречу с генеральным. «Увидела красивую шмотку — и всё из головы вылетело», — тихо отругала она себя.
Дома её ждал сияющий Матвей. С порога он ошарашил мать радостной новостью:
— Мама, мы с бабушкой сегодня разговаривали!
Даша замерла.
— В каком смысле… разговаривали?
— В прямом! То есть по-человечески! Иди скорее, сама убедишься: бабушке стало намного лучше!
Дарья боялась переступить порог комнаты, где почти год без движения лежала мать. При появлении дочери Елена Константиновна слабо улыбнулась и очень тихо, но внятно произнесла:
— Доченька… мне сегодня хорошо… как никогда раньше.
Хотя в речи ещё оставались дефекты, слова были понятны. Даша упала на колени перед кроватью и принялась покрывать поцелуями руки матери.
— Мамочка родная моя, ты обязательно поправишься! Я сделаю всё возможное, чтобы это случилось поскорее!
По бледным щекам Елены Константиновны тоже катились слёзы — слёзы счастья. Впервые за много месяцев женщина поверила, что жизнь ещё подарит ей светлые дни.
Наступила суббота — долгожданный выходной для большинства, но только не для Дарьи. Расслабляться было некогда: ещё с вечера она составила в голове длинный список неотложных дел и с первыми лучами солнца принялась их выполнять, не давая себе ни минуты промедления.
Первым пунктом стояли водные процедуры для матери. За месяцы схема была отработана до мелочей, и Даша справлялась ловко.
Елена Константиновна чувствовала себя неловко и попыталась остудить пыл дочери:
— Дашенька… я столько проблем тебе доставляю… можно было купание на этой неделе пропустить…
Речевые навыки возвращались стремительно, и она пользовалась любой возможностью поговорить.
Даша, с нежной улыбкой, но твёрдым взглядом, чтобы подбодрить мать и не дать ей сдаться, ответила:
— Мама, не забывай, что ты женщина, а болезнь — не повод перестать следить за собой. Поэтому не жди отмены водных и других процедур. Будем действовать строго по графику.
После купания следовало приготовить лёгкий завтрак, дождаться, пока Матвей вернётся из школы, а потом всей семьёй выйти на балкон — единственную «прогулку», которую позволяло состояние Елены Константиновны.
В эту субботу всё шло по обычному сценарию, но в разгар уборки раздался настойчивый звонок мобильного. Даша по голосу узнала жену бизнесмена Клюйко.
— Дашенька, это я, решила вас побеспокоить…
— Здравствуйте, Нина Дмитриевна! Чем могу помочь?
— Как вы тонко чувствуете людей… Дело в том, что мы с мужем в гостях у друзей, а дома остался Даня. Я за него очень переживаю. Он ведь совсем не приспособлен к самостоятельной жизни — даже яичницу пожарить не умеет.
Дарья уже поняла, что от неё требуется.
— Нина Дмитриевна, как только управлюсь с домашними делами, сразу к вам приеду и приготовлю вашему Дане что-нибудь вкусное.
Женщина осыпала её благодарностями и повесила трубку.
«Наверное, где-то гуляет парень», — подумала Даша. Дане было семнадцать, и мать часто жаловалась, что сын совсем отбился от рук. Дарья иногда с тревогой посматривала на своего тринадцатилетнего Матвея, но пока никаких тревожных сигналов не замечала.
Из телефонного разговора она поняла, что неповиновение Даниила вышло на новый уровень. Ей очень не хотелось играть роль надзирательницы, но отказать женщине, которая щедро оплачивала её услуги, она тоже не могла.
В элитном жилом комплексе консьержка сразу узнала Дашу и протянула ключи, загадочно поведя глазами.
— Я ждала вас раньше… И хочу предупредить: Даня не один в квартире.
Даша весело отмахнулась:
— Да мне всё равно. Подростки обычно пользуются отсутствием родителей, чтобы собрать друзей.
— Вот-вот. Сын Клюйко тащит в квартиру всякую гопоту и девок… — кивнула пожилая дама.
Лифт поднялся на нужный этаж. Едва Дарья вышла из кабины, как её оглушило громкой музыкой. Она осторожно открыла дверь запасным ключом и сразу попала в полумрак, пропитанный тяжёлым сладковатым дымом. Женщина интуитивно зажала нос.
— Господи, как можно дышать этой гадостью…
Из тумана вынырнуло существо с короткой стрижкой и протяжно спросило:
— Вы кто?
— А где Даня?
Существо хихикнуло и махнуло рукой вглубь квартиры.
— Не знаю точно… Но, наверное, там. Они там новенькую обрабатывают. Травы накурились…
У Даши возникло острое желание поскорее покинуть квартиру, но в этот момент раздался истошный крик:
— Помогите!
Она бросилась сквозь толпу извивающихся тел к комнате, откуда доносился зов. С силой рванула дверь — и обомлела.
Трое парней почти кольцом окружили девчонку лет шестнадцати. По их горящим взглядам нетрудно было догадаться об их намерениях. Девочка пятилась к открытому окну.
— Даня, ты же обещал, что мне ничего не будет угрожать!
Самый высокий — сын хозяев квартиры — похабно хохотнул:
— Сонь, чего ты ломаешься? Обещаю незабываемые ощущения.
Девочка с мольбой посмотрела на Дашу:
— Помогите мне, пожалуйста!
Женщина гаркнула во всю мощь:
— Пошли вон, малолетние уроды!
Парни опешили. Даша добавила:
— Сейчас позвоню вашим родителям. И в полицию тоже позвоню.
Девочка, чуть не ставшая жертвой, прильнула к спасительнице.
— Тётенька миленькая, уведите меня отсюда поскорее! Честное слово, я не знала, что здесь творится. Даня сказал, что будет обычная вечеринка…
Дарья крепко взяла её за руку и вывела из квартиры. В такси спасённая дрожала и молчала всю дорогу. Только в конце робко спросила:
— Вы всё папе расскажете?
— А как ты думаешь?
— Наверное, расскажете… И он меня запрёт на веки вечные…
— Софья, кажется, тебя так зовут?
— Ага…
— Так вот, Софья, родители должны знать, где и с кем их дети проводят время.
Указав адрес, девочка со вздохом добавила:
— У меня только папа… Но он постоянно занят.
Когда дверь открылась, Даша чуть не грохнулась в обморок: перед ней стоял Константин Матвеевич Волков.
Генеральный директор тоже удивился:
— Вы? Какими судьбами?
Софья с раздражением ответила за неё:
— Эта женщина меня спасала и сейчас расскажет тебе всю увлекательную историю со всеми подробностями. А пока вы тут будете охать — я лучше пойду в свою комнату.
Она демонстративно прошагала мимо отца.
Волков в растерянности переминался с ноги на ногу, потом спохватился:
— Проходите, пожалуйста. Сейчас организую чай.
— Нет-нет, не надо, — отказалась Дарья. — Мне некогда. Я только расскажу, что произошло.
Она вкратце описала случившееся. У мужчины сжались кулаки, лицо покраснело от ярости.
— Я обязательно найду этих ублюдков… Вы правильно сделали, что не стали вызывать полицию — не хватало ещё, чтобы моё имя сверкало в жёлтой прессе.
Громко, чтобы дочь слышала, он добавил:
— А ты, Софья, будешь теперь только в сопровождении охранника ходить в гимназию! И никаких прогулок!
Потом тихо извинился перед Дашей за свою оплошность. Женщина чувствовала себя неловко в чужой квартире и хотела поскорее уйти, но Константин Матвеевич настоял, чтобы проводить её до дома.
По дороге он говорил дежурные фразы, но женское сердце услышало в них нечто большее. В голове мелькнула мысль: «Повезёт той женщине, которая завоюет сердце этого мужчины». Тут же она мысленно отругала себя: «Даша, тебе нельзя даже думать об этом — это птица не твоего полёта».
Продолжение :