Легенды Крыма. Первая статья этой серии вышла еще в 2021 году - это была легенда «Окаменелый корабль». Тогда я обещала выпустить серию статей по этой теме, и вот обещанное продолжение, легенда о христианском священнике Петре, павшем от рук турков.
СВЯТАЯ КРОВЬ
(туклукское предание)
Что это за рой кружится над церковкой, старой туклукской церковкой греческих времен?
Не души ли погибших в святую ночь Рождества!
Еще не знали в Крыму Темиръ-Аксака (Титур –Аксак (1336-1405), но слух о хромом дьяволе добежал до Тавра, и поднялся в долине безотчетный страх перед надвигавшейся грозой.
Плакали женщины, беспокойно жались к матерям дети и задумывались старики, ибо знали, что когда набегает волна – не удержаться песчинке.
Скорбел душой и отец Петр, благочестивый старец, не носивший зла в сердце и не знавший устали в молитве. Только лицо его не знало тревоги. Успокаивал до времени священнослужитель малодушных и учил мириться с волей Божьей, как бы не было тяжко подчасть испытание. Так шли дни, близилось Рождество – праздник, который с особой торжественностью проводили греки в Туклуке (Богатовка, Судакский район). По домам готовились библейки (Что это за блюдо, я так и не смогла найти. Если кто знает, пишите в комментариях), выпекалась василопита, хлеб св. Василия с деньгой, которая должна достаться счастливейшему в Новом году.
Лучше, чем когда-либо, поднялся хлеб Зефиры, двадцатилетней дочери Петра, и мечтала Зефира, чтобы вложенная ей в хлеб золотая монета досталась юноше, которого ждала она из Сигдеи (Судак) с затаенной радостью. Только не пришел он, как обещал. Стало смеркаться, зазвучало церковное било (Церковное било — ударный сигнальный инструмент из дерева, камня или металла, используемый в христианской традиции наряду с колоколом для созыва на богослужение, а также (в монастырях) на трапезу.) вечерним призывом, а юноши все не было. Склонив в печали голову, стояла в церкви девушка, слушая знакомые с детства молитвенные возгласы отца.
И казалось ей, что никогда еще не служил отец так, как в эту ночь. Точно из недр души, из тех далеких пределов, где человеческое существо готово соприкоснуться с божественным откровением, исходило его благостное слово.
Веяло от него теплом мира и под песенный напев, в тумане сумерек, при мерцании иконостасных лампад, чудился кто-то в терновом венце, учивший не бояться страданий.
Каждый молился, как умел, но тот кто молился, понимал, что это так.
Смолкнул священник, прислушался. С улицы доносился странный шум. Смутились прихожане. Многие бросились вон из церкви, но не могли разобрать, что делалось на площади. Они только слышали дикие крики, конский топот, бряцание оружия, проклятие раненых.
Побледнел, как смерть, отец Петр. Сбылось то, что поведал ему как-то пророческий сон.
- Стойте, - крикнул он обезумевший от ужаса толпе. – И слушайте! Бог послал тяжкое испытание. Пришли нечестивые. Только вспомним первых христиан и примем смерть, если она пришла, как подобает христианам. В алтаре под крестом, есть подземелье. Я впущу туда детей и женщин. Все не уместиться, пусть спасутся хоть они.
И отец Петр, сдвинув престол, поднял плиту и стал впускать детей и женщин по очереди.
- А ты? – сказал он дочери, когда осталась одна она из девушек. – А ты?
- Я при тебе отец.
Благословил её взором отец Петр и, подняв высоко крест, пошел к церковному выходу.
На площади происходила последняя свалка городской стражи с напавшими чагатаями Темура.
С зажженной свечей в одной руке и крестом в другой, с развевающейся белой бородой, в парчевой ризе (парчовая риза - верхнее церковное облачение священника для богослужения, одеяние без рукавов, вытканное золотом или серебром), стоял отец Петр на пороге своей церкви, ожидая принять первый удар.
И когда почувствовал его приближение, - благословил всех.
- Нет больше любви, да кто душу свою положит за други своя.
И упал святой человек, обливаясь кровью, прикрыв собой поверженную на пороге дочь. Слилась их кровь и осталось навеке на ступенях церковки.
И теперь, если вы посетите эту деревню, маленькую церковку, вы, если Господь осенит вас, увидите следы святой крови, пролитой праведным человеком когда-то, много веков назад, в ночь Рождества Христова.
Исторические факты связанные с легендой
Сведения о том, что это за церковь, где она была и в каком году, разнятся. Да и достоверно была эта история или нет сказать сложно, слишком много времени прошло с тех пор Но я нашла несколько версий .происхождения этой легенды, что из этого правда, что нет решайте сами:
Версия первая: ее описывает в пояснениях к легендам в своей книге «Легенды Крыма» (1913 год) Никандр Маркс: «В двух верстах от д. Козы, в сторону Судака, находится небольшая деревня Токлук. На бугре, при въезде в деревню, стоит древняя церковка св. Ильи, очень чтимая местным населением (вероятно, на фото ниже развалины именно этой церкви) На каменной плите порога показывает следы крови, пролитой некогда в ночь на Рождество». Также приводит он и воспоминание своей прабабки: «Но моя прабабка, местная уроженка, Панцехрея Ставра-Цирули, рассказывала, что священник был убит во время Темура Аксака»).
Другая: что случилось это в августе 1771 года, когда армия русского князя Долгорукого, разгромив турецкое войско, захватила Кафу (Феодосия). Турки, узнав об этом, в отместку убили православного священника – отца Петра. На этом месте и сейчас есть действующий храм Святого Илии, который и по настоящее время находится в селе Солнечная Долина по улице Черноморской. Около входа стоит крест на могиле православного священника – отца Петра.
Похожая версия описана и у В.Х. Кондараки в первой части «Универсального описания Крыма» (издательство Николаев, 1873): «…но действительность жительства в ней до 1978-79 годов греков подтверждается развалинами церквей во имя Св. пророка Ильи с легендою об убиении в алтаре ее священника мусульманами при занятии русскими войсками Феодосии, Св. Георгия и Успения Пресвятой Богородицы. По рассказам одного старика, в 1815 году в окрестностях Козы (Солнечная долина – до 1945 года называлась Козы) существовали развалины большого храма в готическом вкусе с мраморными украшениями…»