Шипящая и ревущая толпа упырей неотвратимой волной надвигалась на чахлые кусты, за которыми укрылся маленький отряд. Петя испуганно ойкнул и тут же потерял сознание, упав на сырую землю. Катя испуганно замерла, а Эдик схватил первую попавшуюся палку и замер, приготовившись биться до последнего.
Роман, забыв про препарат «Феникс 7», по привычке выхватил из кобуры табельный пистолет и выстрелил в морду упырю, опередившему в этом диком забеге своих сородичей. Отброшенный тупой пулей ПМ упырь отлетел на несколько метров, упал на землю, но тут же принялся подниматься, рыча и размахивая руками. А Орлов продолжал расстреливать из своего пистолета набегавших со всех сторон чудищ. Рядом тяжело грохнул обрез Владимира Васильевича. Заряд «Феникс 7» творил чудеса. Попав в монстра, он проделывал в нем огромную дыру, после чего несчастный упырь превращался в прах и осыпался на землю в виде горстки пепла.
Страшное оружие возымело свой эффект. К Волкову упыри подходить боялись, сконцентрировавшись на Романе, выстрелы пистолета которого, хоть и были нападавшим неприятными, особого вреда им не приносили.
- Что вы там возитесь? - пронесся над поляной недовольный рык Лизы и упыри подстегнутые этим криком, рванули в очередную отчаянную атаку, смяв несчастного Владимира Васильевича и остальных членов их отряда. Николай Викторович успел выпустить два заряда «Феникс 7», уложив двух упырей-неудачников, но вскоре также, как и полицейские, был смят налетевшей толпой.
Уже через несколько минут друзья были схвачены и привязаны к стволу огромного дерева, растущего прям у поляны. Картина была сюрреалистичной и жуткой: люди, как жертвенные агнцы, на фоне древнего леса и сотен бесстрастных мёртвых глаз. Катя всё время плакала, а Петя, переживший дикую истерику, сейчас непроизвольно скулил и подвывал, не в силах успокоиться и взять себя в руки.
- Меня какая-то сволочь два раза укусила, - прошептал Роман своему старшему товарищу, привязанному рядом с ним.
- Видимо особо голодный, - ответил Волков, - но ты не переживай особо. Антидот должен действовать. Может твой обидчик сейчас корчится где-то от колик в животе… надеюсь…может даже сдохнет.
- Владимир Васильевич, - вновь зашептал Роман, - Простите меня. Втянул Вас в эту блудню…
- Хорош тебе, Рома, - усмехнулся Волков, - Всё равно рано или поздно умирать… Надеюсь, что умру… не хочу как эти быть. По лесу бегать в поисках еды… вернее крови…
Лиза, всё это время торжествующе наблюдавшая за пленниками, осталась недовольной их переговорами.
- Эй, а ну притихли там… На моём балу сегодня вы лишь угощение. Но зато какое!!! Главное блюдо!
Роман, стиснув зубы от боли в сведённых верёвкой руках, выкрикнул сквозь гул:
«Лиза! Для чего?! Для чего ты всё это устроила?! Все эти смерти… этот обман…»
Девушка остановила на нём свой взгляд и неожиданно засмеялась:
- А ты не догадался? Это всё ради него!
Красноречивый кивок в сторону связанного Николая Викторовича…
- Это всё только ради него! Николай Викторович Кульков. Он единственный в мире человек, который знает, как меня уничтожить! Меня и всю эту деревушку. Который знал состав «Феникса». Который понимал природу моего… существования. Пока он был на свободе, я не могла быть спокойна. Он – иголка для моего воздушного шара.
- Ты – исчадие ада, - прохрипел ученый, - ты должна сдохнуть… должна…
Девушка неожиданно скорчила страдальческую гримасу, прильнула к ученому и елейным голоском заговорила, поглаживая его своей маленькой ладошкой по голове:
- Николай Викторович… вы же создали меня… не бросайте… одинокой девушке страшно в этом лесу… здесь столько плохих людей. Мне страшно… ты помнишь, как я тебя называла? Помнишь? Мой дорогой ученый «Н». Тебя все так называли, и только я ласково и с любовь. Я любила тебя мой любимый «Н». Где ты прятался всё это время от своей Лизы
Неожиданно лицо девушки исказила гримаса боли и зла, она размахнулась и со всей силы залепила ученому пощечину:
- Ты прятался от меня… хотел убить меня… жил с другими женщинами… подонок… как ты мог…
Удары сыпались один за другим. Эдик испуганно закричал, не в силах наблюдать за истязанием отца.
- Что ты делаешь? Лиза… успокойся, - закричал Роман.
Девушка замерла, а затем развернулась к оперативнику. На её лице вновь светилась глупая улыбка, казавшаяся в лунном свете особенно страшной и неуместной.
- Ой, а кто это у нас здесь заговорил? Ромашка… а я тебя тоже любила. Такой смелый и благородный…забрал девушку из притона… и сразу к себе домой… рыцарь… хотел насладиться молодым и стройным телом. А то что вступать в отношения с замужней девушкой ни один благородный человек не станет, ты почему то забыл! Забыл? Да? А может ты не такой благородный и правильный, каким хочешь показаться? А?
Лиза изогнулась и захохотала демоническим смехом.
- Ты такой красивый и мужественный… настолько же, насколько и тупой… Да! В тот вечер я убежала от Андрея, потому что жажда крови стала невыносимой. Ты забыл, что именно в то время на улицах находили трупы обескровленных людей… а ведь охранник этого притона говорил тебе об этом, но у тебя не хватило ума связать моё появление в этом районе и серию убийств…
Роман закрыл глаза, восстанавливая в памяти тот день. Упырь была права, он действительно упустил это. Где-то рядом вздохнул Владимир Васильевич и это ещё больше ударило по полицейскому. А Лиза тем временем продолжала разглагольствовать:
- Вы все тупые. Я водила вас вокруг пальца, но никто ни о чём не догадался. Андрей… я же никогда не любила его… но он был нужен мне для закрытия социальных потребностей. Ты… ты, Роман, заинтересовал меня как мужчина! Сколько раз, во время нашей близости, у меня возникал соблазн прокусить твою шею… эти пульсирующие вены… они сводили меня с ума. Но ничего, сегодня я сделаю это с огромным удовольствием.
Лиза, потеряв к Роману интерес, подошла к связанному Эдику:
- А вот и мой маленький пупсик? Ну как ты? Всё хорошо? – проговорила она тоненьким голоском полным неподдельной заботы и переживания и тут же голос поменялся, превратившись в грубый и глумливый, - Ещё не наделал в свои модные штанишки? А, мелкий ты засранец? Что притих? Тебя я ненавидела больше других. Твои слюнявые поцелуи, твои вечно липкие, дрожащие руки, которыми ты боялся прикоснуться ко мне… Первая любовь… тьфу… И я всё это терпела! Терпела, лишь потому, что мне нужен был твой отец!
Эдик побледнел, как полотно. Все кусочки пазла с грохотом вставали на свои места в его голове. Их «случайная» встреча в библиотеке, её грустные глаза, истории о несчастливом браке, её интерес к его рассказам об отце-учёном…
- Да, да, - вновь заговорила Лиза, внимательно наблюдая за его глазами, - Ты всё верно понял. Я использовала тебя лишь для того, чтобы выманить твоего отца. Другого варианта найти его просто не было…
- Ты всех нас использовала! – крикнул Роман, пытаясь отвлечь девушку на себя, чтобы та оставила в покое бедного студента, который, судя по его виду, очень переживал все унижения с её стороны в свой адрес.
- Да, Ромочка, да. Использовала. Ты стал частью плана. Я знала, что Эдик один, трусливый и нерешительный, может не добраться. Ему нужен был сильный помощник. Надежный. Кто, как не ты, мой верный Рома, бросится на помощь бывшей возлюбленной, получив тревожный сигнал? Я посылала тебе сны. Вела. Была уверена, что ты приедешь. Не учла, разве что, твоего упрямого наставника и дружков Эдика. Но план сработал. Все ключевые фигуры – здесь.
Роман сглотнул ком в горле:
- А Андрей? Твой муж? Ты… тебе совсем не интересно, что с ним?
Лиза пожала тонкими плечами с абсолютным, леденящим душу равнодушием.
- Андрей? Возможно, его где-то там «доит» старый хрыч Фёдор. Или Андрюшка уже стал таким же, как и он. Мне неинтересно. Он выполнил свою функцию. Доставил меня сюда. Всё.
Она отступила на шаг, обводя взглядом своих пленников и свою «свиту».
- Ну вот. Все тайны раскрыты. Все ниточки распутаны. Теперь – кульминация. Николай Викторович, ты передашь мне все исследования. Все формулы. Все чертежи «Феникса» и всего, что вы там насоздавали. А затем… затем мы найдём способ применить твои блестящие мозги на благо нашего нового мира. Вечного мира. А ваши друзья… они станут почвой для его расцвета. Началом нашего пира».
Толпа загудела громче, в звуке послышался явный голод. Глаза загорелись красноватыми точками в сгущающихся сумерках.
- Рома, не паникуй, - быстро зашептал Владимир Васильевич, воспользовавшись всеобщим гвалтом и криками, - Ещё не всё потеряно. Помни про нашего союзника – Клима. Думаю, что он где-то здесь… рядом… Он вступит в игру, вот увидишь…
Продолжение следует...