Макс давно не был в Отрадном — небольшом городке, где он родился и провёл детство.
Почти пятнадцать лет мужчина жил в столице. Когда-то он буквально уехал в большой шумный город, пытаясь убежать от боли и разочарования, от горечи, что душила в родных местах. Тогда было очень трудно — нужно было сразу решать множество насущных проблем: жильё, работа и многое другое.
Жизнь пришлось строить заново.
Все эти заботы хоть и отнимали время, но не давали утонуть в черной тоске. Постепенно всё стало налаживаться. Макс снова почувствовал вкус к жизни.
Сейчас у него большая квартира в Москве, свой небольшой бизнес, который с каждым годом приносит всё больший доход.
Самое главное — у Макса новая семья: любимая жена Вероника и две замечательные дочки-близняшки.
Вероника моложе его, и, может быть, именно поэтому Макс ощущает себя главой семьи. Молодая жена не работает, полностью посвящая себя дому и детям, а Макс — добытчик и защитник, такая классическая модель семьи.
С Леной, первой женой, всё было иначе.
Макс до сих пор не может понять, что к ней чувствует. В самом начале было одновременно и любовь, и ненависть — смесь, которая сбивала с толку. Сейчас мужчина давно успокоился, у него своя жизнь с новыми заботами, но вспоминать Лену без эмоций пока не удаётся.
Вместо гнева и обиды пришло чувство вины, особенно перед детьми — Тимофеем и Ариной. Макс не видел их с тех пор, как однажды ночью уехал из Отрадного с одним лишь дорожным чемоданом.
Тем вечером он едва сдерживал слёзы и боролся с желанием выместить всю боль на окружающих. Тогда всё казалось неопределённым: получится ли у него новая жизнь, сумеет ли он удержаться в большом городе или просто исчезнет.
Но главное было — уехать подальше от Лены и постараться не думать о ней больше никогда. Слишком больно было вспоминать.
Проблемы в семье появились внезапно, хотя потом жена говорила, что не раз просила Макса обратить на неё внимание и проявить заботу. Он лишь отмахивался, думая, что жалобы — лишь усталость от домашних дел и воспитания детей.
Лена постоянно придиралась: как он одевается, как шутит, как обращается с детьми, как помогает по дому. Ей казалось, что он перекладывает на неё слишком много бытовых забот. Макс не воспринимал это серьёзно — ведь все жёны требуют внимания по поводу и без.
Он считал себя хорошим семьянином: бóльшую часть денег зарабатывал он, работая на заводе и подрабатывая, чтобы семья ни в чём не нуждалась. Считал, что этого достаточно.
Если бы Лена захотела, она могла бы и не работать, хватило бы и его зарплаты. Но жена любила свою работу — учитель английского. Макс уважал это и не мешал ей заниматься тем, что ей нравится, даже если это было непросто для семейной жизни.
Копеечка в семейном бюджете никогда не помешает.
Макс считал, что уделял детям достаточно внимания. Ещё в детстве он дал себе слово — не быть таким, как его отец. Тот сначала почти не замечал сына, был будто равнодушен, а когда Макс пошёл в школу, и вовсе исчез из его жизни. Вроде как деньги матери перечислял, но сам никогда не появлялся рядом.
Мать при случае не жалела жёстких слов в адрес бывшего мужа. Макс с детства знал, что отец — подлец и предатель, но почему-то ему всё равно хотелось каким-то образом оправдать его. Спорить с матерью было бесполезно.
Да и сама правда — отец бросил их. Восьмилетним мальчишкой Макс дал себе обещание, что никогда не станет таким же. Но, похоже, не совсем получилось.
Как только обида на жену начала стихать, в сердце появилось беспокойство о Тимофее и Арине — ведь дети ни в чём не виноваты.
Мысли о том, чтобы восстановить связь, не покидали Макса.
Но как это сделать?
Вероятно, дети его уже не любят — он ушёл много лет назад, и встретиться с ним они, наверное, не захотят. И будут правы.
Макс познакомился с Леной на дне рождения общего знакомого. Это была весёлая вечеринка на даче: много молодых, громкая музыка, смех, танцы, шашлыки. Ночью гуляли вдоль реки — было очень здорово.
Среди всех девушек Макс сразу заметил Лену: скромная, тихая, но красивая. Не модная, а словно с портрета из эпохи Возрождения. Макс не был особенно увлечён искусством, но его преподаватель из колледжа умела заинтересовать сварщиков и живописью, и скульптурой, поэтому он кое-что понимал.
Лена поражала его с первого взгляда: большие глаза, длинные немного волнистые волосы, стройная фигура. Главное — в её взгляде читалась доброта и чуткость. Она не флиртовала, как остальные девушки, но иногда ловила его взгляд — это было приятно и волнительно.
Макс понимал: надо подойти и заговорить, но боялся показаться глупым. С другими девушками общался легко, шутил, мог даже приобнять, а к Лене — подойти не решался. Вдруг она поймёт, какой он простак?
Преодолев страх, Макс всё же пригласил Лену на медленный танец, когда заиграла подходящая музыка.
Она улыбнулась и сказала:
- Думала, ты никогда не решишься.
Значит, он ей тоже понравился.
«Ну да, понравился. Ещё как», — думал Макс.
С того вечера они стали встречаться. Лена не раз повторяла, что рядом с ним чувствует себя счастливой и защищённой. Так и было. Макс был готов ради неё горы свернуть. Он уже закончил техникум и работал на заводе.
Большая часть зарплаты теперь шла на подарки для любимой. Макс с удовольствием выбирал для Лены разные мелочи — пытался угадать, понравится ли ей плюшевый медведь или подойдёт ли яркий шелковый шарф. Это было новым для него ощущением — раньше он и представить не мог, что чужая радость может делать самого счастливым.
Лена мило смущалась, принимая подарки. Ей было немного неловко, что она пока не могла ответить тем же. Девушка ещё не работала — училась в педагогическом университете на факультете иностранных языков. Это тоже радовало Макса. Другие девчонки, наоборот, разводили парней на подарки — у Макса такие были.
А Лена смущалась из-за того, что кто-то тратил на неё деньги.
Когда она окончила университет, Макс сделал ей предложение. Она сразу согласилась — парень был счастлив. Но сразу встали бытовые вопросы, самый главный — где жить.
Лена жила с родителями, Макс — с матерью. Оба хотели начать семейную жизнь отдельно, поэтому решили снимать квартиру. После того как поженились, сняли двушку в центре города.
Родители пугали бытовыми конфликтами, но никаких проблем не возникло. Лена сразу взяла на себя уборку и готовку, к Максу же она обращалась только за помощью в сложных делах — повесить штору, починить кран или прикрутить дверцу шкафа. По таким вопросам между ними не было ссор.
Иногда Макс сам вставал к плите и баловал жену вкусными блюдами — мясом по-грузински, наваристыми щами или овощным салатом. Готовил он с детства — мать воспитывала его самостоятельным.
В целом, молодая семья казалась счастливой. Макс радовался жизни и считал, что ему повезло больше, чем кому-либо из друзей. У них были капризные жёны.
Парни иногда собирались вместе после работы и жаловались, а Макс о своей жене даже слова плохого не мог сказать.
Спустя годы он начал задумываться: а может, плохо, что Лена не высказывала свои претензии и пожелания? Может, переживания копились в ней годами.
Было бы лучше, если бы она сразу всё говорила, а не молчала, а потом срывалась.
Вероятно, скромная и тихая Лена боялась обидеть Макса. Конечно, что-то её не устраивало с самого начала, но она молчала из-за деликатности и неуверенности.
У Лены были свои пережитые детские травмы.
Отсюда её покорность, желание всем угодить и неспособность отстаивать свои интересы.
На первый взгляд семья казалась благополучной, но отец Лены много пил, обижал и оскорблял жену и дочь, ругался, швырял вещи. Это сильно подорвало психику Лены, хотя он, конечно, этого не признавал.
Он считал, что всё делает ради семьи — работал и приносил приличную зарплату. Но сколько сил уходило на то, чтобы мать Лены поддерживала его здоровье и оставалась ему опорой! Она и постирает, и выгладит, и уследит, чтобы он не пил перед очередной сменой, выслушивая обиды и оскорбления.
Без этого отец Лены мог бы потерять работу и лишить семью дохода. Времена были тяжёлые, и мать не могла этого допустить — приходилось терпеть.
Лена долго не решалась рассказать Максу всю правду о своей семье — призналась только накануне свадьбы. Парень видел, сколько сил ей стоила эта откровенность.
Она боялась, что, узнав всё, Макс может уйти. Но после её рассказа он крепко обнял её и пообещал защищать от любой беды. Больше ей не придётся страдать — в их семье будут уважение и любовь.
Скромность и молчаливое принятие Лены было, скорее всего, последствием детских травм.
Для кого-то такое поведение отца могло пройти незаметно, но Лена была чувствительной и тревожной по природе.
Из-за этого она стала тихой и покорной, неуверенной в себе. После её рассказа Макс впервые подумал, что, возможно, лучше вовсе не иметь отца, чем терпеть такого.
Через год после свадьбы Лена сообщила, что ждёт ребёнка. Макс был на седьмом небе от счастья, словно за спиной выросли крылья.
«Неужели нас станет трое?», — с удивлением думал он.
Волнение и счастье не отпускали. Лена сама не сразу верила, что это правда.
- Доктор сказал, срок уже два месяца, скоро станем родителями, — улыбаясь, рассказывала она.
Снова возник вопрос жилья: Лена не хотела рожать ребёнка в съёмной квартире, и Макс согласился. Когда жена уйдёт в декрет, платить ипотеку будет нелегко — у них теперь будут дополнительные расходы.
Макс боялся, что его официального дохода может не хватить для одобрения кредита, поэтому действовать надо было срочно, чтобы успеть сделать ремонт до рождения малыша.
Супруги обошли почти весь город, посмотрели сотни квартир. Но ничего не подходило: район, состояние, атмосфера — что-то не нравилось, и душа не лежала.
Однажды Лена увидела объявление про дом в пригороде. Они на него не рассчитывали, ведь изначально искали квартиру. Но этот дом — хозяин уезжал за границу и продавал быстро и недорого.
Они съездили посмотреть и влюбились в уютное кирпичное здание, окружённое большим вишнёвым садом. Лена радовалась:
- Двор просторный, можно площадку детям сделать, а весной, когда вишня цветёт, здесь, наверное, будет волшебно.
Макс тоже был в восторге:
- Гараж есть, я как раз думал машину брать, комнаты просторные, балкон есть, можно беседку поставить — красота!
Так супруги единогласно решили — жить только в этом доме.
Ипотеку оформили быстро. Теперь большую часть от зарплаты Макс каждый месяц отдавал банку. Денег стало меньше, но дом того стоил.
продолжение