История следующая…
Медитирую тут я на кухне. На своей кухне. Медитирую и чай пью. Из своей чашки с черным чайным налетом внутри на стенках. Пью и через медитацию прихожу, так сказать, в себя после своей работы – вешал карнизы в одной из своих комнат. А потом на них, на эти карнизы цеплял шторы. В том числе тяжелые, в пол... Больше года прожил в своей квартире без штор. С голыми стенами и видом на чистое небо… А тут наконец дошли руки и до них. До этих самых карнизов и штор. Где тяжелее и плотнее, где воздушнее и светлее… В непроходных отсеках с окнами. Во всех четырёх… К счастью, в гальюнах строители не заморачивались с окнами и сделали проемы в стенах только для дверей. Иначе все, тушите свет, сливайте воду… Еще три места, на которых надо было б согласовать установку карнизов с вышестоящим надзорным и распорядительным органом в лице жены, я б не осилил…
В общем, закончил я со своими шторами. Сижу, пью чай и медитирую на небо за окном.
И тут ко мне на кухне присоединяется жена. Слегка успокоившись после того, как эмпирически выяснила, что шторы на окне в одной из комнат коротковаты - не достают своим подолом до пола. Немного не рассчитала с их длиной. И в мой адрес предъяву сделать никак нельзя. Я ведь нарочно даже уточнял на какую высоту ставить карнизы… Подстелил, так сказать, соломки…
В общем, заварила она себе кофе и рядом пристроилась смотреть на мир за окном. Как там облака неторопливо куда-то плывут по своим делам.
Сидим, цедим жижку из своих чашек, медитируем… Минуты две примерно… И вдруг, когда у нас в чашках еще немного и остались бы лишь заварка, да кофейная гуща, она возьми и спроси. Как, мол, я уже пообвыкся на новом месте? В своей квартире? Кровью и потом заработанной? Почти такой, как и хотел когда-то?.. Надцать пятый этаж в районе облаков. С видом на сквер далеко внизу. Без фонового шума от какой-нибудь Кутузы или, прости Господи, главной московской улицы под названием “МКАД “… И даже еще ближе к Кремлю, чем когда-либо жил… Опять же, спросила жена явно с ожиданием ответа типа, мол, все пучком, дверные косяки плечом пятый месяц как не сшибаю уже; не включая свет ночью, до холодильника могу дойти, а до ближайшего метро от дома утром в будень день и в обратку вечером пятницы вообще способен переместиться, не приходя в сознание… Примерно так я было и собрался отвечать. Но тормознул в последний момент, сообразив, что нет внутри меня однозначной уверенности, что и эта нынешняя квартира – нечто на самом деле железно постоянное и навсегда. Типа теперь если и переезжать на ПМЖ куда-либо ещё, то только ногами вперед, к предкам на кладбище. Нет такой уверенности хоть ты тресни… Всю жизнь с места на место перемещался. Чисто цыган какой… Больше пяти лет на одном месте не выходило. Что в сопливом детском возрасте, что уже в том, когда сам подтираешь носы подрастающему поколению… Родина хитрым образом с подмигиванием скажет «надо», а ты вздохнёшь, присядешь на дорожку и айда, куда послали… К счастью, последние годы «надо» случалось большей частью внутри МКАД, а раньше были и домики у моря. То Черного, то Белого, то, прости Господи, Охотского… В общем, даже год спустя после того, как запустили перед собой кошку в квартиру, отсутствовало у меня ощущение, хоть ты тресни, что нынешняя квартира - моя крепость. И ты волен в ней делать всё, что придет в голову. В рамках закона, разумеется. И не противления домашних. Тех самых, что чумичкой отмеряют порцию борща. А в случае возбухания по поводу размера порции или наличия отсутствия в ней мяса этой самой чумичкой промеж глаз влепить могут…
Короче, так и так, говорю, жене, все сложно и неоднозначно. А как дальше получится, будем посмотреть.
Тем более, что в данный момент даже не можем с тобой тобой договориться, какого цвета у нас будет кухня...
А до этого, надо пояснить, из-за перманентных разъездов кухни у нас, в смысле шкафчики и холодильники с плитами, были значительной частью давальческие. Что осталось от прежних жильцов, то и хорошо. Немного своего добавим и всё. Одно завтра на новое место перемещаться. Какой смысл серьёзно что-либо переделывать под себя? Ведь не попрешь же с собой потом через всю страну, например, встраиваемую газовую плиту, если ее в месте назначения даже не к чему будет подключить, ибо из стенки выходит только электричество, а газа и в помине нет!
Так вот, сидим мы с женой на своей новой кухне. Кроме старого стола из деревни, двух табуретов, настольной электроплитки, дешманской раковины с мусорным ведром под ней и нас в кухне ничего нет. Хотя ее объёмы и позволяют оторваться по полной программе, поставив и повесив шкафчик и такой, и сякой. Та же байда с кранами, столешницей, прости Господи, варочной панелью и духовым шкафом с роботом-посудомойкой, а не тайкой. И даже бутылочницу от пола до потолка можно куда-нибудь пристроить. Место для всего этого найдется. И даже финансы ради такого благолепия уже почти наскребли. Только никак с женой не придем к общему знаменателю. Какого цвета это все должно быть? Чтоб не скучно получилось, по мнению жены. И чтоб какая-то практичность у кухни оставалась. Это мысль с моей стороны. Но главное. Чтоб не такая грусть-печаль, как нам предлагают дизайнеры. Большей частью в светлых тонах, от которых веет то больничкой, то столовкой из моего детства, случившегося сто тыщ пятьсот лет назад.
- А как насчет мятного цвета? – спросила меня жена, глянув из окна на сквер, притаившийся где-то там, в направлении центра Земли. Отметив вопрос в моих глазах, пояснила: - Это такой оттенок зеленого.
Я некоторое время потратил на переваривание слова «мятный». И выдал в ответ свой вариант:
- Вчера в каталоге видел кухню с фасадами коньячного цвета. Я тебе ссылку на нее посылал, а ты даже не отреагировала.
Жена освежила в памяти мои предложения, потом переспросила:
- Такую всю из себя темно-рыжую?
- Можно сказать и так, - согласился я.
- Так рыжий цвет быстро приестся, - отмахнулась жена. – Как пить дать, через год ты сам первый скажешь, что надо менять фасады.
- Приестся рыжий цвет? – переспросил я.
- Двести процентов приестся. Может, даже быстрее.
Я посмотрел на рыжие волосы жены. Не сказать, чтоб они были такие же огненные, как в тот день, когда я ее увидел первый раз дцать лет назад. Но все последующие с того дня годы у нее лишь изменялся оттенок. Более ярко, менее ярко… Никаких экспериментов по превращению себя в блондинку или брюнетку она над собой не ставила… Впрочем, подумалось мне в этот момент, рыжий с зеленым тоже неплохо смотрится.
- Мятный так мятный, - выдал я, допив свой чай.