Найти в Дзене

Если плохо о ком-то думаю, значит я плохой человек?

Когда мы переживаем обиду, гнев или боль, в нашей голове могут возникать «обжигающие», импульсивные мысли: "Сейчас же им отомщу!" Однако важно помнить, что сами по себе эти мысли не делают нас плохими людьми. Потому что мысли — это не действия. Это просто мысли, порождённые нашим восприятием сложной ситуации. Они подобны сигналам на приборной панели, «показывающим», что внутри нас что-то происходит. Но решение о том, что мы будем делать дальше, принимаем мы сами — уже обдуманно, когда берём паузу и накал стихает. Действовать, не обдумав свою импульсную мысль — вредно. Последствия могут быть опасными как для нас, так и для других. Полезнее работать не над «жгущей историей», а над собой, например, перестав мысленно «кормить» эту историю. Думая об обидчике, мы тратим уйму своих сил, а эти ресурсы могли бы пойти на что-то обдуманное и важное для нашей жизни. Об этом хорошо говорит Лиза Фельдман Барретт. Работая с молодыми женщинами, пережившими в детстве плохое обращение, она помогала им п

Когда мы переживаем обиду, гнев или боль, в нашей голове могут возникать «обжигающие», импульсивные мысли: "Сейчас же им отомщу!" Однако важно помнить, что сами по себе эти мысли не делают нас плохими людьми.

Потому что мысли — это не действия. Это просто мысли, порождённые нашим восприятием сложной ситуации. Они подобны сигналам на приборной панели, «показывающим», что внутри нас что-то происходит. Но решение о том, что мы будем делать дальше, принимаем мы сами — уже обдуманно, когда берём паузу и накал стихает.

Действовать, не обдумав свою импульсную мысль — вредно. Последствия могут быть опасными как для нас, так и для других. Полезнее работать не над «жгущей историей», а над собой, например, перестав мысленно «кормить» эту историю. Думая об обидчике, мы тратим уйму своих сил, а эти ресурсы могли бы пойти на что-то обдуманное и важное для нашей жизни.

Об этом хорошо говорит Лиза Фельдман Барретт. Работая с молодыми женщинами, пережившими в детстве плохое обращение, она помогала им понять, что они стали жертвами дважды: сначала — в момент травмы, а потом — когда остались один на один с эмоциональным наследием, с которым могут справиться только они:

«Не их вина, что их мозг был сформирован в токсичных условиях. Однако каждая из них — единственный человек, кто может трансформировать свою понятийную систему, чтобы изменить вещи к лучшему. Иногда ответственность означает, что вы единственный человек, который может что-то изменить».

Именно в этом и заключается ключевой выбор поступков. Эта ответственность — не про вину. Она про силу и возможность. Про то, что, даже получив «шрам», только мы можем решить, как с ним жить дальше — постоянно расчёсывать или дать ему зажить и научиться жить вместе с ним. В наших руках дать себе время проанализировать свои «жгущие» мысли и принять другие, более конструктивные решения. Например, изменив восприятие ситуации, восприятие себя в ней. Мы способны развить свою эмоциональную зрелость, устойчивость и научиться управлять своими эмоциями (Эстанислао Бахрах).