Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
С укропом на зубах

Поругался с бывшей, дочь видеть не хочешь - для чего, Семен ты живешь

Если вам что-то кажется, значит оно так и есть на самом деле. Семён не сразу об этом подумал, зато стал судорожно вспоминать, сколько выпил накануне в честь надвигающегося дня рождения, которое, как обычно, в беспамятстве перетекало в празднование Нового года. И самое удручающее, что, по факту, совсем не пил. Компания не сложилась, а потом позвонила бывшая жена, попросила ребенка на выходные забрать, а у него день рождения. Не с руки. С пацанами договорился уже. Напрочь испортила бывшая настроение. Поэтому, вернувшись после смены домой, Семён завалился спать в семь вечера. Вроде так все было. Проснулся в шесть до будильника, а на кровати сидит ОНА. Нет, слава Богу, не бывшая жена. Просто какая-то левая тётка. Не юная, даже наоборот, чуть полноватая, даже не чуть. Волосы в мелкий барашек. Грустная. Если вам что-то кажется, значит оно так и есть на самом деле. Вот как раз в этот момент Семён и вспомнил. Но объяснение не мистическое, а очень прозаическое ему не понравилось. Раньше, во в

Если вам что-то кажется, значит оно так и есть на самом деле.

Семён не сразу об этом подумал, зато стал судорожно вспоминать, сколько выпил накануне в честь надвигающегося дня рождения, которое, как обычно, в беспамятстве перетекало в празднование Нового года.

И самое удручающее, что, по факту, совсем не пил. Компания не сложилась, а потом позвонила бывшая жена, попросила ребенка на выходные забрать, а у него день рождения. Не с руки. С пацанами договорился уже. Напрочь испортила бывшая настроение. Поэтому, вернувшись после смены домой, Семён завалился спать в семь вечера. Вроде так все было.

Проснулся в шесть до будильника, а на кровати сидит ОНА.

Нет, слава Богу, не бывшая жена. Просто какая-то левая тётка. Не юная, даже наоборот, чуть полноватая, даже не чуть. Волосы в мелкий барашек. Грустная.

Если вам что-то кажется, значит оно так и есть на самом деле.

Вот как раз в этот момент Семён и вспомнил. Но объяснение не мистическое, а очень прозаическое ему не понравилось.

Раньше, во время загулов у него вкус был лучше. И женщины, с которыми он просыпался, сильно симпатичнее.

А эта чуть ли не бабка. Ну как бабка? Ровесница. Дожил. А ведь вроде и не пил. Не иначе назло бывшей чудо приволок.

Хоть и не помнит, как и когда.

Главное, смотрит, она на него, как мама, когда он косячил: печально, но с любовью.

От такой избавиться будет сложнее.

Семён сел в кровати. Женщина не шелохнулась.

-Так, дорогая, - начал он издалека, так как категорически не помнил, как ее зовут. – Все было прекрасно, но мне пора собираться на работу. Так что одевайся и дуй отсюда.

Женщина вздохнула, протянула руку и убрала с его оба упавшую на глаза прядь.

И руки у нее такие мягкие, тёплые. Как давно его никто с такой нежностью не трогал. Как будто он что-то важное, ценное. Любимое. А не просто Семен. Или «не хочу с этим папой оставаться». И, тем более не «опять в своем репертуаре!»

И слова злые, которые уже сорвались с губ, вдруг растворились в воздухе едва заметной розовой дымкой. Точно он их и не произносил.

Нет, так не пойдет. Еще чего она ему завтрак готовить удумает. А потом и вовсе переедет.

Открыл Семён рот, чтобы снова ее вон прогнать, а сказать ничего не может. Женщина тут наклонилась и в лоб его поцеловала со вздохом.

И тепло разлилось по телу Семена. А вместе с теплом тоска. Такая тоска, что выть захотелось.

Проморгался он, но женщина не исчезла. И на кухню не уползла. Что ей вообще от него, Семена, надо?

Он ее трогал? Зачем разбудила внутри эту пустоту, зачем разогнала своей нежностью?

-Уходи, - прохрипел Семен. – С глаз уйди, больно.

И тогда женщина заговорила.

-Это хорошо, что больно. Больно – значит лечить надо. Где больно? Покажи.

Семен потер грудь. Везде больно. И пусто. Что лечить-то?

Положила она руки ему на грудь. Только легче не стало. Как будто камнем придавила.

-Что это? Почему так?

-Совесть, Семен, - спокойно ответила женщина. – Я ведь, Семен, скоро уйди от тебя. Дальше сам будешь. Но тяжело мне уходить вот так. Может, еще очнешься. Ты, Семен, зачем на свете живёшь? Думал об этом когда-нибудь?

Когда-то думал. Да понял, что ничего у такого, как он, хорошего в жизни не будет. Какое у работяги счастье? Какой смысл?

-А ты кто такая, что уходить собралась? Я тебя и так раньше тут не видел.

-Не положено было, - сказала женщина. – Нам только попрощаться с подопечными можно. Вот я и пришла.

-Подопечными? – переспросил Семен. – Я тебе что мышь?

-Ну, какая же ты мышь, Семен? Ты человек. А человек может все, даже когда кажется, нельзя, что смысла нет, что ничего не будет.

-Если вам что-то кажется, значит оно так и есть на самом деле, - буркнул Семен.

-Семен, Семен, такой большой, а в сказки веришь, - рассмеялась женщина. – Все ты можешь. Через боль, через тоску, через не могу. Только теперь уже сам. Тебе скоро исполнится сорок. Ангелы покидают людей после сорока. Дальше уже сами.

— Значит, и ты мне кажешься. Вот признайся. Тебя же нет.

-Нет, - согласилась женщина. – Я тебе снюсь. Спи дальше, Семен.

Семен проспал до вечера. Когда проснулся никакой женщины в комнате не было.

Только тепло в теле и лёгкий осадок тоски, больше похожий на лёгкую грусть.

До его дня рождения и нового года осталось неделя.

Телеграм "С укропом на зубах"

Мах "С укропом на зубах"