Найти в Дзене

Уже кружил над ним коршун, уже собиралось воронье.

Знаете, жизнь иногда напоминает мне мою старую сумочку. Кажется, такая просторная, столько всего нужного можно туда положить. А на деле - кошелёк, ключи, помада. И вечно в самом дне завалялась пара конфет, забытых и чуть обёрнутых в пыль. Они уже не для того, чтобы есть, а просто… лежат. На память. Самое ценное часто оказывается не самым заметным. И самое заметное - не самым ценным. Истории - они как раз про это. Особенно старые, казачьи. В них нет психологических тонкостей, там всё просто, как удар шашкой. Но оттого и ясно, где правда, а где- просто блестящая мишура. Легенда о Якове и двух любовях В старину, когда казаки только поселились на берегах Терека, жил молодой казак Яков. Полюбил он красавицу Василису, дочь старшины. Но та сказала ему: - Люблю, Яшенька, но нет у тебя богатства. Добудь, тогда и выйду за тебя. Поехал Яков за добычей.. Добыл с боем золото, ткани, камни драгоценные. Но на обратном пути напала на него ногайская орда. Бился он отчаянно, но был с

Знаете, жизнь иногда напоминает мне мою старую сумочку. Кажется, такая просторная, столько всего нужного можно туда положить. А на деле - кошелёк, ключи, помада. И вечно в самом дне завалялась пара конфет, забытых и чуть обёрнутых в пыль. Они уже не для того, чтобы есть, а просто… лежат. На память. Самое ценное часто оказывается не самым заметным. И самое заметное - не самым ценным.

Истории - они как раз про это. Особенно старые, казачьи. В них нет психологических тонкостей, там всё просто, как удар шашкой. Но оттого и ясно, где правда, а где- просто блестящая мишура.

Легенда о Якове и двух любовях

В старину, когда казаки только поселились на берегах Терека, жил молодой казак Яков. Полюбил он красавицу Василису, дочь старшины. Но та сказала ему:

- Люблю, Яшенька, но нет у тебя богатства. Добудь, тогда и выйду за тебя.

Поехал Яков за добычей.. Добыл с боем золото, ткани, камни драгоценные. Но на обратном пути напала на него ногайская орда. Бился он отчаянно, но был схвачен. Не стали его убивать, привязали к одинокому дереву в степи на верную погибель.

Целый день палило солнце. Уже кружил над ним коршун, уже собиралось воронье. К ночи в степи появился слабый свет. И увидел Яков ту, кого когда-то оставил на чужбине, свою первую любовь. Молча подошла она, коснулась, и упали путы. Исчезла. А из темноты вышел его верный конь, ушедший от ногайцев.

Не поехал Яков с пустыми руками к невесте. Нашел друга-князя, снова добыл богатство в набеге. Вернулся в станицу, а Василиса уже за богатым купцом замужем. Пришел Яков к её дому, высыпал к её ногам всё золото и камни. Молча повернулся и ушёл. Оглянулся, а она уже подбирала рассыпанное.

Тогда поехал Яков искать ту, первую. Нашёл её… на кладбище. Стоял у могилы, а потом продал коня и оружие, взял гусли и пошёл странником.

Прошли годы. Старик-гусляр зашёл в богатый дом купца. Начал петь песню про казака, что добывал богатство для невесты, а та вышла за другого. Хозяйка, постаревшая Василиса, всмотрелась и ахнула: «Яшенька!». Но он лишь поклонился и ушёл.

А на берегу Терека, совсем уставший, встретил он перед смертью ту, первую. Она взяла его за руку, и боль ушла, и пошли они вместе по степи, залитой солнцем.

Так закончил свой путь казак Яков. Не с богатством, не с той, что золото предпочла. А с той, чья любовь оказалась сильнее жизни и смерти.

***

Вот и вся история. После таких легенд я всегда проверяю свою сумочку. Вытряхиваю её на стол. Смотрю: телефон, чек из магазина, смятая маска. И вот она - та самая забытая конфета. Неброская, не для показухи. Она просто есть. И от этого на душе становится тепло и спокойно.

Слагают про это песни, говорят, чтобы помнили. А помнить-то что? Что настоящее богатство не в сумах вяжется, а в сердце живёт. И иногда оно так тихо там лежит, что его и не разглядишь, пока не окажешься привязанным к одинокому дереву под палящим солнцем. И тогда придёт тот самый слабый свет. Неяркий. Настоящий.