Найти в Дзене

«Когда трудовой договор всплыл не вовремя»: экспертный разбор громкого дела о миллионах, дружбе и судебной логике

Дело: „Борисовы против Соловьёвой“
(имена изменены для сохранения конфиденциальности) 1. Вводная: как из дружбы вырос иск на 23 миллиона Есть дела, которые учат нас тому, что:
— доверие — хорошо,
— расписки — лучше,
— трудовой договор — идеально. А есть дела, которые учат, что даже трудовой договор могут признать «не тем» и «не тогда».
Пример — спор между супругами Борисовыми и их бывшей помощницей Соловьёвой, где после нескольких лет совместной работы и общения вдруг всплыли переводы на 15 миллионов, оплата совместных туристических поездок и обвинения «в неосновательном обогащении». Истцы заявили: «Мы ей деньги давали в долг, а никаких договоров не было. Верните!» Ответчица сказала: «Я была у вас в трудовых отношениях, добросовестно выполняла исполняла все ваши поручения, тратила ваши деньги на ваши же стройки. Что за долг?» Суд же решил иначе. 2. Что установил суд: версия судьи Сычева Суд первой инстанции счёл доказанным следующее: деньги действительно переводились; расписки
Оглавление

Дело: „Борисовы против Соловьёвой“

(имена изменены для сохранения конфиденциальности)

1. Вводная: как из дружбы вырос иск на 23 миллиона

Есть дела, которые учат нас тому, что:

— доверие — хорошо,

— расписки — лучше,

— трудовой договор — идеально.

А есть дела, которые учат, что даже трудовой договор могут признать «не тем» и «не тогда».

Пример — спор между супругами
Борисовыми и их бывшей помощницей Соловьёвой, где после нескольких лет совместной работы и общения вдруг всплыли переводы на 15 миллионов, оплата совместных туристических поездок и обвинения «в неосновательном обогащении».

Истцы заявили:

«Мы ей деньги давали в долг, а никаких договоров не было. Верните!»

Ответчица сказала:

«Я была у вас в трудовых отношениях, добросовестно выполняла исполняла все ваши поручения, тратила ваши деньги на ваши же стройки. Что за долг?»

Суд же решил иначе.

2. Что установил суд: версия судьи Сычева

Суд первой инстанции счёл доказанным следующее:

  • деньги действительно переводились;
  • расписки отсутствуют;
  • трудовой договор, представленный ответчицей, «не внушает доверия»;
  • доказательств выполнения работ — «недостаточно».

И, как следствие, признал всё полученное — неосновательным обогащением.

И даже оплату совместных турпоездок — тоже.

Юридически — строго.

Фактически — спорно.

Логически — иногда феерично.

3. В чем ошибки суда: экспертный разбор

Ошибка №1: Копия трудового договора признана недопустимой “автоматом”

Суд указал:

— подлинник не представлен;

— копия не заверена;

— значит, доказательство недопустимо.

Но вот незадача:

ст. 71 ГПК РФ НЕ запрещает использовать копии — наоборот, позволяет, если их подлинность не оспорена или не вызывает сомнений.

А истцы копию не оспаривали. Они лишь говорили: «Мы ничего не подписывали».

И самое главное: в деле имеется экспертное заключение (проведенное в рамках уголовного дела) , подтверждающее факт подлинности документа и подписей сторон под ним , а также отсутствия его монтажа. Экспертным же путем установлен иной срок изготовления документа, нежели указанный в договоре. Вывод: трудовой договор подлинный , но составлен позже даты , указанной в нем самом в качестве даты приема на работу.

Но суд на него…

махнул рукой.

Ошибка №2: Суд фактически признал документ фальсифицированным — без экспертизы в самом деле

Судья посчитал, что договор «создан позже указанной даты» —

и сделал вывод, что он ненастоящий.

Но:

  • экспертиза по подлинному документу проводилась в уголовном деле ( где он и хранится),
  • заключение относится к подлиннику,
  • подлинник в суд по ГПК действительно не поступил,
  • однако суд не вправе квалифицировать документ как ненастоящий без экспертизы в пределах гражданского процесса.

Это прямое нарушение

ст. 186, 187 ГПК РФ.

Так делать нельзя.

Но суд сделал.

Ошибка №3: Суд игнорирует хозяйственный характер отношений

Когда человек получает деньги, а в течение 1–3 дней оплачивает в пользу отправителя средств (семьи Борисовых):

— за стройматериалы,

— за газ,

— за свет,

— за подрядчиков,

— за интернет в дом Борисовых,

— за публикации объявлений о продаже их объектов,

— за госпошлины за их недвижимость,

это называется:

исполнение поручений.

Суд же заявил:

«Не доказано, что она действовала в интересах истцов».

При наличии квитанций и отметок в назначении платежей , как минимум — странно.

Ошибка №4: Суд сослался на покупку ответчицей авто и недвижимости как на доказательство… чего?

Мало кто знает, но в ГПК РФ нет нормы:

«Если человек купил себе машину при отсутствии официального дохода — значит, он потратил чужие деньги на себя».

Но суд, в нашем случае решил, что именно так.

Это выход за пределы предмета доказывания, так как выбор, куда человек тратит свою зарплату (или доходы от бизнеса), не является критерием квалификации платежей как неосновательного обогащения. Основание для получения средств , либо есть, либо его нет.

В нашем случае , был длительный период ведения совместно хозяйственно -экономической деятельности. Денежные средства перечислялись обеими спорящими сторонами на счета друг друга.

Ошибка №5: Суд неправильно распределил бремя доказывания

Истцы должны доказать:

  • факт передачи денег,
  • отсутствие правового основания.

Факт передачи — доказан.

Отсутствие основания — не доказано и опровергнут доказательствами ответчицы.

Суд же заявил наоборот:

«Ответчик не доказала основание получения денег».

Это прямое нарушение

ст. 56 ГПК РФ.

Ошибка №6: Суд отказался учитывать переписку, отчёты, финансовые связи — без анализа

Доказательства ответчицы суд назвал «ненадлежащими», потому что:

— нотариальные протоколы исследования и фиксации доказательств не представлены в оригинале;

— отчёты составленные ответчицей, о продажах и иных коммерческих процессах за весь период совместной работы, не подписаны истцами, а значит ими не признаны;

— выписки ответчицы «не содержат назначений платежей».

Но:

  • нотариальная форма НЕ требуется ГПК (ст. 71);
  • отчёты могут быть электронными;
  • платежи третьим лицам с мотивацией, совпадающей с договорённостями сторон, адресами объектов принадлежащим истцам— классическое доказательство исполнения поручений.

Суд обязан был анализировать — но не проанализировал.

4. Туристические путёвки как «неосновательное обогащение»

Отдельная глава этой истории:

семейные поездки истцов и ответчицы, которые суд посчитал имущественной выгодой.

Но ведь даже в судебном заседании звучало:

— поездки были совместными;

— проживали вместе;

— инициатива исходила от истцов ( и так много раз и много лет).

По п. 4 ст. 1109 ГК РФ:

такое не возвращается в принципе.

Но суд, видимо, решил:

если было весело — значит, незаконно.

5. Что осталось за кадром, но критически важно

Суд вообще не дал оценки:

  • длительной переписке о хозяйственных поручениях;
  • расчётам, подтверждающим движение денег в интересах истцов;
  • логике оборота по счету;
  • двум квартирам, принадлежавшим ответчице, которые она продала и вложила деньги в бизнес истцов
  • материалам уголовного дела, где истец лично подтверждает многолетние деловые отношения.

Такой «выборочный» подход —

проблема, которую апелляция увидит первой.

6. Мораль истории — в стиле «юридический опыт»

Эта история учит:

  • Предприниматели любят доверять.
  • Работники надеются на порядочность работодателей.
  • Суд любит документы.
  • А документы обязаны быть оформлены до того, как все поругаются.

И, конечно:

Если вы 5 лет живёте как единая команда — не удивляйтесь, что в суде это могут назвать “корыстью”».