Руководитель следственного комитета по Челябинской области генерал-майор юстиции Степан Игнатьевич Шульгин, сидя под портретом Президента, внимательно смотрел на своего подчинённого. Старший следователь первого отдела по расследованию особо важных дел, майор Демарин докладывал:
- Орудия убийства пока не обнаружено, убийца унёс его с собой. Мотив преступления также пока не ясен.
Известно, что убитая приехала из Архангельска, где работала на комбинате по добыче алмазов. Её непосредственный руководитель – сокурсник подозреваемого Докшина. Однако теоретически, с ним мог быть знаком и Корнеев, хотя он младше Докшина, но студенты одного вуза в Магнитогорске вполне могли пересекаться. Убитая, либо как-то связана с деловыми интересами своего шефа и была своего рода курьером, либо здесь какая-то личная история. Например, её отчество совпадает с именем Докшина.
Все они на момент убийства находились в гостинице. Только Корнеев выходил в магазин за коньяком.
Водитель Мареев утверждает, что во время совершения преступления находился в антикварном магазине, покупал подарок на юбилей жены. Убитую не знал и не видел.
Из персонала гостиницы все были друг у друга на виду, связи с убитой не прослеживается.
Единственное указание на убийцу – горничной Спириной – как на тёмную фигуру. Докшин и Корнеев носят светлую одежду. Но световой контраст в дверном проёме мог дать цветовое искажение, светлое показаться могло и тёмным.
Ясно, что сотовый телефон, обнаруженный в листве дерева под балконом номера Корнеева, имеет прямое отношение к убийству, его намеренно выбросил либо сам Корнеев, либо Докшин. Но Корнеева допросить пока невозможно, он отбыл с технологическими документами в Магнитогорск, на комбинат. Мною дано поручение задержать и препроводить его к нам, в Челябинск.
Докшин и Мареев мною задержаны. В данный момент ждут допроса.
- Слушай, Дмитрий Евграфович, я, конечно, доверяю твоему опыту и интуиции, но оснований для задержания у тебя мало, практически нет, - констатировал Степан Игнатьевич. – Ты, конечно, можешь промурыжить их часа три-четыре, но об аресте даже не может быть и речи, ни один суд на это не пойдёт. Пока – одни голые версии.
Селекторный аппарат на столе генерала, стоящий тут с прошлого века, вдруг заговорил женским голосом: «Степан Игнатьевич, к вам лейтенант Акулов рвётся, говорит: срочно, по демаринскому делу».
Хозяин кабинета пригнулся к аппарату, нажал на нём толстую кнопку: «Пусть войдёт».
Через несколько секунд дверь распахнулась, вошёл лейтенант Акаулов:
- Здравия желаю.
- Говори, что у тебя, - кивнул Шульгин.- Давай, присаживайся за стол.
Акулов прошёл, сел за длинный стол совещаний рядом с Демариным.
- Изучая полицейскую сводку, обратил внимание на то, что в Сосновском районе был обнаружен труп неизвестного мужчины, по описанию похожего на нашего Корнеева. Фото я запросил. Убит длинным узким ножом, по характеру ранения похоже на наш труп. Но, что самое интересное, собака привела к свежему костровищу, в котором сгорели какие-то бумаги, документы. Тамошние криминалисты их сейчас изучают. Местные оперативники оказались любознательными и копнули глубже, под углями обнаружен схрон: штык-нож от винтовки АВС 1936 года выпуска и крупные мужские золотые часы.
- Почти не сомневаюсь, что это наш Корнеев. И наш след, - констатировал Демарин.
- Вот что, Дмитрий Евграфович, под свою ответственность даю тебе добро задержать подозреваемых на сутки до выяснения обстоятельств, - хлопнул ладонью по столу генерал, - собирай улики, разберись с сосновским делом. Но за сутки накопай, расколи их. Или - будут неприятности. Докшин всё же входит в высшее руководство ММК, а это, знаешь ли….
Он многозначительно замолчал, а потом приказал:
- За работу, все свободны.
Майор и лейтенант вышли из кабинета.
(Продолжение следует).