"Отмахиваясь от серьезного критического разбора подобных фильмов, мы, по-видимому, руководствуемся простейшим силлогизмом: раз это бездарно, раз эго подделка под искусство — значит, это и безопасно. Но в действительности продукция подобного рода делает свое дело, заражая солидную часть зрителей чуждой нам идеологией и моралью"...
Рапсодия / Rhapsody. США, 1954. Режиссер Чарльз Видор. Сценаристы: Рут Гетц, Огастес Гетц, Майкл Кэнин, Фэй Кэнин (по роману Генри Ричардсона "Морис Гест"). Актеры: Элизабет Тейлор, Витторио Гассман, Джон Эриксон, Луи Калхерн, Михаил Чехов и др. В СССР – с 3 мая 1960. 25,5 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Чарльз Видор (1900-1959) известен такими своими фильмами, как «Тупик», «Девушка с обложки», «Джильда», «Любовь Кармен», «Джокер», «Прощай, оружие!» и др.
В музыкальной мелодраме «Рапсодия» молодая богачка в исполнении Лиз Тейлор (1932-2011) влюбляется в скрипача в исполнении Витторио Гассмана (1922-2000), но вскоре она встречает пианиста в исполнении Джона Эриксона (1926-2020).
Советская пресса встретила «Рапсодию» неласково, подчеркивая, что «на практике получается, что иной раз та часть зарубежной кинопродукции, которая выражает буржуазные вкусы и идеалы, оказывается вне обстрела нашей критики. Так называемое «коммерческое кино» (кстати термин весьма приблизительный, ибо «Римские каникулы» и «Рапсодию» создают, руководствуясь не только финансовыми соображениями, но и соображениями идеологическими) рассчитано на массового зрителя. … «Рапсодия» — не просто душещипательная мелодрама, но откровенная спекуляция на «вечной теме» любви, как бы между прочим пропагандирующая полный сервис бюргерского благополучия. Отмахиваясь от серьезного критического разбора подобных фильмов, мы, по-видимому, руководствуемся простейшим силлогизмом: раз это бездарно, раз эго подделка под искусство — значит, это и безопасно. Но в действительности продукция подобного рода делает свое дело, заражая солидную часть зрителей чуждой нам идеологией и моралью. … критика при выборе объекта для приложения своих сил должна исходить из того, что имеет реальное значение в идейной борьбе с буржуазной идеологией. Помочь миллионам людей выработать четкую оценку и иммунитет к лжеискусству — разве это не интересная и не увлекательная задача для критика?!» (Толстых, 1963: 66-67).
Многим зрителям эта музыкальная любовная история нравится до сих пор:
«Очень красивый фильм, пронизанный великой музыкой» (Элла).
«Восхитительный фильм! Потрясающие актеры, шикарный стиль Лиз Тейлор, конечно – музыка: великая и роскошная!» (Вэлари).
Киновед Александр Федоров
Любовь под вязами / Страсть под вязами / Desire Under the Elms. США, 1957. Режиссёр Дилберт Манн. Сценарист Ирвин Шоу (по одноименной пьесе Юджина О'Нила). Актеры: София Лорен, Энтони Перкинс, Берл Айвз, Фрэнк Овертон, Пернелл Робертс и др. В СССР – с июля 1966. 25,5 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссёр Дилберт Манн (1920-2007), лауреат «Оскара» за драму «Марти» (1955), получил известность также такими своими фильмами, как «Любовь под вязами» (1958), «В полночь» (1959), «Розовые джунгли» (1968), «Похищенный» (1971), «На западном фронте без перемен» (1979) и др.
Мелодрама «Любовь под вязами» рассказывала о вражде и страсти в семье Кэботов… В центре этой картины был психологически сложный дуэт двух выдающихся актеров – Софи Лорен и Энтони Перкинса (1932-1992).
Советская пресса отнеслась к этой мелодраме неоднозначно.
Так философ и кинокритик Владимир Разумный (1924-2011) писал, что «наряду с коммерческой продукцией и модернистскими фильмами в современном буржуазном кинематографе порою появляются произведения, близкие по духу к критическому реализму. В них дается относительно правдивая картина общества, где человек человеку — волк, где действуют, как в джунглях, звериные законы индивидуализма. Как правило, такие фильмы являются экранизациями известных литературных произведений. Именно таков фильм «Любовь под вязами», снятый режиссером Д. Манном по одноименной пьесе американского драматурга Юджина О'Нила. Деньги, их грозная разлагающая власть, превращающая родных людей в кровных врагов, заставляющая детей предавать своих родителей, а родителей — убивать детей — вот тема, трактуемая драматургом» (Разумный, 1966).
Литературовед и театровед Наум Берковский (1901-1972) отнесся к фильму «Любовь под вязами» гораздо строже, подчеркнув, что «у Софи Лорен на экране женщина-змея, даже во внешности ее, в удлиненной фигуре, в маленькой круглой голове, в волнистых телодвижениях преподносится нам нечто змеевидное и змееподобное. В американском фильме фермерша из Новой Англии и яростная, ядовитая страсть ее к собственному пасынку суть неразличимое одно. У Софи Лорен ничего не останется, если вычесть страшные, ее уничтожающие сексуальные переживания. Нет человека, есть наложница, сначала отца, потом сына, потом и одного и другого, к одному питающая отвращение, к другому вожделеющая страстью целого террария или, больше того, страстью целого зверинца. … У Софи Лорен было очень много силы и искусства, никак не менее того соблазна, но поэзии здесь не было ни до, ни после завязки событий, все было съедено преступностью и преступлениями. Социальная тема, столь яркая в спектакле Таирова, в американском фильме звучит гораздо глуше» (Берковский, 1969: 379-380).
Зрители XXI века, как правило, оценивают фильм «Любовь под вязами» высоко:
«Очень люблю пересматривать этот фильм. Потрясающая игра актеров. Роль Софи Лорен одна из лучших в ее фильмографии» (Новикова).
«Очень хороший фильм с несравненной Софией Лорен. Еще раз убедилась, что она блистательная разноплановая актриса. Сложная драматическая роль, тяжелое психологическое кино» (Велэри).
Киновед Александр Федоров
Большой вальс / The Great Waltz. США, 1938. Режиссер Жюльен Дювивье. Сценаристы: Сэмюэль Хоффенштейн, Уолтер Рейш. Актеры: Луиза Райнер, Фернан Граве, Милица Корьюс и др. Прокат в СССР – с 23 июня 1940. Повторный прокат в СССР – с 25 июля 1960. 25,4 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Классик французского кинематографа режиссер Жюльен Дювивье (1896-1967)снял «Большой вальс» в Голливуде, и этот фильм стал одной из самых успешных его работ.
Это была история короля вальса Иоганна Штрауса, котрый по сюжету фильма влюблялся в оперную певицу. Карле Доннер.
Именно в этом фильме миллионам зрителей навсегда полюбился вокал Милицы Корьюс (1909-1980), карьера которой в кино, увы, была недолгой…
Зрители и по сей день с теплотой вспоминают эту музыкальную картину:
«Это чудесный фильм, который можно по праву отнести к шедеврам мировой кинематографии! Фильм, безусловно, нужно посмотреть каждому человеку, чтобы стать добрее, научиться уметь ценить красоту и нежные человеческие чувства!» (Н. Хилькевич).
«Фильм снят великолепно! Милица Корьюс сказочно хороша! Весь фильм - это волшебно - прекрасная, чарующая музыка Штрауса, и сюжет, мне кажется, сделан так, чтобы он хорошо ложился на музыку. Во всяком случае, я всегда смотрю его не как биографический фильм (он таковым и не является), а как красивый сюжет с бесподобной музыкой» (НВЧ).
Киновед Александр Федоров
Красное и чёрное / Le Rouge et le noir. Франция–Италия, 1954. Режиссер Клод Отан–Лара. Сценаристы: Пьер Бост, Жан Оранш, Клод Отан-Лара (по одноименному роману Стендаля). Актеры: Жерар Филип, Даниэль Дарьё, Антонелла Луальди, Жан Мартинелли, Жан Меркюр и др. В СССР – с 18 октября 1955. 24,8 млн. зрителей за первый год демонстрации. Прокат в Италии: 3 млн. зрителей. Прокат во Франции: 4,3 млн. зрителей.
Режиссер Клод Отан–Лара (1901-2000) – один из самых французских кинематографистов, стартовавших еще в 1930-х. В частности, он поставил такие фильмы разных жанров, как «Глория», «Древнейшая профессия в мире», «Дневник женщины в белом», «Граф Монте Кристо», «Зелёная кобыла», «Игрок», «В случае несчастья», «Через Париж», «Ночная Маргарита», «Красное и чёрное», «Семь смертных грехов», «Дьявол во плоти» и др.
В добротно поставленной экранизации «Красного и черного» роль амбициозного Жюльена Сореля, поступающего на службу гувернером в богатый дом, сыграл легендарный Жерар Филип (1922-1959), а роль госпожа де Реналь – не менее легендарная Даниэль Дарьё (1917-2017).
Знаток французского кино Александр Брагинский (1920-2016) писал, что в «Красном и черном» «тонко и правдиво раскрыл Жерар Филип сложный, противоречивый образ Жюльена Сореля. Он показал, что здесь ум и честолюбие вступили в конфликт с сердечным порывом. Артист сумел убедительно доказать, что честолюбие и лицемерие Сореля подсказаны ему самой жизнью, стремлением вырваться из низов, преуспеть, сделать карьеру. Как и многие другие герои Филипа, он избирает для достижения своей цели любовь и, как они, терпит поражение, не в силах победить свои подлинные чувства. Жерар превосходно раскрыл эту раздвоенность Жюльена Сореля, однако не нашел равноценных красок для двух различных обликов своего героя. В результате сцены с мадам де Реналь значительно сильнее, чем с мадемуазель де ля Моль, как и вообще все лирические сцены значительно превосходят те, где действует Сорель-честолюбец» (Брагинский, 1966: 184-185).
А кинокритик Андрей Зоркий (1935-2006) хвалил игру Даниель Дарьё: «Мы застаем ее в начале фильма Отан-Лара погруженную в сонный, идиллический (насколько уместно здесь это выражение) мир. Мир этот преображается с появлением юного Сореля. Пробудившийся к Жюльену интерес объясним, казалось бы, самым естественным чувством благодарности и уважения. Жюльен не кричит на детей, не говорит пошлостей, вообще не походит на окружающих. Даниель Даррье вслед за Стендалем, кажется, рисует еще не любовь, но ее предчувствие, ее приближение. … И Даниель Даррье приходится проявить тончайшее актерское умение, чтобы передать важнейший нюанс стендалевского романа. Актрисе это удается блестяще. Ее героиня трогательна в своей любви и все же где-то чуть смешна, жалка — в паническом ужасе перед молодым «покорителем сердец», в бурно обнаруженном раскаянии. Но над этими реалистическими сценами возвышается любовь, которая пробуждает в героине новое, рождает бунтарскую — сродни сорелевской — силу. Чувство, воплощаемое Дарьё, глубоко трагично. Оно пройдет через разлуку, равнозначную умиранию, через муки совести и муки попранных и вновь обретенных чувств, через слабость, предательство во имя все той же любви... И поразительно — в романе, беспощадно критикующем буквально все пласты социальной и духовной жизни Франции, рисующем жизнь двух его героев как бесконечное странствие по кругам ада, единственной светлой краской, единственно возможной нравственной силой остается именно любовь двух людей, удивительно схожих судьбой, восставших и сломленных. Недаром критики воспринимают жизнь г-жи де Реналь как своеобразный «женский вариант» судьбы Сореля. Актриса раскрывает нам тончайшие движения души, многоцветный спектр эмоций. Ее героини испытывают полную меру человеческих чувств. Но что означают эти чувства — помимо нежности и любви, страдания и самопожертвования?» (Зоркий, 1965: 27-32).
Киновед Александр Федоров