Вторая мировая война вспыхнула 1 сентября 1939 года, когда Германия ударила по Польше. А уже к 17 сентября страна рассыпалась под тяжестью вермахта. Парадоксально, но ключевые причины катастрофы поляки создали собственными руками — сначала заигрывая с нацистами, потом угрожая им войной, маршируя с оркестром и мобилизуя армию в уверенности, что победа почти гарантирована.
Польша стала первым государством, которое после прихода Гитлера к власти в 1933 году выстраивало с ним «тёплые отношения». 26 января 1934 года Варшава подписала с Берлином Пакт о ненападении, а заодно и тайные договорённости о возможной военной кооперации и разделе сфер влияния. На фоне такой идиллии польские политики фантазировали о совместном с Германией переделе Восточной Европы — мечтали дотянуться и до Прибалтики, и до советских западных территорий.
Отношения были настолько трогательными, что в 1935-м Герман Геринг прилетел в Краков на похороны Юзефа Пилсудского, а Гитлер устроил в Берлине символальные проводы «друга Польши», лично сидя у катафалка в соборе святой Ядвиги. Любовь — до гроба, без преувеличения.
Но когда СССР и Франция в мае 1935 года заключили договор о взаимопомощи, Польша внезапно продемонстрировала свой истинный курс: Варшава заявила, что в случае прохождения советских войск через её территорию (для защиты Чехословакии) она сама начнёт против них войну. Польское руководство считало, что исторический момент для раздела России вот-вот настанет, и готовилось к нему заранее. В докладе Генштаба за декабрь 1938 года прямым текстом говорилось: «Польша не должна остаться в стороне от раздела России».
С Берлином мыслили одинаково. Геринг уверял маршала Рыдз-Смиглы: «Польша — наш духовный союзник», а Гитлер в Берхтесгадене предлагал Польше участвовать в «крестовом походе» на СССР. Варшава в ответ озвучила свои желания — советская Украина и выход к Чёрному морю. Более того, польские генералы разработали специальный план войны с СССР под названием Wschód («Восток»).
Но политическая идиллия рухнула там, где её и не ждали — из-за Данцига и коридора к Восточной Пруссии. Германия потребовала «решить вопрос», протянуть через польскую территорию экстерриториальную трассу и железнодорожную линию. Польша внезапно включила заднюю передачу, начала вилять, отказываться и снова намекать на свои амбиции на Востоке.
21 марта 1939 года Риббентроп поставил ультиматум. Польша отказала. Польские генералы начали готовить новый план — на этот раз против Германии: Zachód («Запад»). Уже 23 марта Гитлер дал командованию понять: Польша станет следующей целью. Это подтвердилось и на Нюрнбергском процессе.
В апреле фюрер официально разорвал Пакт о ненападении. В Польше начали раскручивать антигерманскую истерию. Маршал Рыдз-Смиглы заявил британской прессе: «Польша добивается войны с Германией, и Германия её не избежит». Казалось бы — объявление войны на всю Европу. А затем последовали эпизоды, похожие на сознственную провокацию: сбитые польской стороной гражданские самолёты Германии, убийство немецкого консула в Кракове, полномасштабная мобилизация, песни о «победном походе на Рейн».
Итог был предсказуем. 1 сентября Германия начала операцию. 17 сентября польская армия была фактически уничтожена: 66 тысяч погибших, около 700 тысяч — в плену. Территория Польши была поделена между СССР, Германией, Литвой и Словакией. Немецкие земли перешли под контроль генерал-губернаторства.
А Лондон и Париж — те самые «гаранты» польской безопасности — предпочли смотреть со стороны, рассчитывая, что Гитлер после Польши двинется на СССР. Но фюрер уже играл по другим, собственным правилам.
Так закончилась история польско-германской «дружбы», которая из тайных союзов и совместных планов по разделу СССР обернулась стремительным падением государства, уверовавшего, что может одновременно угрожать Германии, диктовать ей условия и мечтать о походе на Восток.
Если понравилась статья, поддержите канал лайком и подпиской, а также делитесь своим мнением в комментариях.