Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Алексей Дягилев

Глава 13. Кузьмич.

"Офицеры" уходят в хату, а ветераны взвода, наобнимавшись с Емельяном, обступают его кругом и приступают к расспросам. Я только лишь успел поздороваться с этим обалдуем как, выглянувший из окна Ванька, зовёт меня в дом. Вхожу и, козырнув, докладываю о прибытии, но командир разведроты, отмахивается рукой и приглашает меня к столу, с расстеленной на нём картой. - Ты эти места хорошо знаешь? - спрашивает он, показывая на отрезок Смоленского шоссе от села Ильино, до реки Межа. - Вместе же воевали, товарищ капитан, - отвечаю я. - Километра два в ту и другую сторону от села вдоль шоссе. - Про это я и сам знаю, - а дальше? – интересуется он. - Дальше не знаю. А что конкретно вас интересует? – Отвечаю я и задаю встречный вопрос. - Конкретно меня интересует мост через реку Межа и его захват. – Ставит он карандашом точку на карте. - А что, разве он не у наших? Вроде комэск Задорожный рассказывал, как они его захватили. – Вопросительно смотрю я на капитана. - Уже нет. – Коротко отвечает он. - Н

"Офицеры" уходят в хату, а ветераны взвода, наобнимавшись с Емельяном, обступают его кругом и приступают к расспросам. Я только лишь успел поздороваться с этим обалдуем как, выглянувший из окна Ванька, зовёт меня в дом. Вхожу и, козырнув, докладываю о прибытии, но командир разведроты, отмахивается рукой и приглашает меня к столу, с расстеленной на нём картой.

- Ты эти места хорошо знаешь? - спрашивает он, показывая на отрезок Смоленского шоссе от села Ильино, до реки Межа.

- Вместе же воевали, товарищ капитан, - отвечаю я. - Километра два в ту и другую сторону от села вдоль шоссе.

- Про это я и сам знаю, - а дальше? – интересуется он.

- Дальше не знаю. А что конкретно вас интересует? – Отвечаю я и задаю встречный вопрос.

- Конкретно меня интересует мост через реку Межа и его захват. – Ставит он карандашом точку на карте.

- А что, разве он не у наших? Вроде комэск Задорожный рассказывал, как они его захватили. – Вопросительно смотрю я на капитана.

- Уже нет. – Коротко отвечает он.

- Ну, если нужен проводник, - рассуждаю я вслух, - то можно спросить одного из местных, он в моём расчёте сейчас ездовым.

- Тогда зови, а там посмотрим, - закругляет наш диалог ротный.

Я выхожу во двор и, расспросив бойцов, не видел ли кто водителя кобылы, иду в указанном направлении.

- Кузьмич, ты где? - зову я старого служаку, зайдя в сарай, где у нас была оборудована конюшня.

- Тут я, товарищ командир, - откликается он, подходя ко мне, - лошадей обиходю.

- Кузьмич, ты свой район хорошо знаешь? Меня интересует Смоленское шоссе и мост через Межу. - С места в карьер перехожу я.

- Ну как тебе сказать, товарищ командир, дорогу знаю, мост знаю, да и по району я хаживал. – Отвечает Кузьмич.

- Тогда пошли, тебя взводный зовёт, жду тебя возле хаты, - говорю я, вспомнив про ещё одно неотложное дело.

По пути к дому нахожу дядю Фёдора и нарезаю ему следующую задачу.

- Вот смотри Федя - показываю я ему немецкий винтовочный патрон. - Видишь зелёное кольцо вокруг капсюля?

- Да, вижу.

- Это патрон с основной пулей и у нас их много. Но для стрельбы по самолётам нам нужны бронебойные, зажигательные, а также трассирующие боеприпасы. Мысль улавливаешь? – Спрашиваю я.

- Бронебойные я знаю, у них красное кольцо вокруг капсюля. – Отвечает Фёдор.

- Молодец. Сейчас перебираешь все трофейные патроны, те, что с обычной пулей не трогаешь, а которые отличаются по цвету и по меткам, сортируешь по мастям и откладываешь в сторону. Потом, методом научного тыка, определим, где какие. Да и ленты набитые перебери, вдруг немцы за нас часть работы сделали. – Отдаю я распоряжения.

- Понял, только мне это, одному и до утра не управиться. – Озадачился дядя Фёдор.

- Ну, так припаши кого-нибудь из пулемётчиков, скажешь, я приказал. Емелю с собой возьми, он точно поможет, и перебрать, и припахать. – Советую я.

Федос уходит, а я иду к дому "офицеров", где меня уже дожидается Кузьмич, при полном параде с трофейным карабином на плече.

- Товарищ капитан, вот привёл, - показываю я на бойца и отхожу немного в сторону.

- Красноармеец Кузьмин, - представляется он, вытянувшись во фрунт.

- Карту читать умеете? - спрашивает ротный, обращаясь к Кузьмичу.

- Так точно, ваше бла... товарищ капитан, - отвечает он, сбившись, но поправившись в конце.

- На империалистической воевал?! - спрашивает Алексеев.

- Так точно, с четырнадцатого году, товарищ капитан. – Отвечает Кузьмич.

- Ну, тогда ладно, - машет рукой командир. - Проходите к карте оба. - Приглашает он нас.

- Меня интересует вот этот мост, и по какой дороге в этот район добраться, сразу скажу, шоссе не подходит, оно перехвачено немцами, так что остаются только просёлки, которые на карте-то есть, а вот есть ли они на местности и можно ли по ним проехать, вот в чём вопрос. – Объясняет задачу капитан Алексеев.

Кузьмич долго водит пальцем по карте, читая и узнавая знакомые названия сёл и деревень, а потом спрашивает.

- А откуда, и на чём ехать будете? А то ежели, на конях, то проехать можно почти везде, а если на технике, то только в паре мест и проедешь.

- На технике, - что-то вспоминая, на автомате отвечает Алексеев. - А ты не из Ильинских ли мужиков будешь, вместе с которыми мы на высоте воевали?

- А я думал вы меня и не признаете, товарищ капитан. Егор Сергеич нас тогда позвал с окопами помочь, а увидев, что вас всего ничего, мы с вами и остались. – Отвечает Кузьмич.

- Точно, а без бороды и гражданской одежды, тебя трудно признать Кузьма Кузьмич, - видимо припомнив кое-что говорит ротный. - Да и помолодел ты сразу годков на десять, после того как её сбрил.

Я чуть не заржал, когда вспомнил знаменитую фразу "Володька, ты зачем усы сбрил?", так что пришлось отвернуться и сделать вид, что закашлялся.

Переждав мой приступ "бронхита", капитан продолжил обсуждать боевую задачу, но уже более конкретно.

В результате мозгового штурма, совместными усилиями наметили два возможных маршрута для движения колонны техники, и капитан Алексеев, приказав нам далеко из расположения не отлучаться, ушёл в штаб батальона.

- И что это было? - спрашиваю я у Ивана, когда мы отпустили Кузьмича.

- Я и сам толком не понял, но скорее всего наш отдых заканчивается и скоро опять в бой. – Отвечает он.

- Это-то я и сам понял. А что-нибудь конкретное капитан тебе разве не сказал? – интересуюсь я.

- Нет, отделался общими фразами и намёками. Так что и ты лишнего не болтай. – Предупреждает меня Иван.

- Тогда я пошёл, а то у меня тут дело образовалось. Бойцов я озадачил, но надо проконтролировать. – Отпрашиваюсь я.

- Иди, занимайся, а я чуть позже подойду, посмотрю, что ты там опять наколобродил. – Отпускает меня командир взвода.

Выйдя из дома, я застаю следующую картину. Все свободные от наряда и работы бойцы взвода, как Золушки, перебирают трофейные маузеровские патроны 7,92х57, отделяя зёрна от плевел. То есть обычные, самые распространённые патроны с тяжёлой пулей, от прочих. До этого мы стреляли из трофейных карабинов и пулемётов всем, что попадалось под руку, особо не заморачиваясь какие там пули: лёгкие, тяжёлые, бронебойные или зажигательные, летит и ладно. Только пулемётчики держали про запас кекс с лентой на пятьдесят бронебойных патронов, на всякий случай, но и её отстреливали, когда кончались боеприпасы. Пользовались также услугами немецких набивальщиков, которые снаряжали ленты по своему усмотрению, а мы отбирали у них эти трофеи. А вот для стрельбы по самолётам такой подход не годился, нужны были совсем другие боеприпасы, причём разные, как трассеры, так и пристрелочные, а также бронебойно-зажигательные. Вот их-то сейчас и искали наши ЗолушкИ, от слова ЗолушОк, потому что все сортировщики, были мужского пола. Пулемётчикам же оставалось только снаряжать пустые ленты обычными патронами и укладывать их в короба и круглые магазины (кексы).

- Ну, как успехи? - спросил я у Фёдора, когда подошёл ближе.

- Да вот работаем, - ответил он, не прекращая набивать ленту патронами.

- Вижу, что работаете, - а точнее можешь сказать, сколько и чего насобирали?

- Бронебойных и трассирующих, почти по полному ящику, а вот остальных немного.

- Ладно, пойду ещё в каптёрке у себя посмотрю, а вы продолжайте, да и несколько пустых лент оставьте, будем их против самолётов снаряжать.

Когда я зашёл в свою каптёрку, которая по совместительству была ещё и складом трофейного снаряжения и боеприпасов к стрелковому оружию, то пришлось запалить керосиновую лампу, так как на улице заметно потемнело, и ночер уже вовсю вступал в свои права. В кладовой дома места стало гораздо больше, Федя вытащил практически все трофейные боеприпасы, которые хранились в пустой таре из-под снарядов, но кое-что забыл. Убрав всё лишнее с импровизированного столика, открываю верхний патронный ящик, но с ним я обламываюсь, там оказались только бронебойные патроны, которых нам пока хватит. Меняю тяжеленные ящики местами, и в нижнем нахожу то, что надо. В одной картонной коробке оказались патроны с жёлтой этикеткой на пачке, зато в двух других этикетка была зелёная, и теперь у нас есть соответственно 300 штук трассирующих и 600 штук зажигательных патронов. Это кроме тех, что уже выбрали, или ещё выберут бойцы, так что пару десятков "кексов", для наших самопальных "Шилок" мы точно снарядим, а потом посмотрим. А то немецкие самолёты в последнее время разлетались над станцией и железкой как у себя дома, и это настораживает. Хорошо, что пока только разведчики "принюхиваются", но ведь могут и бомбовозы прилететь. И хотя для прикрытия станции командование и выслало одну счетверёнку максимов, но это капля в море при серьёзном налёте фрицевских пикировщиков. Так что "готовим сани летом..."

Насчёт маркировки и названия боеприпасов меня просветил взводный (он учил немецкий в школе, а так же в военном училище) поэтому, наткнувшись на днях на нераспечатанные пачки с патронами разного цвета, а также названия и буквенного обозначения, я пошёл к Ваньке просвещаться, и мы уже вместе разбирались, что к чему. Основные и бронебойные узнали сразу, с трассирующими тоже разобрались. А вот с остальными возились дольше, пришлось даже разломать несколько пуль чёрного цвета, вытащив их из патронов. А потом пострелять подобными по соответствующим мишеням, чтобы понять для чего они. Так мы и вычислили зажигательные. С остальными даже заморачиваться не стали, так как их попадалось немного да и, поэкспериментировав с пулями, начинёнными белым фосфором, и чуть не устроив пожар, бросили это неблагодарное занятие. Хорошо хоть не попалась разрывная, а то можно было и без глаз остаться, а так отделались лёгким испугом, да дыркой выгоревшей в большом обеденном столе, стоящем под навесом во дворе.

Выйдя из дома, отпускаю большую часть бойцов, а вместе с пулемётчиками заносим основную часть боеприпасов в каптёрку, а ящики с бронебойными, трассерами и неопознанными, прямо в хату. "Включив" освещение, начинаем снаряжать ленты для "зениток". Хоть света от двух "летучих мышей" и немного, но нам хватает, поэтому набивку ведём в следующем порядке; бронебойный, зажигательный, бронебойный, трассирующий. Уложив ленты с полученным результатом в пятидесятипатронные кексы, иду в кладовку. Беру коробку с зажигательными, которых хватает ещё на несколько таких же лент, правда потом пришлось притащить ещё и трассера. Закончив с патронами, убираем все боеприпасы в каптёрку и отбиваемся, пока есть возможность нужно поспать, чую, завтра нам будет не до сна.

Всю книгу сразу можно прочитать здесь: https://author.today/work/56340

или здесь: https://www.litres.ru/72449389/