Он сказал: «Так не делают с хорошей женщиной». Но при этом ждёт от меня интимной близости. Почему его желание — нормально, а моё — «неуважительно»?
Мне 24. Познакомилась с парнем — понтийский грек, 28 лет. Очень уважительный, воспитанный, никогда не переступает границ.
Но есть странность, которую я не могу понять.
Он не целуется в губы — говорит, что у них в семье это «не принято», слишком интимно. Целует в лоб, в щёку, обнимает — но губы — нет.
А в близости — ещё сложнее.
Он не прикасается ко мне в интимных зонах, говорит: «Так не делают. Это неуважительно».
При этом сам просит очень интимные ласки, ну, вы понимаете, которые для него, видимо, «приемлемы».
Я чувствую себя так, будто моя сексуальность — нечто, что нужно скрывать, а не раскрывать.
Как будто я — «хорошая девушка», с которой так не поступают, но при этом от которой ожидают отдачи.
Когда я осторожно сказала: «Мне важно чувствовать взаимность», — он ответил: «Я же проявляю уважение».
Но я не прошу нарушать традиции.
Я прошу — увидеть мою потребность в настоящей близости.
Это возможно — или я просто не та женщина для его мира?
Ты не «не та женщина».
Ты — женщина, которая заметила дисбаланс и осмелилась назвать его.
А это уже признак силы.
Да, он воспитан в культуре, где интимность с женщиной — это почти нарушение её чести.
Где «хорошая» женщина — та, к которой не прикасаются слишком близко, потому что это «унижает».
Но при этом — мужчине разрешено получать.
Потому что его желание — «нормально». А твоё — «неприлично».
Это не «традиция».
Это патриархальный дисбаланс, замаскированный под уважение.
1. Он не «не может» — он выбирает зону комфорта
Если бы он действительно ценил тебя, он бы:
— спросил: «А что для тебя — близость?»
— хотя бы попытался понять, почему тебе важно взаимное прикосновение,
— не прятался за «у нас так», а сказал: «Мне трудно, но я хочу попробовать — ради тебя».
Но он этого не делает.
Он защищает свои привычки — и называет это «уважением».
2. «Уважение» без взаимности — это отстранённость
Ты имеешь право на полную интимную близость — не только как дающая, но и как получающая.
Если твоя сексуальность — «то, к чему не прикасаются», а его — «то, что удовлетворяют», — это не равенство. Это служение.
И нет, это не «мелочь».
Это — основа доверия в паре.
3. Что делать?
Спроси чётко — но без упрёка:
«Ты готов учиться новому языку близости — даже если он противоречит твоему воспитанию?
Или для тебя традиция важнее моего чувства быть желанной целиком?»
Если он отвечает «нет» — это честный ответ.
И тогда решай:
готова ли ты быть «уважаемой», но невидимой в своём желании — все эти годы?
Ты не просишь невозможного.
Ты просишь — взаимности.
А если он не может её дать — даже не из-за «традиции», а из-за страха признать твою сексуальность как равную своей, —
то, возможно, вы говорите на разных языках близости.
И ни один из них — не хуже.
Но они не стыкуются.
Тогда лучший знак уважения — это не ломать друг друга,
а отпустить — с благодарностью за честность.