Предыдущая часть:
Следующие два дня прошли в напряжении. Даниил стал замкнутым и плохо спал. Учительница пожаловалась, что он подрался с одноклассником.
И после недолгих раздумий Лена решила обратиться к новому школьному психологу, о котором все только и говорили. В частности, это касалось случая с Максимом, которому молодой специалист помог побороть свои страхи и избавиться от заикания. С тех пор Максим частенько ходил за ним хвостиком, как заворожённый. Дмитрий Владимирович начал работать в школе недавно, но быстро завоевал доверие детей своим спокойным подходом и умением слушать.
Дмитрий Владимирович оказался молодым мужчиной лет тридцати, с добрыми глазами и спокойным низким голосом.
— Проходите, Елена Александровна, — пригласил он. — И ты, Даниил, заходи. У меня тут конструктор есть, поиграй, пока мы поговорим.
Пока сын возился с конструктором, Лена сидела напротив Дмитрия, сжав платок в руках.
— Я не узнаю его, — начала она. — Сын стал таким грустным, рисует какие-то странные картинки, полные теней и страхов.
— Расскажите про обстановку в семье, — мягко попросил Дмитрий Владимирович. — Дети — это же зеркала, они часто отражают то, что мы пытаемся скрыть от самих себя.
Лена рассказала про отъезд мужа и напряжение в отношениях с ним, умолчав лишь о криминальной составляющей, но психолог, казалось, читал между строк. Через несколько встреч Лена почувствовала облегчение, а связь с Дмитрием стала крепче, когда он поделился своими историями о детстве.
— Понимаете? — спросила она в конце.
Психолог взял со стола рисунок Даниила, который тот сделал пять минут назад.
— Вот смотрите, здесь монстр охраняет сундук, а мальчик прячется за деревом, — показал он. — Даниил чего-то боится и чувствует угрозу, не обязательно физическую, это может быть угроза стабильности, семейному спокойствию.
— И что делать? — спросила Лена.
— Дать сыну почувствовать, что он в безопасности, быть с ним побольше, — посоветовал Дмитрий. — И, простите за личный вопрос, вы сами чувствуете себя в безопасности?
Их взгляды встретились. В глазах Дмитрия было столько участия и искреннего тепла, что ей захотелось расплакаться и всё-всё рассказать.
— Нет, — честно ответила она.
— Тогда для начала нужно спасти маму, как в самолёте: сначала маску на себя, потом на ребёнка, — объяснил он. — Если вам нужна помощь любого рода, вот мой личный номер, не только как психолога, а просто как человека.
— Спасибо, — кивнула Лена.
В этот момент Даниил подошёл к ним.
— Дядь Дим, а монстра можно победить? — спросил мальчик, глядя на психолога.
— Ну, конечно, если найти правильных союзников и не бояться включить свет, — ответил Дмитрий. — Монстры боятся его, они тают в лучах.
Лена смотрела, как Дмитрий общался с её сыном — на равных, с уважением, без той снисходительности, которая была у Сергея. И впервые за долгое время в груди разливалось тепло.
А вечером, к её удивлению, муж позвонил первым — чего не делал в разъездах уже года два.
— Нам нужно поговорить о будущем Даниила, — начал Сергей. — Я планирую перевести его в частный пансион за границей.
— Что? — Лена чуть трубку не выронила. — Ему семь лет, какая ещё заграница? Я не отдам сына.
— А тебя и спрашивать никто не будет, — усмехнулся Сергей. — У меня теперь есть возможности, а у тебя что — зарплата училки?
— Серёжа, ты не посмеешь, — возразила она.
— Посмею, — отрезал он. — И вот ещё что: если я вдруг узнаю, что ты лезешь в мои дела, пожалеешь. Я обеспечу сыну будущее, а ты останешься в прошлом. Поняла?
— Серёжа, перестань, — попросила Лена.
— Тихо сиди, — продолжил он. — Твоя задача — борщ варить и улыбаться, иначе я оформлю опеку на себя. У меня связи в суде, деньги, адвокаты, а у тебя ничего. Тебя просто признают нестабильной истеричкой.
Лена до боли закусила губу и прервала звонок. Серёжа что-то знает... Про Дмитрия или просто блефует?
На следующий день ей позвонили вновь, но на этот раз уже Павел Андреевич.
— Лена, я пробил данные той женщины, Светланы Ивановны, про которую ты говорила, — сообщил он. — Она частенько бывает в парке, в кафе "Берёзка". У неё там встречи по четвергам. Сегодня как раз четверг, там открытая площадка на свежем воздухе. Сейчас хоть и зима, но там вполне комфортно.
Лена решила рискнуть. Она оставила Даниила у мамы одной из учениц и поехала в парк.
Светлану Ивановну увидела сразу: та сидела за дальним столиком на открытой веранде, кутаясь в дорогой шарф, и явно кого-то ждала.
Лена спряталась за декоративным кустом, напрягая слух, чтобы разобрать слова через шум ветра, молясь, чтобы её не заметили. Сердце колотилось так, что отдавалось в ушах.
А через пять минут к столику подошла женщина. Знакомая походка, яркая куртка... Да ведь это же Наташа, её лучшая подруга, которая так возмущалась подарком мужа.
Лена зажала рот рукой — она поверить не могла в увиденное. Наталья села напротив Светланы Ивановны, и они начали разговор.
Лена напрягла слух.
— Сергей заигрался, — донёсся до неё жёсткий голос Светланы Ивановны. — Он думает, что может шантажировать меня.
— Светлана Ивановна, он исправится, — голос Наташи звучал заискивающе, совсем не так, как с Леной. — Ему просто нужно время. Он сейчас выводит активы через подставные фирмы.
— Ты обещала, что проследишь за ним, — напомнила Светлана. — Зря что ли работаешь с его женой и вхожа в дом?
— Я слежу, — быстро сказала Наталья. — Ленка ничего не понимает. Я ей просто поддакиваю, изображаю подругу. Она мне всё рассказывает.
— Смотри мне, Наташа, твоя доля зависит от успеха, — предупредила Светлана. — И вот ещё: если Сергей решит бежать, он возьмёт мальчика как прикрытие. Учти это.
— Я поняла, не волнуйтесь, — заверила Наталья.
Лена, чувствуя, как земля уходит из-под ног, попятилась назад. Ветка вдруг хрустнула под ногой.
Наталья резко повернула голову — на открытой площадке была хорошая слышимость.
— Кто там? — спросила она.
— Ветер, наверное, — сказала Светлана Ивановна. — Так вот, слушай план.
Лена медленно, шаг за шагом, отступала вглубь парка. Всё перевернулось: муж — преступник, подруга — шпионка и соучастница.
Лена нащупала в кармане телефон. Нужно позвонить... Только кому? Павлу Андреевичу или Дмитрию?
В этот момент трубка в кармане призывно тренькнула — это было SMS от Сергея: "Я знаю, что ты не у мамы. Где ты?"
Лена поняла: игра закончилась. Она выскочила из парка, не чувствуя под ногами асфальта. Дыхание перехватило, в ушах стоял гул от голоса Наташи.
Она спешила туда, где чувствовала себя защищённой — в свою школу. А в коридоре столкнулась с Дмитрием Владимировичем, который как раз запирал кабинет.
— Дмитрий! — Лена схватила его за рукав, и голос сорвался на шёпот. — Мне нужно...
Психолог, увидев её пепельное лицо и широко распахнутые от ужаса глаза, мгновенно понял, что что-то случилось.
— Вы вся дрожите, — заметил он. — Пойдёмте ко мне.
Он отвёл её обратно в свой кабинет, закрыл дверь, дал стакан воды.
— Пейте медленно и рассказывайте, — предложил Дмитрий.
— Это Наталья, — выдохнула Лена. — Моя подруга... Она с мужем заодно. Они говорили про какие-то деньги, про активы.
Слова, которые она так долго держала в себе, буквально хлынули потоком. На этот раз Лена рассказала уже обо всём: о шубе, ключе, ячейке, письмах и Светлане Ивановне, а также о том, что, возможно, Сергей не просто ей изменяет, но и замешан в чём-то криминальном. Светлана Ивановна спрятала ключ в шубе, чтобы раскрыть старые тайны, связанные с делом Андрея Иванова, где Сергей оказался замешан через партнёров.
— Я не знаю, что делать, — закончила Лена, закрыв лицо руками. — Муж вернётся и заберёт сына.
Дмитрий сидел абсолютно неподвижно. Когда Лена замолчала, он взял её руки в свои, обхватив прохладными ладонями.
— Дышите, мы справимся, — заверил он. — Вы поступили правильно, что пришли. Скажите, у вас есть письма? Ну, те, о которых вы говорили.
— Да, они у меня, я их спрятала, — ответила Лена.
— Покажите, — попросил Дмитрий.
Лена достала из сумки пачку писем, которую предусмотрительно носила с собой. Дмитрий взял их — его пальцы слегка дрожали.
Он развернул первое письмо, прочёл несколько строк, и кровь отхлынула от его лица.
— Нет, этого просто не может быть, — пробормотал он.
— Чего? — спросила Лена.
Психолог поднял на неё глаза — они были полны внезапной и острой боли.
— Не понимаю, как это возможно, но это почерк моей матери, — объяснил он.
— Вашей матери? — переспросила Лена. — Шутите?
— Да, моей пропавшей мамы Екатерины Петровны Ивановой, — подтвердил Дмитрий, откладывая письма.
Дмитрий положил письма на стол и глубоко вдохнул.
— Отца звали Андрей Васильевич Иванов, инженер, — продолжил он. — Он был осуждён за хищения на заводе в конце девяностых. Так это он...
— Но ведь Павел Андреевич сказал, что главный подозреваемый умер в СИЗО, — заметила Лена. — А почему отчество другое?
— Официально жизнь моего отца забрал сердечный приступ, — Дмитрий сжал кулаки. — Мне было семь. Мама, когда следствие началось, она сразу исчезла. Я попал в детский дом. Всю жизнь думал, что мать бросила меня, что ей надоела бедность, позор, и она просто сбежала с деньгами. Ну а в приюте мне подправили биографию и изменили отчество.
Дмитрий взял другой листок с адресом.
— Да, Андрей, СИЗО номер один, — подтвердил он. — Это почерк отца. Я за эти годы в тонкостях изучил его с образцов. Он писал маме и, значит, просил её спрятать документы.
— А Светлана Ивановна? — спросила Лена.
— Светлана Ивановна... Хм, а что если Светлана — это своего рода замена имени? — предположил Дмитрий. — А Ивановна, видимо, новое отчество, которое моя мама могла взять, чтобы исчезнуть. Если бы не этот блокнот, я мог бы вообще её не найти.
Дмитрий встал и начал ходить по кабинету.
— Допустим, это Светлана Ивановна и есть моя пропавшая мать, — рассуждал он. — Значит, она не бросала меня, а скрывалась, храня чью-то тайну. Возможно, была соучастницей, но пыталась спасти отца.
— А Сергей? — спросила Лена.
— Сергей, он либо знал об этой истории с самого начала, либо как-то вышел на эти документы, — продолжил Дмитрий. — Возможно, он шантажирует маму. Мне кажется, он не просто хочет вернуть долг, он держит её на крючке, а мама боится чего-то. Старое дело Андрея Иванова связано с текущим мошенничеством Сергея через общих партнёров, которые использовали компромат для контроля.
— Того, что всплывёт её прошлое, — предположила Лена. — Что все узнают, кто такая Екатерина Петровна Иванова, и чем она занималась двадцать лет назад, поэтому не может обратиться в полицию с иском против Сергея. Он её щит и удавка одновременно.
— А что, если ваша мама вышла на вас первой? — спросила Лена.
— Нет, я так не думаю, — Дмитрий покачал головой. — Я здесь недавно. Значит, мы можем ей помочь?
— Нет, сначала мы поможем тебе и Дане, — возразил он. — А потом найдём доказательства вины Сергея, которые заставят его замолчать, и тогда, возможно, моя предполагаемая мать пойдёт на контакт.
— Итак, у нас получается две задачи, — сказал Дмитрий, садясь за свой компьютер. — Первое — найти доказательства шантажа Сергея. Второе — найти ту страховку, о которой писал отец.
— Но как мы взломаем компьютер Серёжи? — спросила Лена. — Он же никогда не оставляет его без пароля.
— У нас ещё есть время, — ответил Дмитрий. — Я знаю кое-какие программы. Это, конечно, незаконно, но для самозащиты сгодится.
Они договорились, что ночью Лена пришлёт ему фото клавиатуры рабочего компьютера Сергея, чтобы тот смог подобрать пароль.
И на следующее утро с дрожащими руками она получила от Дмитрия сообщение: "Пароль — дата его рождения, вполне ожидаемо".
А вечером, когда Даниил спал, Лена села за ноутбук мужа. В наушниках слушала голосовые инструкции Дмитрия.
— Нажми комбинацию клавиш, открой папку "Документы", ищи "Лично" или что-то в этом духе, — направлял он.
И Лена нашла.
— О боже, здесь фотографии: женщина беременна, стоит в обнимку с Серёжей. Срок явно большой, а под фото подпись "Моя Виктория", — произнесла она, и её голос срывался от внутренней боли.
— Держись, — поддержал Дмитрий. — Это подтверждение того, что твой муж подлец. Смотри дальше: есть ли документы на недвижимость?
— Да, папка "Инвестиции", — ответила Лена. — Документ о покупке квартиры в ипотеку. Квартира оформлена на какую-то Викторию Петрову.
— Так, посмотри папку с файлами, касающимися Даниила, — посоветовал он.
Лена нашла папку, названную просто "Д". Внутри лежало несколько текстовых файлов.
— Так, заключение частного психолога, — произнесла Лена, открывая файл. — Открываю.
Она начала читать, и по её щекам потекли слёзы.
— Тут написано, что Даниил эмоционально нестабилен из-за неблагоприятной атмосферы в семье, — продолжила она, проводя пальцем по строчкам. — Что у него невротическое расстройство и острая потребность в коррекции в спецучреждении.
— Это ложь, — сказал Дмитрий, заглядывая через её плечо. — Я ведь сам работаю с Даней, вижу его каждый день. Просто ребёнок в стрессе от всего, что происходит вокруг, но он абсолютно нормален, без каких-либо серьёзных отклонений.
— Это сфабрикованный документ, — добавила Лена, откладывая бумагу на стол. — Он купил это заключение, чтобы использовать против меня.
— Именно так, — подтвердил Дмитрий, беря документ в руки и просматривая его. — Судя по всему, Сергей использовал старые связи из дела Иванова, чтобы подделать бумаги и связать их с текущими схемами.
— Нет, похоже, просто очень расчётливый бизнесмен, который использует любые активы, включая ложь и подлоги, чтобы добиться своего, — возразила Лена, вытирая слёзы рукавом. — Ты сделал копии?
— Да, всё на флешке, — кивнул он, доставая устройство из кармана.
— Хорошо, — ответила она, пряча флешку в сумку. — Теперь надо подумать, что делать дальше, как защитить Даниила от всего этого.
На следующий день, когда Лена сидела в опустошённом состоянии, уставившись в стену, раздался звонок в дверь. На пороге стояла мать Сергея — женщина с прямой осанкой и привычкой входить без лишних церемоний.
— А что дверь на распашку? — произнесла Тамара Васильевна, как всегда громко и безапелляционно, переступая порог.
— Жду слесаря, — соврала Лена, отступая в сторону. — Проходите.
Свекровь вошла, окинула квартиру критическим взглядом, задержавшись на разбросанных вещах.
— Серёжи нет, что-то он мне не звонит, — заметила она, снимая пальто. — Опять что-то не поделили? Ой, у вас в семье вечно, как на вулкане, то одно, то другое.
— Ничего мы не делили, — ответила Лена, вешая пальто на вешалку. — Он просто в командировке опять, как обычно.
— Ой, как-то часто он стал ездить, — покачала головой свекровь, проходя в гостиную. — И всё ради денег, чтобы семья ни в чём не нуждалась.
Она села на диван, но потом её взгляд задержался на невестке, изучая её лицо.
— А с тобой-то что? — спросила Тамара Васильевна. — Выглядишь как привидение, бледная, осунувшаяся.
— Устала просто, — ответила Лена, опускаясь в кресло напротив.
— Хватит обманывать, — на этот раз голос свекрови стал удивительно мягким, без обычной резкости.
Продолжение: