В гостиной виллы «МариВера» царила особая, волшебная атмосфера, которая бывает только под Новый год. Воздух был густым и сладким, словно сироп, — пахло хвоей, мандаринами, ванилью и сдобным тестом, доносившимся из кухни, где Мария Андреевна завершала свои кулинарные шедевры. Ёлка, которую всем миром наряжали днём под восторженные крики Кати, сверкала десятками шаров, самодельными гирляндами из сушеных апельсинов и шишек и мерцающей огнями, отбрасывая на стены и потолок весёлые, танцующие блики. Под её пушистыми лапами, в большой плетёной корзине, застеленной мягким пледом, мирно посапывали, свернувшись в один пестрый клубок, два подросших котёнка — чёрный Базилио и рыжая Алиса. Их бока мерно вздымались, а усы подрагивали, вероятно, во сне они всё ещё гонялись за летним солнечным зайчиком.
За большим деревянным столом, ломящимся от яств, собралась вся их большая семья. Мария Андреевна, сияющая, как девица, в новом бордовом платье, с непривычки поправляла кружевной воротничок. Рядом с ней — Сергей Федорович, в начищенных до зеркального блеска туфлях и строгом пиджаке, с нескрываемой гордостью и нежностью поглядывавший на свою избранницу. Вера Максимовна, в платье цвета зрелого фуоджи, не умолкая, щебетала что-то на итальянском, с грацией флорентийского сомелье разливая по тонким бокалам собственноручно приготовленное лимончелло. Анна, укутанная в мягкий кашемировый плед цвета шампанского, прижималась к плечу Александра, чья рука лежала на её плече с таким спокойным, естественным правом, словно так и было всегда. А между всеми ними, как вечный моторчик, заряженный новогодней магией, крутилась Катя. Она вовсю щебетала без единой запинки, демонстрируя гостям — а гостями были все! — роскошный кукольный домик, который «привезли прямо из города по секретному поручению дяди Саши!».
Леон, не в силах усидеть на месте от всеобщего возбуждения, носился по гостиной, его коготки весело цокали по натертому до блеска полу. Он то приносил Кате её брошенную туфельку, то пытался поймать за хвост Базилио, вылезшего из корзины, то, подпрыгнув, облизывал с пальцев Веры Максимовны капельку мёда. Его радостный, прерывистый лай был таким же неотъемлемым атрибутом праздника, как и запах ёлки.
Шёл неспешный, тёплый разговор, воспоминаниями о годе, что оставался за порогом, словно яркими бусинами, нанизывались на нить этого вечера.
— Помните, как мы сюда приехали? — тихо сказала Анна, глядя на огоньки ёлки, в которых, казалось, отразилось всё прошедшее лето. — Я была серая мышка, которая боялась собственной тени и каждого стука в дверь.
— А теперь? — так же тихо, чтобы слышали только они двое, спросил Александр, его пальцы нежно сжали её плечо.
— А теперь… — она обернулась к нему, и в её глазах, синих-синих, отразился весь блеск новогодней ночи, вся надежда и все обретённые силы. — А теперь я дома. По-настоящему.
Вера Максимовна, поймав этот взгляд, сияя, подняла свой бокал.
— Amici miei! Мои дорогие друзья! Поднимем бокалы за наш первый год на вилле «МирВера»! За то, что мы не сломались, не разбежались и построили здесь нашу «Маленькую Италию»! За то, что даже в российской глубинке можно жить с ритмом тарантеллы в сердце и песней на устах!
— За «МариВеру»! — дружно, громко и радостно подхватили все, и звон бокалов слился в единый, ликующий аккорд.
Разговор тек плавно, как полноводная река. Вспомнили и смешную, уже казавшуюся нелепой «войну» с Валерой и Витей из-за забора, закончившуюся крепкой дружбой и совместными воскресными пицца-вечерами. Вспомнили праздник урожая и триумф хора Веры Максимовны. Вспомнили тревожные дни расследования, телефонные звонки Александра, страх — всё это теперь казалось лишь захватывающим сюжетом из хорошего детективного сериала, который они все вместе пережили и благополучно завершили.
Было без пяти двенадцать. На экране телевизора заиграла торжественная музыка, зажглись рубиновые звёзды Кремля. Все притихли, затаив дыхание, готовясь загадывать самые сокровенные желания. Даже Леон улёгся у ног Кати, положив морду на лапы и уставившись на экран умными, понимающими глазами. В этой предновогодней, звенящей тишине, под мерный, величавый отсчёт секунд, Александр обнял Анну за плечи и громко, так, чтобы слышали все, сказал:
— Дорогие наши! Мы с Аней хотим поздравить вас с наступающим Новым годом… и воспользоваться моментом, чтобы сообщить, что мы решили пожениться.
В гостиной на секунду воцарилась абсолютная, оглушительная тишина, которую тут же взорвал настоящий шквал восторга. Вера Максимовна с криком «Mamma mia! Finalmente!» всплеснула руками, чуть не расплескав лимончелло. Мария Андреевна, со слезами на глазах, бросилась обнимать внучку, а Сергей Федорович с мужской солидарностью с такой силой потряс руку Александру, что тот на мгновение потерял равновесие. Катя, не до конца понимая суть события, но заражаясь всеобщей радостью, принялась прыгать вокруг них, как маленький юла, и кричать: «Ура! У мамы и Саши свадьба!»
Когда первый вихрь поздравлений, объятий и смеха немного утих, Сергей Федорович, всё ещё сияя, как мальчишка, поднял руку, призывая к тишине. Его лицо озаряла торжественная, немного хитроватая улыбка.
— Дорогие друзья! Раз уж сегодня такой день откровений, — начал он, и его голос, обычно такой ровный, дрогнул от волнения, — то и мы с Марией Андреевной не можем отставать от молодёжи. — Он бережно взял руку Марии в свою, шершавую и тёплую, и поднёс к губам с рыцарской почтительностью. — Я тоже попросил её руки. И она… она сделала меня самым счастливым мужчиной на свете, согласившись стать моей женой.
На этот раз изумление и восторг были ещё больше. Но Мария, сияя сквозь слёзы счастья, поспешила всех успокоить, подняв руку.
— Но мы с Сергеем люди современные! — объявила она, счастливо подмигнув своему жениху. — И мы твёрдо решили: наш брак будет гостевой! Он — в своём доме, я — в нашем, в нашей «МариВере». Так что, Вера, не волнуйся, я тебя не брошу! Наша вилла так и останется нашей общей, нерушимой крепостью!
Это заявление было встречено новым взрывом смеха, аплодисментов и слёз радости. Вера Максимовна, утирая изящным платочком глаза, прошептала: «Due matrimoni! Due grandi amori! Che miracolo!» - Две свадьбы! Две великие любви! Какое чудо!
И в этот самый момент, как по волшебству, куранты Спасской башни грянули свой первый, чистый и мощный бой. Звук поплыл по комнате, наполняя её торжеством и надеждой. Все вскочили с мест, с криками «С Новым годом!» чокаясь бокалами, обнимаясь, целуя друг друга в щёки.
— За новую жизнь! — кричала Вера, поднимая бокал так высоко, что золотистая жидкость чуть не расплескалась.
— За любовь, которая приходит, когда её совсем не ждёшь, и делает нас молодыми в любом возрасте! — провозгласила Мария, глядя в глаза Сергею.
— За нашу маленькую Италию в сердце российской деревни! — добавил Александр, крепко, по-хозяйски, обнимая свою невесту.
За окном, в тёмном зимнем небе, одна за другой начали рассыпаться разноцветные звёзды салютов, озаряя розовым, синим и зелёным светом снежный сад, крыши спящего Арпино и узорчатый, гордый забор, построенный руками Сергея и Александра. А в гостиной виллы «МариВера» стоял счастливый шум, смех, звон бокалов и атмосфера полного, глубокого, выстраданного счастья. Бой курантов отзвенел, наступила тишина — но это была особенная, новогодняя тишина, наполненная миром, надеждой и безграничной нежностью, разлитой в воздухе.
Что ждало их впереди? Новые заботы, новые радости, румяные яблоки в их общем саду, песни Веры Максимовны, разносящиеся по всему селу, кулинарные шедевры Марии, расследования Александра и звонкий смех Кати, растущей в атмосфере безусловной любви и семейного тепла. Их жизнь, такая разная и такая сплетённая воедино, продолжалась. Но эта ночь, бой курантов, объятия и признания навсегда остались для них чертой, за которой началась новая, самая светлая и счастливая глава. Глава под названием «Дом».
Конец!
Это глава из книги "Вилла "МариВера". Все опубликованные главы смотрите здесь
Как купить и прочитать мои книги целиком, не дожидаясь новой главы, смотрите здесь