Доверие взгляду
Довериться красоте в глазах смотрящего. Позволить картине говорить самой за себя. Оставить зрителя наедине с эмоцией, пойманной краем чуткого сознания на кончик умелой кисти. Не «давить» контрастом и не «шуметь» деталями там, где рискуешь вспугнуть застенчивую лирику пейзажа. Отпустить на волю широкие мазки, разнообразные текстуры и сильные цветовые доминанты там, где обилие движения, света, контрастов не требует корректив. Где обаяние ландшафта «по собственной инициативе» просится на холст.
«Умная красота» как метод
Звучит очень просто, на деле же требует «лазерной» точности. Баланса между обилием деталей и приятной обобщённостью стиля. Гармонии авторского вдохновения, эффектной колористики и продуманной геометрии. Я зову этот стиль «умной красотой». Вижу его в логике развития романтических отношений, сложившихся между лиричной русской традицией и европейской методичностью. Понимаю как полноправного наследника обоих «родительских» течений, не стесняющегося сентиментальности там, где это уместно, но и не страшащегося вящего профессионализма там, где это логично.
Пейзаж, в котором можно остаться
На полотнах Андрея Владимировича Жилова не сыщется лишних деталей, но непременно найдётся на чём отдохнуть уставшему глазу и оцифрованной душе современного горожанина. Чудесные, оптимистичные ландшафты, полные света и воздуха, звучат и касаются, парят и дышат. Не желая подчиняться скучным законам физики, они буквально отказываются «липнуть» к холсту, как это бывает свойственно работам иных современных мастеров. Минуя встроенный фильтр зрительской скептики, эти картины умеют обратиться напрямую к нашему подсознанию. И кажется: мы с Вами когда-то бывали в этом тихо шепчущем лесу, стояли на берегу говорливой речки, гуляли по этому залитому июльским жаром полю. Уже ощущали настойчивые поцелуи летнего солнца, колкую траву под ногами и нахальный ветерок в волосах. Надо лишь напрячь капризную память и вспомнить, когда это было. Или только будет? А если будет, то с нами или с кем-то иным? Память ли это или несбыточное обещание и игры ассоциаций?..
Пространство и свет. Новая классика
Сей чудесный эффект возникает не сразу, но в том и соль. Работы Андрея Владимировича подобны букету благородного, пряного, выдержанного напитка. Раскрываются неспешно, поэтапно, слой за слоем. Позволяя насладиться сейчас и запастись впрок замечательным эстетическим послевкусием. Особую роль здесь играет пространство. Кажется, эффектами световоздушной среды удивить искушенного зрителя в наши дни удастся навряд ли. Однако художнику раз за разом удаётся повернуть бриллиант пейзажа под новым, интересным углом. Заставить блистать и переливаться морозными искорками, разгуливать солнечными бликами в древесных кронах, серебрить края облаков... Представлять знакомое неповторимым и оборачивать привычное прекрасным. Открывать новые подходы к тому, что по сути не ново. С уважением к классике, но сугубо по-своему.
Метамодерн без деклараций
По сути дела, это и есть пресловутый метамодерн. Искусство на лазерно-тонкой грани между общедостоверным и строго реалистичным. Служение красоте живой природы в парадигме верности авторскому взгляду. В эпоху цифры и пикселя уже недостаточно сочетать мастерство и дар, чтобы зваться большим художником. Мало. От мастера ждут кристально чистую искренность, на которую — к счастью — пока не способна ни одна нейросеть. Ждут умение довериться зрителю, выстраивая диалог меж произведением и аудиторией. Позволить полотнам говорить за себя. «Умная красота» картин Жилова на это способна. Приятного просмотра, уважаемый читатель! Убедитесь в этом сами.
Автор: Лёля Городная