Катя поднялась в вагон пригородного поезда, который должен был унести её прочь от всего, что тяготило душу в последние месяцы. Проводница, заходя следом, закрыла дверь и поторопила её: «Проходите, девушка, не стойте в проходе». Вагон дёрнулся, и Катя, ухватившись за поручни, сумела устоять на ногах. Станция осталась позади, а за окнами мелькали первые тени ночи, предвестники зимней темноты. Дверь в её купе была приоткрыта, и, отодвинув её, Катя вошла внутрь. На нижней полке сидела женщина средних лет и пристально смотрела в окно, где слабо горели огни вокзала. Услышав шаги, она повернулась и улыбнулась: «А я боялась, что всю дорогу одной придётся ехать». Катя ответила слабым кивком и поставила свою небольшую сумочку на верхнюю полку. Сняв пальто, она села напротив женщины и, оперевшись локтем о окно, вновь уставилась в темноту, которая сжала город в своей плотной тьме. В её душе бился хаос: предательство, обида, непонимание. И вдруг женщина нарушила молчание, негромко спросив: «У вас ч