Ксения открыла дверь офиса и выдохнула. Наконец-то рабочий день закончился. Вернее, должен был закончиться ещё три часа назад, но срочный отчёт для поставщиков никто, кроме неё, сделать не мог. Она работала менеджером по закупкам в крупной торговой компании, и её график редко совпадал с обычным восьмичасовым днём. Задержки до позднего вечера стали нормой, а выходные часто превращались в дополнительные рабочие смены.
Ксения зашла в метро и прислонилась к поручню. Голова раскалывалась от усталости. За весь день она выпила только чашку кофе утром, и сейчас желудок неприятно сводило от голода. Женщина закрыла глаза и представила, как придёт домой, примет душ и наконец-то поест. Может быть, Денис хоть сегодня что-то приготовил?
Впрочем, Ксения давно перестала на это надеяться. Её муж, Денис, потерял работу инженера-конструктора год назад. Тогда он устроил грандиозный скандал на рабочем месте, отказавшись выполнять дополнительные задачи без доплаты. Начальник не стал церемониться и уволил его. Денис тогда гордо заявил, что найдёт работу получше, с достойными условиями и зарплатой, которую заслуживает специалист его уровня.
Прошёл год. Денис так и не нашёл эту достойную работу. Он отказывался от всех предложений, считая зарплату слишком маленькой или требования слишком высокими. Постепенно поиски работы превратились в формальность, а потом и вовсе прекратились. Денис проводил дни дома, уткнувшись в компьютер: то играл в онлайн-игры, то смотрел сериалы, то читал форумы.
Все расходы легли на плечи Ксении. Их двухкомнатная квартира была съёмной, тридцать тысяч ежемесячно. Плюс коммунальные услуги, продукты, бытовая химия, проездные билеты. Из восьмидесяти тысяч рублей зарплаты Ксении к концу месяца почти ничего не оставалось. Приходилось жёстко экономить на всём: покупать самые простые продукты, отказываться от новой одежды, считать каждую копейку.
Ксения несколько раз просила мужа хотя бы помогать по хозяйству, раз уж он целыми днями дома. Готовить ужин, убирать квартиру, стирать бельё. Денис каждый раз обещал, но никогда не выполнял обещаний. Он считал домашнюю работу унизительной для мужчины. По его словам, он не для того учился пять лет в институте, чтобы мыть посуду и варить суп.
— Я устал от поисков работы, — оправдывался он. — Мне нужно восстанавливать силы. А ты же женщина, тебе это проще даётся.
Ксения прикусила губу, вспоминая эти слова. Какие поиски работы? Он даже резюме не обновлял уже несколько месяцев!
Неделю назад Ксения обнаружила странные списания с её банковской карты. Несколько тысяч рублей пропали на покупки в магазине электроники и оплату подписок на игровые сервисы. Сначала она подумала о мошенниках, но когда увидела, что товары доставили по домашнему адресу, всё стало ясно.
Денис тайком взял её карту из кошелька и запомнил данные. Новые наушники, дорогая игровая мышь, премиум-подписки на два игровых сервиса. Когда Ксения спросила об этом, муж даже не постеснялся.
— Ну и что? — пожал он плечами. — Мне нужно было обновить оборудование. Старые наушники сломались. И я имею право на развлечения, между прочим.
— На мои деньги?! — Ксения едва сдерживалась, чтобы не закричать.
— А на чьи ещё? У меня своих нет. В нормальных семьях жёны содержат мужей, пока те ищут достойную работу. Ты что, жадничаешь?
После того разговора Ксения спрятала карту глубже и поменяла пин-код. Но осадок остался. Она чувствовала себя не женой, а дойной коровой, которая должна обеспечивать безбедное существование здорового взрослого мужчины.
Метро остановилось на нужной станции. Ксения вышла на улицу и медленно побрела к дому. Было уже начало десятого вечера. Холодный октябрьский ветер трепал волосы, и она поёжилась в лёгкой куртке. На тёплую не было денег.
Поднявшись на четвёртый этаж, Ксения достала ключи. Из-за двери не доносилось никаких звуков. Значит, муж не готовит. Она вздохнула и открыла дверь.
Картина была до боли знакомой. Денис развалился на диване в одних трусах и майке, уставившись в телевизор. На экране шла какая-то передача про автомобили. В комнате царил полный хаос: на журнальном столике валялись грязные тарелки с остатками еды, на полу — крошки и фантики от конфет, на спинке дивана висели носки. На кухне, судя по звукам, капал незакрытый кран.
Ксения стояла в прихожей и смотрела на эту картину. Голова раскалывалась сильнее, а ноги подкашивались от усталости. Она весь день мечтала о том, чтобы просто прийти домой и отдохнуть.
— Ну наконец-то! — Денис повернул голову к жене, даже не встав с дивана. — А я уж думал, ты вообще не придёшь. Подавай еду! Твой добытчик голоден!
Он произнёс это абсолютно серьёзно, без тени иронии. Лицо его выражало искреннее возмущение тем, что жена заставляет его ждать.
Ксения застыла. Несколько секунд она просто молча смотрела на мужа, пытаясь осознать, что он только что сказал. Добытчик? Какой добытчик?
— Ты что сказал? — тихо переспросила она.
— Я сказал, подавай еду, — Денис поднял голос. — Я весь день ждал, когда ты придёшь. Я проголодался!
— Добытчик? — Ксения медленно сняла куртку и повесила её на вешалку. — Ты себя назвал добытчиком?
— Ну да. Я мужчина в этом доме, в конце концов.
— Денис, ты не работаешь уже год, — Ксения говорила спокойно, слишком спокойно. — Целый год ты сидишь дома и ничего не делаешь. Я плачу за квартиру, за продукты, за всё. Какой ты добытчик?
Муж скривился и сел на диване.
— Ты меня не уважаешь! — возмутился он. — Я ищу работу, это тоже труд! И вообще, я заслуживаю уважения независимо от того, работаю я или нет. Я твой муж!
— А я твоя жена, и я пришла домой в половине десятого вечера после двенадцатичасового рабочего дня. Я ничего не ела с утра, кроме кофе. И я очень устала.
— Ну так иди на кухню и приготовь ужин, — Денис снова повернулся к телевизору. — Я жду уже час. Можно было бы и поторопиться.
Ксения стояла и смотрела на спину мужа. Внутри что-то щёлкнуло. Словно лопнула невидимая нить, которая всё это время удерживала её от окончательного решения.
— Нет, — сказала она.
— Что? — Денис обернулся.
— Я сказала — нет. Я не буду готовить ужин.
— Как это не будешь?! — Он вскочил с дивана. — Ты что, с ума сошла? Я голодный!
— Приготовь себе сам. Или закажи доставку на свои деньги, если они у тебя есть, — Ксения прошла в спальню и начала снимать рабочую одежду.
— Какие мои деньги?! У меня нет денег! — Денис шёл следом за ней. — Ты что, издеваешься надо мной?
— Нет, это ты издеваешься надо мной весь последний год.
— Я плохая хозяйка, да?! — закричал Денис. — Нормальная жена накормила бы мужа! А ты... Ты эгоистка!
Ксения натянула домашнюю футболку и повернулась к мужу.
— Денис, ты целый день был дома. Ты мог приготовить еду. Ты мог убраться в квартире. Ты мог хотя бы помыть посуду. Но ты ничего этого не сделал. Ты лежал на диване и смотрел телевизор. А теперь требуешь, чтобы я, придя после двенадцати часов работы, немедленно бросилась к плите?
— Я мужчина! Я не должен готовить! — Денис стукнул кулаком по стене.
— Тогда устройся на работу и найми домработницу. Или повара. На свою зарплату.
Лицо Дениса налилось краснотой. Он схватил телефон и яростно начал набирать номер.
— Сейчас я позвоню маме! Она тебе объяснит, как надо себя вести!
— Звони, — устало сказала Ксения и пошла в ванную.
Через минуту она слышала, как муж жалуется матери на жестокую жену, которая морит его голодом. Лариса Викторовна, судя по громкости голоса из динамика, была в ярости.
— Дай ей трубку! Немедленно! — требовала свекровь.
Денис ворвался в ванную и сунул телефон жене.
— Мама хочет с тобой поговорить.
Ксения взяла телефон.
— Да, Лариса Викторовна?
— Как ты можешь?! — голос свекрови звенел от возмущения. — Ты моришь голодом моего сына! Это просто издевательство! Женщина должна готовить мужу, это её обязанность!
— Лариса Викторовна, я работаю с девяти утра до девяти вечера. Я содержу вашего сына, плачу за квартиру, покупаю продукты. Ваш сын не работает год и не делает вообще ничего по дому. Он даже не может разогреть себе еду.
— Мужчина не должен стоять у плиты! — свекровь не слушала доводов. — Это не мужское дело! Ты плохая жена, раз не понимаешь таких элементарных вещей. Мой Денис — золотой человек, а ты его не ценишь!
— Ваш золотой человек только что назвал себя добытчиком, хотя не принёс в дом ни копейки за целый год, — Ксения чувствовала, как к глазам подступают слёзы, но сдерживалась. — И он тратит мои деньги на свои игрушки, не спрашивая разрешения.
— Как ты смеешь! Как ты...
Ксения нажала отбой и выключила телефон. Руки дрожали. Она села на край ванны и закрыла лицо ладонями. Нужно было что-то решать. Так продолжаться не могло.
Денис стоял в дверях ванной и смотрел на жену с обидой.
— Ты повесила трубку на мою мать!
— Да. Повесила. Потому что мне надоело выслушивать упрёки в том, что я плохая жена от женщины, которая вырастила сына-тунеядца.
— Что?! Как ты...
— Выйди. Мне нужно принять душ.
Ксения закрыла дверь ванной на замок. Она стояла под горячей водой и наконец-то позволила себе расплакаться. Тихо, чтобы муж не услышал. Слёзы смешивались с водой из душа.
Она любила Дениса. Или любила того человека, которым он был пять лет назад, когда они поженились. Тогда он был энергичным, целеустремлённым, с горящими глазами рассказывал о своих проектах. Он был другим. А теперь... Теперь это был чужой человек, который считал жену своей прислугой и банкоматом.
Выйдя из ванной, Ксения обнаружила, что Денис снова лежит на диване и смотрит телевизор. Он даже не посмотрел в её сторону. На кухне стояла та же грязная посуда. Муж так и не удосужился даже закрыть кран, который продолжал капать.
Ксения прошла мимо него в спальню и закрыла дверь. Она достала телефон и набрала номер отца.
— Папа? — голос дрожал.
— Ксюш, что случилось? — Борис Андреевич сразу почувствовал, что дочь плачет.
Ксения рассказала всё. Про безработного мужа, про украденные деньги с карты, про сегодняшний вечер и фразу про добытчика. Она говорила тихо, чтобы Денис не услышал из гостиной.
Отец слушал молча. Когда дочь закончила, он несколько секунд не говорил ничего.
— Ксения, — наконец произнёс он жёстким тоном. — Ты приедешь к нам в эти выходные. Заберёшь все свои вещи и документы. Всё, что принадлежит тебе. И переедешь к нам.
— Пап, но...
— Никаких «но». Я не позволю, чтобы какой-то паразит издевался над моей дочерью. Ты слишком долго это терпела. Хватит.
— Он муж мне...
— Он — тунеядец, который сел тебе на шею и свесил ножки. Мать твоя тоже так считает. Приезжай в субботу утром. Я помогу тебе собрать вещи.
Ксения вытерла слёзы. Отец был прав. Она слишком долго цеплялась за иллюзию, что Денис изменится, что он найдёт работу, что всё наладится. Но год прошёл, и стало только хуже.
— Хорошо, папа. Спасибо.
— Не за что благодарить. Ложись спать. И завтра возьми на работе отгул в понедельник. Нужно будет съездить к юристу.
Ксения легла в постель, но долго не могла уснуть. В голове прокручивались события последнего года. Она вспоминала, как постепенно Денис превращался в того, кем стал сейчас. Сначала он просто искал работу, но отказывался от вакансий. Потом перестал искать. Потом перестал помогать по дому. А она всё терпела, думая, что это временно, что он переживает кризис, что ему нужна поддержка.
Но поддержка превратилась в содержание. А содержание — в откровенную эксплуатацию.
В пятницу вечером Ксения пришла с работы и молча начала собирать вещи. Денис заметил это только когда она вытащила из шкафа чемодан.
— Ты куда собралась? — насторожился он.
— К родителям. Уезжаю в эти выходные.
— Надолго?
Ксения посмотрела на мужа. Он сидел на диване в той же позе, что и всегда. Растрёпанный, немытый, в домашних трениках, которые давно пора было постирать.
— Насовсем.
Денис вскочил.
— Что?! Ты... Ты что, бросаешь меня?!
— Я подам на развод в понедельник.
— Ты не можешь так просто взять и уйти! — Денис схватил её за руку. — Мы муж и жена!
Ксения высвободила руку.
— Были мужем и женой. Теперь я просто спонсор твоего безделья. Но больше не буду.
— Ксюш, ну подожди... Давай поговорим... Я найду работу, обещаю! Я исправлюсь!
— Год, Денис. Целый год ты обещал. А по факту ты даже резюме не рассылал последние полгода. Ты просиживал штаны на диване, пока я работала, как лошадь.
— Я переживал кризис! Мне нужна была поддержка!
— Поддержка — это когда тебе помогают. А ты просто сел мне на шею. Разница есть.
Ксения продолжала складывать вещи. Денис метался по комнате, то пытался остановить её, то умолял дать ещё один шанс, то обвинял в чёрствости и эгоизме.
— Куда я пойду?! — наконец закричал он. — У меня нет денег даже на квартиру!
— Твоя мама считает, что ты золотой человек. Пусть она тебя содержит.
— Ты не можешь меня бросить без копейки!
— Могу. И брошу. В этой квартире всё оплачено до конца месяца. Дальше решай сам. Хоть работай, хоть к маме переезжай.
Ксения закрыла чемодан и достала телефон. Зашла в приложение банка и заблокировала свою карту. Завтра утром откроет новый счёт в другом банке, чтобы Денис точно не смог получить доступ к её деньгам.
— Ты чудовище! — Денис сжал кулаки. — Я год жизни потратил на попытки найти нормальную работу!
— Нет. Ты год жизни потратил на компьютерные игры и сериалы. На моих деньгах. Хватит.
Ксения вызвала такси и вышла из квартиры. Денис бежал следом, всё ещё пытаясь остановить её, умолял, кричал, обвинял. Она села в машину и закрыла дверь.
Через стекло она видела, как муж стоит у подъезда и машет руками. Но она не обернулась. Таксист вопросительно посмотрел в зеркало заднего вида.
— Поехали, — тихо сказала Ксения.
Когда машина тронулась, она откинулась на спинку сиденья и закрыла глаза. Впервые за год она почувствовала, что может свободно дышать. Груз, который давил на плечи всё это время, исчез. Да, впереди развод, бумажная волокита, возможно, скандалы со свекровью. Но самое страшное уже позади.
Она больше не будет содержать взрослого здорового мужчину, который называет себя добытчиком, лёжа на диване. Она больше не будет работать по двенадцать часов, чтобы прийти домой и услышать требования немедленно подать еду. Она больше не будет терпеть хамство и наглость от человека, который давно перестал быть ей мужем.
Родители встретили дочь на пороге. Тамара Петровна обняла Ксению и погладила по голове, как в детстве.
— Всё правильно сделала, доченька. Всё правильно.
Борис Андреевич забрал чемодан и отнёс в комнату.
— В понедельник с утра поедем к юристу. Он всё объяснит, как правильно подать на развод. Квартира съёмная, детей нет, делить нечего. Через месяц будешь свободна.
Ксения кивнула. Она устала спорить, устала объяснять, устала терпеть. Теперь она просто хотела начать жить заново. Без тунеядца, который считает себя добытчиком.
А Денис остался один в съёмной квартире, которую больше некому было оплачивать. Телефон жены не отвечал на звонки, карта была заблокирована. В холодильнике оставалось немного еды, но готовить он не умел. Лариса Викторовна приехала к сыну на следующий день и долго причитала о плохих жёнах современности.
— Да, мама, — тихо сказал Денис, глядя на пустую квартиру. — Только теперь мне придётся искать работу. Потому что ты меня содержать не будешь, правда?
Свекровь замолчала. Конечно, она не будет. У неё своя жизнь, своя пенсия, которой едва хватает на неё саму.
Денис понял, что потерял. Но было уже поздно.