Вера всегда была видной. Даже в засаленном халате и с красными глазами, пропитыми слезами, в ней что-то оставалось от той девушки, на которую заглядывались все парни в поселке. Высокая, с русой косой до пояса, ямочки на щеках. И глаза. Глаза у Веры всегда были зеркалом души, а душа, надо признать, у нее была широкая, доверчивая. Слишком доверчивая.
Первый раз Вера вышла замуж рано, по любви. Любовь случилась бурная, как майская гроза, быстро перешедшая в будничную рутину. Родила Ленку, потом Сашку. Муж оказался обычным мужиком, работящим, но скучным. Вера чахла рядом с ним, как цветок без солнца.
А потом в поселок приехал Он. Вернее, не приехал, а пришел, откинувшись с зоны. Звали его Игорь. Татуировки змеились по рукам под закатанными рукавами рубашки, а в глазах плясали черти. Вера пропала.
Муж терпел сколько мог. Пил втихаря, молчал. На людях делал вид, что все в порядке. А дома… Дома – тишина. Вера приходила поздно, пахла дешевым табаком и чужими духами. Дети жались к отцу, боялись ее взгляда, ставшего холодным и отстраненным.
Однажды муж не выдержал. Вера как раз собиралась на «вечернюю прогулку».
Вера, опомнись! Дети же! – крикнул он, стоя в дверях.
Вера обернулась, бросила злое:
Отстань! Сама разберусь!
Ты уже разобралась! Посмотри на себя! - Муж схватил ее за руку. – Ты же мать!
Мать… - Вера вырвала руку. – Я тебе что, только мать и больше никто?
И ушла, хлопнув дверью так, что Ленка заплакала, уткнувшись в плечо брата.
Муж долго не думал. Собрал Ленку и Сашку, уехал к своей матери в соседний район. Подал на развод. Вера даже не явилась на суд.
Свободная Вера окунулась в новый роман с головой. Игорь оказался настоящим диким зверем. Он умел говорить комплименты, дарил цветы (украденные с чужих огородов, конечно), и смотрел на Веру так, как будто она была единственной женщиной на свете.
Правда, и пить Игорь умел знатно. Вера быстро втянулась. Началось все с рюмочки «для храбрости», закончилось беспробудными запоями. Дом превратился в помойку. Вера перестала следить за собой. За детьми, которых муж иногда привозил на выходные, она тоже перестала следить.
Однажды приехала соцзащита. Соседка, тетя Клава, настучала. А что делать? Видела, как Ленка, голодная и грязная, просила у нее кусок хлеба. Сердце кровью обливалось.
Вера, открой! – стучали в дверь. – Соцзащита!
Вера открыла, шатаясь. Игорь что-то буркнул из угла, пытаясь спрятать бутылку водки под диван.
Что надо? – пробормотала Вера, зло смотря на женщин в строгих костюмах.
Мы проверим условия проживания детей, – ответила одна из них, молодая девушка с аккуратной прической.
Вера пустила их в дом. Женщины обмерли. Грязь, вонь, пустые бутылки. Ленка и Сашка сидели в углу, испуганно глядя на чужих людей.
Дети, вы голодные? – спросила девушка, присаживаясь на корточки перед ними.
Ленка кивнула. Сашка молчал, прижимаясь к сестре.
Вера Петровна, – девушка повернулась к Вере, – в таких условиях дети жить не могут. Мы вынуждены их забрать.
Что? Куда забрать? – Вера вдруг протрезвела. – Это мои дети! Я их никому не отдам!
Вы не занимаетесь ими. Они голодные, грязные. Здесь опасно! – Девушка говорила спокойно, но твердо.
Игорь, скажи им! – Вера схватила Игоря за руку.
Игорь что-то промычал нечленораздельное, отвернувшись.
У вас есть шанс исправиться, Вера Петровна, – продолжала девушка. – Мы дадим вам время. Но если вы не изменитесь, мы лишим вас родительских прав.
Вера кричала, плакала, умоляла. Но детей забрали. Ленка, уходя, обернулась и тихо сказала:
Мама, ты нас больше не любишь?
Эти слова ударили Веру больнее ножа. Она рухнула на пол, захлебываясь слезами. Игорь, пьяный, пытался ее поднять, бурча что-то утешительное. Но Вера оттолкнула его.
Уйди! – крикнула она. – Это все ты! Из-за тебя я все потеряла!
Игорь огрызнулся и вышел, хлопнув дверью.
Продолжение следует...
- Ставьте лайк и подписывайтесь на канал. Ваша поддержка очень важна :)