Первая глава.https://dzen.ru/a/aTAMLb7Tr0WNhQc8?share_to=link
Глава 2: Хранитель Порядка и Вахтовик
Незаметная корректива, внесённая Sirius-ом, была проста, как всё гениальное. Он не изменил ландшафт и не добавил новых монстров. Он лишь слегка «подкрутил» параметры гравитации и трения на Пути Камней. Теперь камни стали не просто скользкими — они были коварно неустойчивы, будто их кто-то нарочно расшатал. Каждый шаг требовал невероятной концентрации.
— Осторожнее, Паш! — рычал Ёж, балансируя на небольшой плитке. Его низкий центр тяжести помогал, но Редискин на своих тонких корешках пошатывался, как тростинка на ветру. — Если упадёшь в эту жижу, я тебя даже ключом не достану!
— Я... я стараюсь! — пищал Редискин, цепляясь за выступы. — Но тут какая-то физика неправильная! Камни живые!
Они были на середине пути, когда случилось неизбежное. Камень под левым «копытцем» Ежа внезапно ушёл вбок. Он грузно рухнул на колени, едва удержав равновесие, но мощный толчок сотряс плиту, на которой стоял Редискин. Тот вскрикнул, взмахнул «руками» и полетел вниз, в ржавую, пузырящуюся воду.
— Паша! Но падение было недолгим. Раздался громкий, сочный ШЛЁП! Редискин не погрузился в трясину, а приземлился во что-то упругое, влажное и... деревянное.
— Ой-ой-ой-ой, — раздался новый, густой, басовитый голос, полный скорее досады, чем боли. — Ну вот, опять. Только плотину поправил, опять сверху мусор сыплется. И живой ещё.
Редискин, отряхиваясь, поднял голову. Он сидел на спине... Бобра. Огромного, ростом с телёнка, одетого в потрёпанную, но прочную робу, похожую на спецовку. На голове у Бобра красовалась видавшая виды каска, а в лапах он держал увесистое, идеально отполированное бревно, как мастерок. Бобр смотрел на него сверху вниз умными, немного усталыми глазами.
— Сынок, — сказал Бобр с тяжёлым вздохом. — Почему без каски? На объекте повышенной опасности, а ты — в чём мать родила. И товарищ твой, — он кивнул на остолбеневшего на камне Ежа, — тоже. Правила техники безопасности читали? Нет? Вот и получается ЧП.
— М-мы... мы извиняем... — начал было Редискин. — Михаил, — отрезал Бобр, поправляя каску. — Михаил, прораб-вахтовик седьмого разряда. А вы кто такие и что на моём участке делаете? Плановый осмотр водосброса? Так график на столе в штабной хатке висит.
Ёж, придя в себя, сполз с камня на более устойчивую площадку рядом. — Мы... новые здесь. Попали случайно. Ищем источник энергии, — фыркнул он, указывая мордой вглубь болота.
Михаил-Бобр положил бревно на плечо, как винтовку, и прищурился.
— Источник энергии? — переспросил Михаил, и в его глазах мелькнуло понимание, смешанное с профессиональной озабоченностью. — А, вы про Сердцевину? Так вы ж на него прямо и идёте. Только не по верхам, а по моим коммуникациям. — Он ткнул бревном в воду под собой. — У меня тут весь сток регулируемый, дренажные каналы, фильтры отстойные. А вы по грязи топаете, баланс нарушаете. Из-за вас давление в коллекторе подскочить может!
Редискин, окончательно придя в себя, с интересом разглядывал «спецовку» Бобра и его инструмент. — Вы... вы тут инфраструктуру обслуживаете? — А кто же ещё? — с гордостью сказал Михаил, проводя лапой по идеально ровному краю ближайшего камня. — Весь этот сектор — зона нестабильной гидрогеологии. Если пустить на самотёк, тут либо пустыня будет, либо кислотное озеро. Я поддерживаю баланс. По графику. Смены по двенадцать часов. Без выходных. — Он снова строго посмотрел на них. — И без касок. Вы, я смотрю, со Стражами уже встретились?
— С кракозлами? Да, — кивнул Ёж. — Разобрались. — Точно, без касок, — покачал головой Михаил. — Ладно, раз уж попали, и раз Сердцевину ищете... дело ваше. Только по правилам. Следуйте за мной. И по моим мосткам. А то ещё провалитесь куда не надо.
Он повернулся и, негромко ворча что-то про «молодёжь» и «технику безопасности», повёл их не по шатким камням, а вдоль почти невидимых, скрытых под тонким слоем ила, но невероятно прочных деревянных настилов. Путь стал в разы легче.
— Вы давно тут? — спросил Редискин, зачарованно глядя, как Михаил на ходу поправляет расшатавшуюся сваю ударом своего бревна-мастерка. — Счёт не веду. Смена как смена. Прибыл по распределению. Объект сдавали с недоделками, кривые руки предыдущей бригады до сих пор расхлёбываю. — Он вдруг остановился и указал вперёд. — Вот и он. Сердцевина. И его Хранитель. Только тише вы. Он... консервативный.
Они вышли на круглую, сухую площадку посреди болота. В её центре, на низком постаменте из того же чёрного камня, пульсировал объект. Это был не кристалл и не машина, а скорее сгусток чистого, упорядоченного света, принимавший форму идеального геодезического купола. От него исходило ровное, умиротворяющее тепло и тихий, похожий на гул трансформатора, звук. Это и был источник энергии — стабильное ядро в сердце хаоса.
А перед ним, спиной к ним, сидело существо. Хранитель Порядка. Он напоминал каменного голема, собранного из обломков плит, шестерёнок и витых металлических прутьев. Его движения были медленными, точными, лишёнными суеты. Он не охранял Сердцевину в привычном смысле — он её... обслуживал. Медленно, с помощью тонких щупов, исходящих из его пальцев, он счищал с поверхности купола мельчайшие частицы ила и налёт хаоса, которые пытались на него осесть.
— Он поддерживает чистоту системы, — прошептал Редискин, и в его голосе звучало благоговение. — Идеальный смотритель. Без эмоций, без устали.
— Да, — так же тихо подтвердил Михаил, снимая каску и почтительно потирая лоб. — Работает без смены. Без перекуров. Я ему иногда техжиркость для сочленений подношу, он кивает. Молчаливый очень. Но если порядок нарушить... — Бобр многозначительно хлопнул лапой по своему бревну.
Хранитель, казалось, не замечал их присутствия, полностью погружённый в свою монотонную, вечную работу. Но когда Ёж, движимый любопытством, сделал шаг вперёд, чтобы рассмотреть Сердцевину ближе, каменная голова Хранителя повернулась с едва слышным скрежетом. Пустые глазницы, в которых горели две точки холодного, синего света, уставились на него. Весь его массивный корпус развернулся с неожиданной для такой глыбы плавностью, занимая позицию между гостями и ядром. Из его груди донёсся механический, лишённый интонации голос:
— Параметр: присутствие несанкционированных процессов. Процедура: верификация. Предоставьте идентификаторы доступа или покиньте периметр обслуживания.
— Вот, началось, — вздохнул Михаил, снова надевая каску. — Я же говорил — консервативный. Протоколы у него жёсткие.
— У нас нет никаких идентификаторов! — пискнул Редискин, инстинктивно пряча ключ за спину.
— Идентификаторы не обнаружены. Классификация: угроза целостности системы. Инициирую процедуру изоляции. — Из предплечий Хранителя с лёгким шипением выдвинулись не оружие, а странные устройства, напоминающие излучатели или проекторы.
— Жень, не надо огня! — закричал Редискин, видя, как Ёж уже нацеливает огнемёт. — Он не атакует! Он «изолирует»! Это может быть что угодно: силовое поле, стазис-луч, дезинтеграция данных!
Но было уже поздно. Хранитель активировал устройства. Не было ни взрыва, ни луча. Просто пространство вокруг Ежа и Редискина застыло. Звуки болота исчезли, воздух стал густым, как сироп. Они могли дышать, могли двигаться, но с чудовищным, замедленным усилием, будто плыли в мёде. Это и была «изоляция» — не уничтожение, а вывод из активного состояния, будто процессы в компьютерной программе.
— Вот чёрт... — с огромным трудом выдавил Ёж, его лапа с огнемётом двигалась со скоростью улитки.
Михаил наблюдал за этим, качая головой. — Молодёжь... Нет терпения. Смотрите, как надо. Он не стал атаковать и не стал убегать. Бобр спокойно подошёл к краю площадки, к одной из многих, казалось бы, случайных металлических панелей, встроенных в каменную кладку. Достал из кармана робы засаленный, сложенный в несколько раз листок — техническую схему — и внимательно её изучил. Потом нашёл нужную панель, с силой надавил на неё лапой. Панель отъехала, открыв набор старомодных, но блестящих рычажков и тумблеров.
— Секция 4-Г, узел контроля внешнего периметра, — пробормотал он себе под нос. — Ага, вот он, ручной дублирующий контур. На случай, если автоматика глюкнет.
И он щёлкнул одним из тумблеров. Раздался сухой щелчок. Замедление вокруг Ежа и Редискина исчезло так же внезапно, как и появилось. Они оба рухнули на колени, отдыхиваясь. Хранитель замер, его синие глазницы-фары перевели фокус с них на Михаила. Механический голос прозвучал с лёгким оттенком... недоумения? — Процедура изоляции прервана. Вмешательство авторизованного обслуживающего персонала. Объясните основание для отмены протокола.
— Основание? — Михаил аккуратно закрыл панель и похлопал по ней лапой. — Основание — пункт 7.3 регламента технической эксплуатации сложных систем: «При возникновении нештатной ситуации, угрожающей целостности обслуживающего персонала или критической инфраструктуры, старший по смене вправе использовать ручное дублирующее управление для приостановки автоматических процедур». Я тут старший. Они, — он кивнул на пришельцев, — персонал, хоть и несанкционированный, но не проявляющий признаков деструктивной активности. А твоя изоляция могла вызвать колебания в дренажных каналах. Целостность инфраструктуры под угрозой. Всё по регламенту.
Хранитель молча обрабатывал данные. Шестерёнки в его груди тихо пощёлкивали. — Логично. Аргумент принят. Процедура изоляции отменена. Однако их статус остаётся «несанкционированный». Требуется определение дальнейших действий.
Михаил повернулся к нашим героям, сложив лапы на груди. — Ну что, саженцы? Слышали? Вам надо определиться. Или вы становитесь частью системы — находите себе функцию, полезную для объекта, — или вам придётся уйти. А уйти отсюда, минуя Хранителя, — задача та ещё. Он протоколы знает лучше меня.
Ёж и Редискин переглянулись. Весь их путь, от встречи с Пнём до точного выстрела по кракозлам, подводил их к этой точке. Они были не просто жертвами обстоятельств. Они были... операторами. Корректорами.
— Мы можем помогать, — сказал Редискин, поднимаясь. Его голос звучал увереннее. — Мы уже... корректировали искажения. Кракозлов. Мы можем быть... мобильным отрядом быстрого реагирования. Для устранения локальных угроз стабильности, пока вы, Михаил, занимаетесь инфраструктурой, а Хранитель — глобальным ядром.
— Предложение: создание подвижного модуля поддержки порядка. Функция: устранение малых аномалий до их эскалации, — отозвался Хранитель, и в его голосе впервые появился оттенок одобрения. — Эффективность данной модели повышает общую стабильность системы на расчетные 8.73%. Приемлемо.
— Видишь, — фыркнул Ёж, тоже поднимаясь. — Мы тебе не угроза. Мы... подрядчики. Временные, но полезные.
Михаил почесал за ухом, размышляя. — Гм... Подвижная ремонтная бригада. С элементами охраны труда. Только каски им выдать надо. И инструктаж провести. — Он посмотрел на них строго. — Работа по найму, смена сутки через трое, расчёт по завершению задачи. Договорились?
В этот момент кристаллический ключ Редискина, лежавший на земле, куда он его выронил, вдруг вспыхнул ярким светом. Он проецировал не стрелку, а сложную, трёхмерную схему всего сектора болота, где яркими точками были отмечены не только Сердцевина и они сами, но и несколько других, слабых, мигающих сигналов на периферии. И один из них — прямо на границе их сектора и следующего — пульсировал тревожным красным цветом.
— Что это? — насторожился Ёж. —
Это новая, параллельная ветка рассказа