Сегодня работал в зале.
Утром гостьи отказались от чая, потому что показался невкусным. Сказали, что это из-за воды, которой завариваем чай.
Мы собрались в кружок, попробовали (предварительно, понятно, дав остыть) - вода и правда была низкого качества, никак не соответствующего ожиданиям гостей, после чего чай на некоторое время «встал в стоп», по меткому народному выражению, но у нас накопился кое-какой опыт в плане борьбы с дурацкими ситуациями, и мы знали: главное - не опускать руки.
— Тигры не любят меда!
— Ай-ай-ай! — сказал Пух, стараясь показать, что его это ужасно огорчило.
Менеджмент и бар сработали чётко, и уже спустя каких-нибудь 15-20 минут в баре появилась вкуснейшая вода и что-то типа термоса для горячей воды, чтоб чай заваривать. Это было очень кстати, потому что у меня гостьи в количестве 6-7 штук хотели уйти на чай-кофе-десерт в Skuratov.
Каково же было её удивление, когда перед ней оказался чайник с духмяным чаем, и этот чай так обрадовал их, так завёл, что они на кураже заказали ещё и татарские лепёшки с мёдом, а потом ещё и яблощный взвар.
Надеюсь, водопроводчик Марио приедет и починит нам воду.
Также приходили две молодые мамы со своими (предположительно) детьми: один совсем свежий, размером с лабубу, а второму приблизительно 1,5-2 года, я думаю.
Для милого малыша постарше мама, не заглянув в меню, заказала куриную лапшу без зелени.
Когда услышала, что лапши больше нет в меню - заказала треугольник с куриным бульоном без зелени.
Когда услышала, что треугольник закончился - сказала, что она жёстко растерялась.
Я предложил взять куриный бульон с картофельными вонтонами - она сказала, что её мальчику надо есть мясо, а не тесто.
Я предложил борщ с сезонным декабрьским эстрагоном - она сказала, что её мальчик вообще никакого супа, кроме куриного, не ест никогда.
Забегая вперёд: мальчику заказали полпорции борща без эстрагона, потому что целая порция - это для ребёнка многовато, и он в удовольствие его съел.
Сами молодые мамы поели того-сего, обсудили мужей, которые всю ночь спят, и т.д. Под конец милый малыш постарше смахнул со стола так называемый «водник», стакан для бесплатной воды. Ну, тот разбился, естественно. Ни «извините», ни «простите», ни «сколько мы должны за посуду?», ни «мы так больше не будем», ничего. Рассчитались - и ушли.
- 0 руб 0 коп.
Я их запомнил. План такой: когда в следующий раз придут - каждый официант на смене подойдёт к их столу под видом, что надо показать сервис, забрать грязную посуду, там, салфетки пополнить, то да сё, а сам втихаря что-нибудь стянет у них: игрушку детскую, там, соску, правый или же левый носок милого малыша, всё такое прочее. А перед Новым годом все эти украденные вещи мы выставим в нашей знаменитой лавке, типа это инвазивные дети своими руками собирали поделки, и продадим каждый лот с прибылью.
Запомнилась милейшая женщина, которая привела на семейный обед своих, видимо, я так понял, родителей и своих же детей. Взяли на всех большую порцию сырников, большую порцию французского тоста, и вышеупомянутая милейшая женщина всё говорила мне:
- Дайте же вилки, ни у кого же вилок нет.
А дело в том, что вилки у всех были уже в руках наготове; на столе, соответственно, их не было - потому-то ей и показалось, что ножи я на сервировку принёс, а вилки - решил, что лишние.
Под конец смены явился наипрезабавнейший парень, который говорил так:
- Я ем всё, вообще всё, смело предлагайте, всё вообще ем. Только не пасту. И не пельмени. Короче: пасту - нет, пельмени - нет, гарниры - нет. Треугольник это что? Треугольник это тесто? Тесто - нет, мясо с картофельным пюре - нет. Чистое мясо. Но не стейк.
А его друг спрашивал:
- А вот к паштету хлеб подаёте?
Я отвечал со всей возможной важностью, что да, дескать, подаём.
- Он тёмный? - спрашивал друг наипрезабавнейшего парня.
Я отвечал со всей возможной важностью, что нет, дескать, не тёмный, пшеничный, на бездрожжевой закваске.
Услышав, что хлеб на бездрожжевой закваске, наипрезабавнейший парень, который ест вообще всё, кивнул:
- Безглютеновый - нормально, его… эта… можно, можно.
