14 декабря 2025 года исполнится 200 лет со дня восстания декабристов. В школе нам рассказывали, что декабристы были первыми революционерами, пострадавшими за народ. А как было на самом деле? Об этом воспоминания морского офицера, лейтенанта Дмитрия Завалишина.
Дмитрий Иринархович окончил Морской кадетский корпус. Он участвовал в походе на бриге «Феникс», где делил каюту с будущим адмиралом Павлом Нахимовым и будущим составителем «Толкового словаря великорусского языка» Владимиром Далем. Завалишин участвовал и в кругосветной экспедиции на фрегате «Крейсер» под командованием адмирала Михаила Петровича Лазарева.
Работая в Русско-американской компании, Дмитрий Завалишин познакомился с главой «Северного Общества» Кондратием Рылеевым. Он не разделял полностью взгляды своих коллег, но понимал, что необходимо провести реформы. Во время восстания 14 декабря 2025 года Завалишин отдыхал в имении родителей на Волге. Его арестовали, так как в показаниях Рылеева было упомянуто его имя.
В начале следствия по делу декабристов Дмитрий Иринархович содержался на гауптвахте Генштаба вместе с автором пьесы «Горе от ума» Александром Сергеевичем Грибоедовым. «Узнавши, что Грибоедов хорошо играет на фортепиано, Жуковский (офицер, которому был поручен надзор над декабристами), как любитель музыки, стал водить его и меня в кондитерскую Лоредо, находившуюся на углу Адмиралтейской площади и Невского проспекта. В комнате стояло фортепиано. Мы приходили обыкновенно часов в 7 вечера и проводили там часа полтора. Грибоедов играл, Жуковский слушал его, а я читал газеты».
Но следствие по делу 14 декабря получило признание одного из морских офицеров, что Завалишин разделял идеи заговорщиков. И Дмитрий Иринархович был заключен в Петропавловскую крепость. «Гвардейские солдаты, стоявшие в коридоре на часах, были к нам необыкновенно внимательны и почтительны. Они иногда оставляли двери наших каморок отпертыми, чтобы нам можно было разговаривать. Денег на стол отпускалось довольно, но было страшное воровство, и только в те дни, когда знали, что приедет генерал-адъютант для опроса, кушанье и чай были получше. Столом заведовал плац-майор Подушкин. Он-то нас и обворовывал, и только тем, за кого родные платили, он поставлял кушанье лучше, со своей, как говорил, кухни.
Порядок в равелине был следующий: каждый вставал, когда хотел, но за этим наблюдали. Лишь только арестант встанет, не пройдет и десяти минут, как является комендант с большим числом сторожей. Пока один подает умываться, другие убирают комнату и приносят чай, если кому он полагается. Горячую воду, впрочем, приносят в чайнике, а самовара не подают. Обед, вечерний чай и ужин подавали, когда спросим, последний не позже 9 часов. Ночью горел всегда ночник. По предписанию доктора водили гулять в садик в сопровождении инвалида».
19 января 1827 года государственных преступников отправили по этапу из Петропавловской крепости в Сибирь. По закону было положено заковывать осужденных в кандалы. Но могущественные родственники–аристократы добились поблажки. Кандалы велено запирать замками. Конвой в панике скупил первые попавшиеся замочки. Завалишину достается латунный с пожеланием «Кого люблю – того дарю», а декабристу Николаю Бестужеву – «Мне не дорог твой подарок – дорога твоя любовь».
Что рассказывает о жизни декабристов в Сибири участник событий Дмитрий Завалишин? Об этом в следующей истории.
Подпишитесь, чтобы не пропустить.