- Настя, я тебя и не спрашиваю, я перед фактом ставлю! - бушевала свекровь.
- А я вас тоже перед фактом ставлю - мне все равно, что вы там себе придумали.
- Саша будет жить у вас, - заявила она.
- Нет, этого никогда не случится, - произнесла Настя. Она поставила перед свекровью тарелку с конфетами, но этот жест был скорее формальностью, чем проявлением гостеприимства.
К чему эти споры, если тут и обсуждать нечего? Они не напрашивались быть опекунами.
Анна Павловна презрительно глянула на невестку.
- Посмотрим, - прошипела она, - Время покажет, чья возьмет.
- Предскажу вам будущее - моя, - Настя выпрямилась, ее взгляд встретился со взглядом свекрови, и в этой дуэли взглядов победила все-таки Настя. Анна Павловна отвернулась.
- Кто позаботится о нем, если не вы?
- Ой, например, его родной отец, - ответила Настя.
- Максим не справляется…
Максим и не пытался справиться.
- Тогда вы, если так хотите.
- Не должен ребенок расти с бабушкой!
- Ну, тогда все, варианты закончились, - развела руками Настя.
Нет, с ней это не сработает.
- Ладно, Настя, невестка, - Анна Павловна повернулась к сыну, который сидел напротив и выглядел, как марионетка, зажатая между двумя сильными кукловодами, - Что с нее взять? Ей до меня и дела нет. Но ты-то, Егорушка, не хочешь приютить родного племянника? У вас же уже есть дочка, Машенька, такая чудесная девочка. А второй ребенок - это очень просто, вы даже не заметите, что их теперь двое. А потом вообще не поймете, как вы жили-то только с одним ребенком…
Об этом Настя свекрови уже говорила. Если они захотят, чтобы в их семье было двое детей, то Настя вполне в состоянии сама родить второго. Но об этом пока рановато думать.
- У племянника есть родители, - ответил Егор, хотя напор матери его и сковывал, но он тоже не хотел насовсем забирать племянника.
Анна Павловна театрально вздохнула.
- Егорушка, ты же знаешь, что Люба, будь она неладно, уехала… куда, никто толком и не знает. Оставила сына с Максимом. А Максим… - она то ли прослезиться собиралась, вспоминая непутевого младшего сына, то ли умилиться, какой он у нее любимый мальчик, - Он совершенно ни к чему не приспособлен. В компутер свой играет! Какой из него отец? Тем более, без жены теперь… Он сам ребенка не поднимет.
Настя невольно усмехнулась - ну да, теперь без жены. Только Сашеньке уже полтора года, и за это время Максим так ничему и не научился. Все, от и до, делала Люба. Ее побег Настя, конечно, не оправдывает, но в каком-то смысле немного понимает.
- Тогда помоги ему, а мы можем немного потом помочь тебе, - парировал Егор, и в его словах была вся тяжесть ответственности, которую он готов был разделить, но не взять на себя.
Настя, когда фокус сместился с нее на Егора, наблюдала за этой перепалкой все с той же легкой усмешкой. Она любила своего мужа за его принципиальность, но иногда его прямолинейность казалась ей излишне… прямолинейной. Хотя это здорово, что он сопротивляется.
- Анна Павловна, - начала Настя, поняв, что Егору тяжело в одиночку держать оборону, - Мы уже обсуждали это. Егор и я. И мы приняли решение. Мы не можем взять Сашеньку. У нас уже есть Маша, и мы хотим дать ей все, что ей нужно. А с еще одним ребенком… это огромная ответственность. Мы не можем на себя такое взять. И не заставляйте.
У Анны Павловны были какие-то свои представления.
- Да кто же вас заставляет? - взвизгнула Анна Павловна, - Я не заставляю, а прошу. Как самых родных. И не последние деньги у вас отбираю. Прошу приютить племянника. Что ему, со мной, со старушкой, расти?
- Мама, - Егор деликатно хотел намекнуть маме на выход, - Мы не можем. Уж точно не сейчас.
Была бы Маша постарше, была бы у них квартира побольше, то еще может быть.
- Но ведь Максим… - начала Анна Павловна.
- Максим получит помощь, - перебил ее Егор, - Мы, если что, всегда готовы помочь советом, готовы иногда забирать Сашу на выходные. И ты, мама, тоже можешь помочь. Но взять ребенка к себе… мы не можем.
Наконец, Анна Павловна поднялась, осознав, что сегодня ей тут ничего не светит. Но от самой идеи она не отказывалась.
- Хорошо, - сказала она, - Если вы так решили, я ничего не могу с этим поделать. Но помните, дети - это наше будущее. И иногда, отказываясь от одного, мы теряем и другое. Подумайте над этим!
Потратив немало усилий, чтобы выставить Анну Павловну из квартиры, Егор и Настя выдохнули.
- Ну и характер, - пробормотала Настя, качая головой.
- Не переживай, - Егор сжал ее руку, - Мы поступили правильно. А мама отходчивая. Угомонится.
Прошло несколько недель.
Анна Павловна, как и обещала, начала “помогать” Максиму. “Помощь” заключалась в том, что она буквально взяла Сашеньку полностью на себя. Максим и переехал с ним обратно к маме, чтобы было удобнее. Стирка, глажка, готовка, прогулки, игры, чтение сказок - все эти почетные обязанности достались Анне Павловне. Она, будучи женщиной еще довольно здоровой и сильной, даже в свои годы, справлялась, хотя и жаловалась на усталость.
- Максим, ты Сашу покормил? - спросила она, оставив ненадолго внука с его законным отцом.
- Да когда, мам? Ты такая интересная! Я что, все должен успевать?
- Максим, я же как лучше хочу… Тебе пора учиться делать все самому.
- Ага.
Но он не учился.
А Анна Павловна его прощала.
Это же любименький Максим. С ребенком он посидеть не может, он не умеет. На работу пойти тоже не может, он быстро утомляется, да и нет подходящих вакансий.
Внук подрос, и за ним уже приходилось бегать.
- Ох, Сашенька, ну ты даешь! - восклицала она, когда мальчик снова разрисовывал обои фломастером, - Вот уж не думала, что в мои годы придется так надрываться… Положи, положи туда, откуда взял.
- Нет!
- Положи!
- Мам, можно потише? - выглядывал Максим, - Отвлекаешь…
- Прости-прости.
Когда Анна Павловна ушла на кухню и усадила внука рядом, то через секунду его там уже не было.
- Саша, я же запретила на обоях рисовать!
Сашенька только хихикал в ответ, продолжая свою творческую деятельность.
Максим, который устал от шума, теперь нашел каких-то друзей, появлялся редко и быстро исчезал, оставляя Анну Павловну наедине с ее (!) заботами.
- Макс, ты когда вернешься? - крикнула она ему вдогонку, когда он в очередной раз уже убегал.
- Мам, когда вернусь, тогда вернусь. Что за вопросы? Мне не пять лет.
- У тебя сын дома!
- И? Не умею я с ним…
А ей стало казаться, что она уже и не справляется.
Однажды, возвращаясь с прогулки, Анна Павловна, неслась по нерасчищенному тротуару, потому что дома она оставила Сашу с Максимом аж на полчаса, и Максим уже начал нервничать. На улице стоял мороз. Анна Павловна, торопившаяся в внуку, не заметила тонкого слоя льда, который припорошило свежим снегом.
- Ой!
Пакеты взлетели. Анна Павловна - тоже.
Она почувствовала острую боль в ноге, а потом - ощущение, что ногой не пошевелить. Когда она попыталась встать, боль стала невыносимой.
- А-а-а! - снова вскрикнула Анна Павловна, уже более отчаянно.
К счастью, ее крики услышал дворник. Поднять-то ее подняли, а вот нога оказалась сломана…
Перелом сложный. Восстановление долгое. Анна Павловна теперь за няню никак не сойдет. Максим, как и следовало ожидать, испарился, съехав пожить к другу и лишь изредка звоня, чтобы узнать, “как там дела”.
Егор и Настя, несмотря на прежние разногласия, приняли Сашеньку к себе. Их дочь, Маша, сначала отнеслась к новому “жильцу” с некоторым недоверием, но быстро освоилась, увидев, что Сашенька - не такой уж и плохой товарищ для игр, пусть еще и маловат.
- Мама, ты как? - спрашивал Егор, когда навещал мать уже после больницы.
- Как-как… - кряхтела Анна Павловна, - Отвратительно! Внук без бабушки остался… И главное, что я даже Сашеньке ничего толком приготовить не могу! Ему же нужно нормальное питание! Как вы его кормите? Как он спит? Я могу и приехать, чем-то помочь.
Какая пока от нее помощь?
- Мы с Настей справляемся, - успокаивал ее Егор, - Сашенька у нас живет припеваючи. Маша его даже полюбила.
- Да, Анна Павловна, не переживайте, - подключалась Настя, - Сашенька у нас как родной. Вот, смотрите, он вчера нарисовал вас, вот вы рядом с домом! - она показывала фотографию Сашиного рисунка на телефоне.
- Красиво… - произнесла она, - Только вот… Грустное ему, наверное.
- Все у него хорошо, - повторила Настя, - Не переживайте, вашего выздоровления Саша дождется спокойно.
Через два месяца Анна Павловна, хромая и опираясь на трость, пришла за Сашенькой. За это время внук ее не забыл, но уже успел освоиться в новом, хоть и временно, доме.
- Саша! - позвала она, и тут же из комнаты выбежал мальчик, радостно крича:
- Бабушка!
Мальчик тут же повис на ней, а она - на своей палочке, совершенно забыв, насколько хрупкой стала ее нога.
- Настенька, Егор, спасибо вам огромное, - сказала она, когда они все собрались в гостиной, - Без вас я бы не справилась. Спасибо! Столько времени с ним сидела…
- Да что вы, Анна Павловна, - улыбнулась Настя, - Сашенька у вас такой славный мальчик. Можно сказать, мы и не заметили, как пролетели два месяца.
На самом деле, это была больше простая вежливость. Чтобы она, еще не совсем поправившаяся, не чувствовала себя им обязанной. Но свекровь восприняла это по-своему:
- А вы случайно не передумали? Не хотите, чтобы Сашенька жил с вами? - внезапно спросила Анна Павловна, - Ну, скажите, что два ребенка - это лучше, чем один, - и она поправила стоящую рядом трость. Сколько ей еще ходить с этой тростью?
Конечно, эта тема всплывала у них периодически. Сами они напрашиваться бы не стали, но раз ей так тяжело…
- Мы… - начала Настя, - Это все пока очень расплывчато, но… мы готовы подумать… и, если все ок, то можем стать его опекунами. Только официально. Тогда нам и опекунские платить будут, всяко полегче…
С лица Анны Павловны испарилась вся теплота и благодарность, когда речь зашла про опекунство.
- Нет, - отрезала она, - Вы не станете его опекунами.
- Но как же… - растерялся Егор.
- Никаких “как же”, - резко сказала Анна Павловна, - Официально ничего не должно измениться.
- Вы сами просили… - сказала Настя.
- Я просила, чтобы вы взяли его на воспитание, а не настучали в опеку. Чтобы вы опекунами стали, это нужно Максима прав лишить! Это какое пятно на его репутации, если пойдет слух, что он отказался от сына!
- Но, если Саша будет жить у нас… все и так поймут, что Максим отказался.
- Нет! Не поймут! Всегда можно сказать, что он много работает, а вы помогаете с племянников. А если официально…
- Никто не узнает.
- Еще как узнают! Тут кто-то шепнул, там кто-то рассказал… и все! И как после этого на Максима соседи смотреть будут? Нет! Не надо мне вашего опекунства! Я - его бабушка, и я буду им заниматься. Раз вы за три копейки готовы Максима так подставить.
Не прошло и минуты, как Анна Павловна уже ковыляла по лестнице, держа за руку Сашу.
- Бабушка, а я сюда еще приду? - спрашивал Сашенька.
- Потом, мой хороший, как-нибудь потом, - отвечала Анна Павловна.
Настя и Егор даже расстроились немного. Привязались они к Саше. Но потом подумали, что, наверное, переоценили свои силы. Забрать его насовсем - это не пару месяцев с ним побыть.
Но как-то ранним утром, когда город только просыпался, Анна Павловна подкралась к двери квартиры Егора и Насти. С собой она привела внука и принесла сумку с его вещами. Она поставила Сашеньку на коврик перед дверью и погладила его по голове.
- Сашенька, - сказала она, - Посиди здесь немного. Бабушка скоро вернется.
Она нажала на кнопку звонка и, услышав шаги внутри, мгновенно отскочила и, прихрамывая, ломанулась вниз по лестнице.
Настя открыла дверь и увидела Сашеньку, стоящего на коврике рядом с сумкой. Сначала она растерялась, но потом увидела, как мелькнула среди перил куртка свекрови.
- Анна Павловна! - крикнула она, но было поздно.
Не успев опомниться, Настя достала телефон.
Конечно, никто не ответил.
Тогда Настя настрочила сообщение.
- У вас ничего не выйдет. Мы готовы были подумать над опекой, но вас это не устраивает, а то, что предлагаете вы - не устраивает нас. И учтите, что молчать я не буду. Если вы не вернетесь, я позвоню куда следует.
Настя знала свою свекровь. И она была уверена, что Анна Павловна не хочет, чтобы ее любимый внук оказался в детском доме. А Анна Павловна хорошо знала свою невестку. С ней договориться можно только по-хорошему, а по-плохому… если с ней по-плохому, то она в ответ сделает еще хуже.
Через несколько минут зазвонил телефон Насти. Недолго же она продержалась!
- Настя, - просипела она, стоя у них под подъездом и не решаясь уйти, - Что ты собираешься делать?
- Я позвоню в органы опеки, - ответила Настя, - Если вы не вернетесь и не заберете Сашеньку. А вы как думали? Что мы сейчас это стерпим, потом помиримся с вами, и будем весело жить дальше?
Кто-то не выдержал.
- Хорошо, - сказала она, - Я вернусь.