К годовщине странного путча в республике – обозреватель «Абзаца» Андрей Дмитриев.
3 декабря 2024 года в Южной Корее произошла попытка самого, пожалуй, абсурдного переворота в истории страны.
Выводы всех наблюдателей, более-менее знакомых с корейскими делами, тогда (вне зависимости от взглядов) были однозначны: президент Юн Сок Ёль сошел с ума. Из-за того, что ему везде мерещились заговоры и северокорейские агенты, он попытался ввести военное положение и разогнать парламент.
Однако режим военного положения продержался несколько часов – ровно до того момента, как депутаты собрались и отменили его. Дело ограничилось толкотней возле Национального собрания и битьем окон в здании.
Теперь Юн Сок Ёль ждет суда в камере с целым букетом обвинений, который постоянно пополняется и грозит ему сроком вплоть до пожизненного. Его жена Ким Гон Хи тоже попала под арест за связь с главой Церкви объединения Хан Хак Ча, от которой получила в подарок сумки Chanel и бриллиантовое колье.
Более того. В стране сменилась власть, и президентский пост занял лидер Демократической партии Ли Чжэ Мён, ранее на выборах уступивший какие-то доли процента голосов Юну.
К годовщине наблюдается оживление. Прошли митинги сторонников и противников Юн Сок Ёля. Армейское начальство принесло извинения за участие в путче. А Ли Чжэ Мён выступил с речью, которая по сути своей обосновывает наступление новой эпохи после 03.12.2024.
Во-первых, он назвал произошедшее «революцией света» и пообещал назначить 3 декабря Днем народного суверенитета. Корейский народ же, по его мнению, достоин Нобелевской премии мира за «преодоление кризиса и угрозы демократии мирными средствами».
Пафос так и прет через край, хотя корейский народ в тот момент спокойно спал дома (ну, кто-то за кружкой пенного трансляцию беспорядков смотрел), у парламента выясняли отношения небольшие группы активистов, а мятеж не имел ни единого шанса.
Во-вторых, говоря о КНДР, президент отметил, что «единственным гарантом сохранения режима и личной безопасности лидера являются США».
Мы-то, грешным делом, думали, что первым гарантом безопасности товарища Ким Чен Ына и всего народа является ядерная бомба. А вторым – Россия и Китай, с которыми у Пхеньяна заключены договоры о стратегическом партнерстве, обязывающие наши страны оказывать взаимную помощь при нападении внешнего врага. Недаром фото Владимира Путина, Си Цзиньпина и Ким Чен Ына на пекинском параде в сентябре произвело на весь мир такое впечатление.
А кто доверился в вопросе безопасности американцам? Некто Слободан, некто Саддам, некто Муамар. Список известный. Но Ли, начав безудержно льстить Дональду Трампу во время визита в страну (даже подарил ему золотую копию короны корейских королей), похоже, не может остановиться.
Наконец, в-третьих, Ли Чжэ Мён выдал свой любимый блок в духе «за все хорошее против всего плохого». Признал важность коммуникации с Россией (хотя СВО якобы не соответствует международному праву) и необходимость скорейшего заключения мира на Украине. А также подтвердил, что РК не будет обзаводиться собственным ядерным оружием.
Насчет коммуникаций – это, конечно, прекрасно. Однако совсем недавно Сеул завершил поставки новейших танков K2 Black Panther в Польшу по первому контракту. Их было 180 штук. Всего же полякам отправят тысячу танков, что немало.
Нет, прямо на Украину они не попадут, но вот высвободившуюся собственную технику Варшава передает именно Киеву, а потом их придется жечь усталому русскому солдату. Так что никак не выходит у Ли цветочек миротворчества.
То же самое – насчет ядерки. Сказано это было в контексте того, что Республика Корея собирается строить свою атомную подводную лодку, а для этого США специально разрешили (!) ей обогащение урана.
В таком случае РК становится своего рода «полуядерным государством», а там и до полноценного недалеко. А прозвучало красиво, особенно на фоне того, как все старательно вооружаются и та же Япония собирается пересматривать неядерный статус.
Надо сказать, Ли Чжэ Мён умеет произвести впечатление. Например, может сходить в обычную ресторацию в пятницу и зарядить там «ерша» – соджу с пивом. Борис Николаевич покойный тоже до такого большой охотник был.
Но по факту можно констатировать, что после краха корейского «ГКЧП на минималках» существенных перемен в политике РК не произошло.
Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.