Глава 22 В гостях
Из небольшого коридорчика мы вошли в комнату, которая была прихожей, кухней и столовой одновременно. Только попав в дом, я сразу почувствовала запах тяжелобольного человека, а вскоре увидела и самого старика.
- Дед мой, Михаил Василич. – Махнула старушка в сторону открытой двери.
- Здравствуйте Михаил Васильевич! – Кивнула я старику, лежащему на диване в соседней комнате.
Пожилой, высохший от болезни мужчина, видимо, хотел что-то сказать, но только беззвучно шевельнул губами.
- А я Надежда Ивановна, можно баба Надя. – Продолжила говорить хозяйка, поставив на лавку, наполовину заполненное, ведро с молоком. – Раздевайся, сейчас чай согрею и сядем. Лапша ещё куриная со вчерашнего осталась, а может, хочешь молочка парного с хлебом?
- Спасибо, от молока не откажусь и если можно, хотя бы часа три, четыре поспать. А что случилось с вашим мужем, чем он болен? – Понизив голос, спросила я.
- Чем, чем, знамо чем…. – Вздохнув, так же тихо проговорила старушка. – Полгода лежит, и доктора от него уже отказались, дают лекарства, чтоб не сильно мучился, да и только. Никогда не думала, что сама буду старика колоть, но делать нечего, научилась. Врачиха говорит, что уколы сильные, да только уже и их надолго не хватает, ночью колола, а сейчас вот самогоночки Мише налью, может ложек пять и супчика съест.
- Самогоночки…? – Изумлённо протянула я. – А разве можно лекарственные препараты совмещать со спиртными напитками?
- Мишане уже всё можно. – В очередной раз вздохнула хозяйка дома. – А тебя саму, как зовут, а то не знаю, как и обращаться.
- Александра…. – Задумчиво протянула я. – Александра Георгиевна…, послушайте, у меня есть таблетки, которые снимают боль, может быть их дать вашему мужу?
- Не, милая, таблетки моему деду, что слону дробина, только зря переводить добро. Пей, давай молоко, а потом постелешь себе вон в той комнатке за печкой, раз всю ночь не спала. Смелая ты девка, это ж надо ночью одной в лесу! А геологи эти твои совсем обнаглели, как можно такую молоденькую одну послать, да ещё из такого места! У нас ведь к болотам почти никто не ходит, ведьма там живёт больше двухсот лет и всех кого видит, губит. У Переверзевых прадед там сгинул, а потом его внук, лет через тридцать, когда решил туда наведаться, еле живым ушёл. Говорил, что такого страшилища сроду не видел.
- А разве может кто-то жить двести лет? – Как можно равнодушнее спросила я.
- Эта может, её издалека многие видели. А ещё люди бают, что на руках у ведьмы по шесть пальцев, вот я и просила тебя руки показать. Думаю, вдруг она заколдовалась в красивую девчонку?
Пока я допивала молоко, баба Надя принесла постельное бельё, а сама отправилась ухаживать за супругом.
Кое-как, застелив постель, сунула жилетку под подушку, а рюкзаки под кровать, успела заметить, какой там слой пыли, но сейчас меня это не волновало. Сознание провалилось в небытие, наверное, в ту же секунду, как голова коснулась подушки.
Проснувшись, не сразу поняла, где нахожусь, но почувствовав запах больного человека, всё вспомнила. Посмотрев на часы, поняла, что уже полдень и подскочила с кровати.
Пока обувалась, услышала стон и, выйдя из маленькой комнатки, направилась туда, где лежал хозяин дома. Глаза старика затуманились болью, а бабы Нади нигде не было видно. Решила, что нужно сделать инъекцию, но на столе нашлись только одноразовые шприцы. Немного подумав, всё же побежала за лекарством, сделанным инопланетным устройством. Вернувшись с капсулами, снимающими боль, сунула старику в рот сразу две штуки и дала запить водой из кружки – поильника. Минут через пять, тот как-то обмяк и даже улыбнулся краешком губ.
Подумав, что, не дождавшись хозяйку дома, уходить некрасиво, осмотрелась на кухне - столовой и сразу же увидела в углу, за газовым баллоном, ведро со шваброй и веник. С другой стороны от плиты стояло ещё одно ведро с десятком картофелин. Поставив на газовую конфорку кастрюльку с водой, очистила два клубня, а потом снова отправилась к своим вещам и принесла штук двадцать разных пищевых брикетов и специй.
Пылесоса нигде не обнаружила, поэтому смачивая веник в ведре, смела мусор, а потом протёрла пол в тех трёх комнатах, куда получила разрешение входить.
Покрошив в кастрюлю картошку, добавила брикет из мяса птицы, а так же пакетик специй. Уже минут через пятнадцать, по дому разлился приятный аромат, и я поняла, что проголодалась.
Михаил Васильевич не спал и с интересом рассматривал гостью, то есть меня. На вопрос стало ли ему легче, кивнул и таким же образом согласился съесть несколько ложек супа.
Сначала я услышала стук закрываемой двери, невнятное бурчание бабы Нади, а потом громкое “Ой”.
- Девонька, ты чего с дедом сделала? – Изумленно спросила она, глядя, как ест её муж.
- Таблетки помогли. – Сказала я, поднося ко рту мужчины ещё одну ложку супа. – Будете давать по две штуки. Не могу обещать, что они вылечат Михаила Васильевича, но боль точно снимают.
Суп из брикета бабе Наде тоже понравился и старушка, немного смущаясь, сообщила, что желает добавки.
- Так что, ты и таблетки и эту вкусноту нам отдашь? – Всё ещё не веря, своему счастью, спросила пожилая женщина. – Они же тыщи стоят!
- Не дороже денег, а что бы получить тыщи, посоветуйте, кому всё-же можно предложить золотое кольцо с топазом и такие же серёжки. Всё новое, муж мне недавно комплект подарил. – Очень натурально соврала я.
- Уже предложила. – Вздохнула баба Надя. – Почтальонша Верка хочет посмотреть, да и наша продавщица Валентина тоже может купить. Сейчас же и пойдём. Не жалко то, мужнины подарки продавать?
- Немного жалко, но он сказал, что ещё подарит, а до Москвы добраться необходимо. – Пожав плечами, ответила я.
- Ах да, про Москву то…. – Всплеснула руками старушка. – Егор Матвеев завтра утром к дочке собирается в городок, может тебя подбросить, а там и автомобильная трасса, и железная дорога. А ещё, Никитка Белый сегодня едет на станцию, и тоже никогда не отказывается подработать.
Продавец Валентина, посмотрев на золотые украшения деланно, скривилась и сразу же предложила неприлично низкую цену. Я молчала, но не потому, что думала отдавать или не отдавать комплект в пять раз дешевле его цены, а потому что, удивилась, читая как в книге эмоции женщины.
При деланном безразличии и равнодушии, она уже представляла на себе эти драгоценности и страстно желала ими обладать.
- Ну что отдаёшь эти цацки за четыре тысячи? Возьму уж, раз нужны деньги на дорогу.
- За десять тысяч, отдаю, хоть они и стоят больше двадцати. – Спокойно проговорила я.
Валентина рассердилась и, повысив голос начала говорить, что за такие деньги никто в деревне золото не купит, но я слышала, как колотится её сердце и поднимается кровяное давление.
- Да ты чо Валька, совсем охамела! – Не выдержала баба Надя. – Муж девчонке за двадцать пять тыщ подарок купил, а тут случились такие обстоятельства. Почтальонша Верка, хотела посмотреть, да и конторским девчонкам мы это колечко с серёжками ещё не показывали. Новенькое всё, недавно из магазина, а камешки то, как сияют, красота да и только!
Я стояла на своём и вскоре сердитая женщина вручила мне востребованные десять тысяч. От магазина мы направились в сторону дома Егора Матвеева, который завтра утром мог подвести меня до небольшого города.
Кроме этого, здесь на канале, Вы сможете прочитать другие мои фэнтези, романы и рассказы о любви.