Явление 24
(Те же и Семигласовы: бабушка и внучка)
АРИНА
И что меня ты торопила?
Помаду я неровно наложила!
Спешили так! Я чуть жива!
Умчались – лак подсох едва.
И раньше срока вышли ждать такси.
Так в гости ездить? Нет, мерси.
ГЕНРИЕТТА ПЕТРОВНА
К чему опаздывать? Ведь звали нас к пяти!
Так, значит, в пять и надобно прийти!
АРИНА
А мы пришли без десяти!
ГЕНРИЕТТА ПЕТРОВНА
Вот молодёжь!
Ну что с неё возьмёшь?
Ей лишь бы спорить, возражать,
Во всём по-своему ей надо поступать.
АРИНА
Ты видишь? Никуда не опоздали.
От силы треть гостей лишь тут, и то едва ли.
Ещё здесь ничего не началось.
Пойду попудрить нос.
(Пропадает в боковую комнату)
ГЕНРИЕТТА ПЕТРОВНА
Конечно! Всех она умней!
А слушать старших – это не по ней.
И то, откуда б рассудительность ей взять?
Вся в мать!
Она и сына окрутила,
Со мной скандалы заводила,
А дочь росла – как в поле сорняки.
Самой заботиться ей было не с руки,
На бабку всё переложили,
А сами в Грецию свинтили.
А я её расти?
Ах, Господи, прости!
А как её могу я воспитать?
Чуть скажешь что – «Ты мне не мать».
Пять слов скажу – «Меня не поучай».
А деньги – дай.
АРИНА
(вернувшись, направляет на Чацкого двойной лорнет)
Мсьё Чацкий! Вы в Москве!
Надолго здесь?
ЧАЦКИЙ
Недельки, может быть, на две.
А, впрочем, не решил. Бог весть.
Сначала, думал, навсегда,
Теперь уеду хоть куда,
Здесь жить не стану.
АРИНА
Какова ж причина?
ЧАЦКИЙ
Мне трудно объяснить, Арина.
Я встретил здесь не то, что ожидал.
АРИНА
Какой-то из великих написал:
«Чем меньше будут предвкушенья,
Тем после меньше огорченья».
ЧАЦКИЙ
Согласен, горечь разочарованья –
Похмелье от нектара ожиданья.
Не надобно питаться тем нектаром,
Наш оптимизм нам не проходит даром.
АРИНА
А вы – философ, как всегда.
ЧАЦКИЙ
С чего ж меняться мне? Я тот же, что и прежде.
АРИНА
Вернулись холостые?
ЧАЦКИЙ
Да.
АРИНА
(Себе)
А это – повод для надежды.
(Вслух)
Что ж так?
ЧАЦКИЙ
На ком жениться мне?
АРИНА
В Европах – и на ком?
Ужели там красавиц свежих мало?
ЧАЦКИЙ
Красавиц там достаточно вполне.
Когда б найти красавицу с умом!..
АРИНА
В Европах не нашли – в Москве ищите.
ЧАЦКИЙ
Я бросил розыски, уж не взыщите.
(Чацкий с поклоном отходит в сторону)
АРИНА
(Себе)
Сказал два слова и удрал.
Хотя бы комплимент сказал!
Мол вы, Арина, и умна и хороша!
Дождёшься, как же, от него!
Приятен с виду, но груба душа.
Мужлан, и больше ничего.
Меня он начинает раздражать
Своею желчностью во всём.
Что ж! В список душных занесём.
И стоило ль так рано приезжать?
Явление 25
(Те же и множество других гостей, также Загорецкий. Соня от себя выходит, все к ней навстречу, целуют или пожимают руку, смотря по тому, кто как считает приличным, дамы обнимают и обозначают в воздухе поцелуи в обе щеки, не прикасаясь)
АРИНА
(Соне, тихо)
Поговорить нам надо tet-a-tete
СОНЯ
(В ответ также тихо)
Я поняла. Чуть позже.
ЗАГОРЕЦКИЙ
(Соне)
Вы на «Щелкунчика» имеете билет?
СОНЯ
Нет.
ЗАГОРЕЦКИЙ
Так возьмите два.
Для Павла Афанасьича, а также и для вас.
Достать никто не мог, я сам достал едва.
Ажиотаж большой на этот раз.
СОНЯ
Благодарю вас за билет,
А за старанье вдвое.
А для чего конверт?
ЗАГОРЕЦКИЙ
В нём также два билета на концерт.
А также в нём привет
С напоминанием про мой проект.
Три дня на подписи лежит.
Так, может быть, нечаянно забыт?
(Софья с конвертом отходит)
ЧАЦКИЙ
(В сторону)
Гляди, какой он прыткий!
Для подкупа использует открытки.
Билеты дорогие к Рождеству!
Проект подписан будет Voulez-Vous.
(Являются ещё кое-какие, тем временем Загорецкий отходит к мужчинам)
ЗАГОРЕЦКИЙ
Платон Михайлыч…
ПЛАТОН МИХАЙЛОВИЧ
Прочь!
Поди ты к женщинам, лги им, и их морочь.
С тобой у нас закончены дела.
Не разделю с тобой стола.
Так коль тебя тут принимают,
Меня пускай не приглашают.
(Подходит к Чацкому, говорит ему негромко, но так, чтоб Загорецкий всё же слышал)
Коль не знаком – рекомендую!
Редчайший экземпляр в живую.
Посмотришь – человек он светский,
Его везде зовут и ждут.
Антон Антоныч Загорецкий.
Отъявленный мошенник, плут.
При нём остерегись: он жульничать горазд,
И дел с ним не имей – продаст.
ЗАГОРЕЦКИЙ
(Чацкому)
Не слушай, он брюзга. Всегда такой.
И книжные имеет идеалы.
А я всего лишь деловой.
Но в бизнесе ведь всякое бывало.
В иных делах нельзя без специфичности,
Не понимает он того,
Плутую я – без ненависти к личности.
Ведь это бизнес – больше ничего.
ЧАЦКИЙ
Не сомневаюсь я в экономичности
Моральных принципов пластичности.
Ведь многие считают так реально:
Коль выгодно, так, значит, и морально.
Кто делал подлости без злобы,
О чести вспоминать смешно бы.
Помимо честности, есть множество отрад:
Ругают там, а здесь благодарят.
ПЛАТОН МИХАЙЛОВИЧ
Нет, чаще тут и там ругают,
А всё же всюду принимают,
И даже, зная, что он плут,
И должности, и денежки дают.
А он себе готовит, не спеша,
И паспорта, и визу в США,
Где у него на виллах анфилады,
А в банках – вклады.
(Загорецкий мешается в толпу)