Навигация по каналу здесь, а также подборки
И снова будто из леса не уходили, даже запахи и прохлада ощущалась, только ракурс был ближе к пруду. Даниил стоял у самой кромки воды, за его спиной в двух шагах – Никса. Чуть в стороне – громада Игната и рядом его Зима. Ундина и Мава похоже не попали в обзор. Данька чуть повернул голову к Никсе:
- Слышь? Как тебя? Может ноги развяжешь? – указал он вниз также связанными руками.
- Не перечь. Надобно то, - пропела ледяным тоном русалка.
- Блин. У меня ваще ноги затекли, - возмутился он.
- Недолго то будет тебя мучить, - едва скользнула по её лицу улыбка.
- А-а, - понимающе протянул он, затем спросил с любопытством. - Слышь, а если он тебя забыл? Чё делать будешь?
- Вспомнит. Как я его любила, то никто не ведает и не дано такое никому, мне только, - высокомерно ответила Никса.
- Ну-ну. Чё особенная что ли?
- Так то и есть, - склонила она голову.
- Да, дура ты, - сплюнул он. - Он у тебя первый что ли был?
- Замолчи! – вскрикнула она и грозно продолжила. - Иначе заклятье наложу.
- Ага, - буркнул Данька, но уже себе под нос. - Наложит, как же. Хотя может и наложит…
В этот момент Никса протянула руку вперёд, указывая в сторону пруда. Над водой что-то светилось красноватым отблеском, всё приближаясь к ним. Внезапно нас с Андреем обдало холодом и зашелестели слова:
- Прервана. Нет силы той.
- Но созданная ими, живёт.
- Мощь их чрезмерна.
В поле зрения появились две другие русалки и наблюдали за всё разрастающимся красноватым сиянием над водой, постепенно переходящим в белый.
В голове словно зазвучали голоса Ивана и Василисы:
- Ох и шельмы. Неужель свершат, а?
- Ванюша, не должно нам отчаиваться. Надобно настрой держать. Готов будь Даниила подхватить, а я дорогу вам освобожу.
- Ты что это удумала? – с подозрительностью заговорил он. - Не смей даже. Срежь путы ему, остальное проще будет. Гедва-то где? Слиняла? Ведь обещалась быть.
- Да здеся она. За теми кусточками сидит, - вступил Прохор. – Игнатку с Зимкой на себя возьмёт.
- Тогда готовьтесь. Сейчас и начнём, пока Любояр не вошёл в Даниила. Ох и не думала я, что так сильны дети Елисеевы.
Мы с Андреем удивлённо переглянулись. Но тут же обратили свои взоры обратно, услышав истошный крик.
- Ох, Любояр! Любый мой! Как же долго ждала я тебя. Мечту лелеяла.
В свечении замершем над водой у самого берега виден был молодой парень. Как бы сказал Прохор справный. Широкоплечий, высокий. Открытое лицо и ясный взгляд. Оглядывал всю толпу на берегу с удивлением, затем перевёл взгляд на Никсу и тут же по лицу пробежало недовольство и досада.
- Мирна? Ты?
- Я Любоярушка! Как же долго я тебя ждала и искала. Иди же ко мне, - протянула она к нему руки.
- Зачем то надобно? – посуровел его голос.
- Мы любовь с тобой разделим, коей нам не пришлось в жизни земной исполнить.
- Так ты утопла, а я исполнил.
- За тебя же любого и в омут бросилася, а ныне хочу тебе любовь вечную предложить.
- Да на коль мне? - опешил он на мгновение.
- Ты представь только, любый мой. Вместе будем вечность проживать. В спокойствии, да любви бесконечной. Благость-то какая, - с томлением произнесла она.
- Яко в болоте? Так ли понял я? – прищурился он.
- Любоярушка. Зато вместе, навсегда. Время невластно над нами будет.
- От девка полоумная. Мирна! То не изменилося в тебе.
- От того, что тебя люблю, да жить неможно без тебя, - заговорила она страдальчески.
- Да не бывать тому, - уже со злостью произнёс он. - Коли не слюбилося, так тому и быть.
- Во! – обрадованно вступил Даниил. - И я о том же. Слышь, Мирна. Если тебя бортанули, сама-то чё лезешь и на шею вешаешься?
- А это, что за добрый молодец? – указал на Даньку Любояр.
- Не молодец вовсе, - отрезала Никса. - То тело, для души твоей распрекрасной, дабы вместе нам стать.
- Ах, вот оно что, - понимающе проговорил Любояр. - Из веков меня вытащила, дабы в чресла чужие запихнуть. А его-то куда б дела? В землю сыру? Сама, знамо русалкой обернулась, живого человека жизни б лишила, а меня, что полено безмозглое пользовала б? Ну и змеюка ты, подколодная, ох змеюка чёрная.
- Любоярушка, я до смертушки тебя люблю.
- До какой же до смерти-то, а? Нет у тебя ея. Сама себя лишила и любви и смерти, токма проживание пустое оставила, да голод холодный, до того, чего недадено тебе было. Да коль и сама не пожелала насладиться жизнью да любовью земной, другого хочешь лишить? Не бывать тому, не бывать.
- Нет! Любояр! Ты со мною, со мною должен остаться!
- Должен ли? – вскинул он бровь.
- Да как же я без тебя? – запричитала она. - Мне нужен ты, люблю тебя страстно, поселе должен со мною быть.
- Во даёт, - хмыкнул Даниил. - Врёт и не краснеет.
- О сём и думаю, - согласился Любояр. - Где видано, чтоб любовь в уговоре была. А ты хорош собою, потомок мой.
- Э… Ага, спасибо… на добром слове, - ошалело отреагировал Данька.
- Как лгать я могу, - рассердилась Никса.
- Мирна. Не люба ты мне была при жизни земной, токма и дворами бегал от тебя, так ты тут решила меня заполучить, не бывать тому, - лукавая улыбка, так напомнившая мне одновременно и Андрея и Даньку, скользнула по губам Любояра и он чуть кивнув Даниилу, словно оттолкнулся двумя руками от невидимой стены, начал отдаляться, паря над водой.
- Нет! Явись же враз ко мне! – зазвенел приказывающий ледяной голос.
- Поздно, - прошелестела Ундина.
- А дети где? – вопросила зло Никса.
- Под защитою матери отца своих, - пропела с надменностью Мава.
Глава 31