– Представляешь, опять замечание. Третье за неделю, – Светлана отодвинула контейнер с салатом и уткнулась взглядом в телефон. – Типа я не так удалила кутикулу. Да я пятнадцать лет ногти делаю, у меня график на месяц вперед расписан!
Татьяна сочувственно кивнула, разворачивая свой бутерброд с сыром.
– Может, просто плохое настроение у нее?
– Плохое настроение? Таня, ты серьезно? – Светлана фыркнула и откинулась на спинку стула. – Она меня выживает. Целенаправленно, методично. Потому что я ей однажды сказала, что график составлен криво. Вот с тех пор и началось.
В подсобке пахло кофе и жидкостью для снятия гель-лака – специфический, но уже родной запах. Татьяна работала администратором в «Эстетике» третий год и привыкла к этим обеденным посиделкам. Светлана умела рассказывать – эмоционально, с деталями, так что хотелось верить каждому слову.
– Ужас какой-то, – протянула Татьяна. – Держись. Может, все еще наладится.
Светлана грустно улыбнулась и накрыла ее ладонь своей.
– Хорошо, что ты есть. Хоть кто-то нормальный в этом серпентарии.
На следующий день Татьяна услышала приглушенные голоса из кабинета Елены Викторовны еще до того, как открыла дверь в коридор. Потом – тишина. Потом – щелчок замка и Светлана, вылетевшая в холл с покрасневшими глазами и трясущимися губами.
– Уволили, – прошептала она, проходя мимо стойки администратора.
Елена Викторовна появилась в дверях кабинета.
– Татьяна, оформи все документы. Расчет сегодня.
Директор развернулась и скрылась за дверью. Татьяна смотрела вслед Светлане, которая собирала вещи из шкафчика, роняя что-то на пол и не замечая этого.
– Свет, все будет хорошо, – шепнула Таня подруге напоследок.
Вечером телефон завибрировал. «Спасибо, что не отвернулась. Ты настоящий друг». Татьяна ответила сердечком и написала, что держит кулачки.
Переписка не прекращалась всю неделю. Светлана жаловалась на то, что резюме не смотрят, что деньги тают, что бывший муж опять задерживает алименты. Татьяна утешала, советовала, предлагала скинуть вакансии с «Хедхантера».
«Слушай, я тут подумала», – пришло сообщение в субботу утром. – «Буду работать на себя. Дома. Клиентки у меня есть, руки на месте. Только с материалами туго».
Татьяна написала, что это отличная идея.
Следующее сообщение пришло через час. Длинное, с детальным списком. Гель-лаки – двенадцать штук, база, топ, праймер, масло для кутикулы, фрезы, пилки, апельсиновые палочки. Внизу – приписка: «Можешь вынести? Никто не заметит, там же навалом всего. А я тебе торт испеку. Домашний. И потом отблагодарю деньгами, клянусь».
Татьяна перечитала трижды. Потом еще раз – уже медленнее, вглядываясь в каждое слово.
Пятьдесят тысяч. Светлана просила ее украсть материалов на пятьдесят тысяч. За торт.
Пальцы замерли над клавиатурой. Татьяна закрыла чат, открыла снова, набрала:
«Свет, ты серьезно?»
«Ну а что такого? Там же этого добра тоннами закупают. Не твое же, тебе жалко что ли?».
«Это кража».
«Это помощь подруге в сложной ситуации».
Татьяна отложила телефон и посмотрела в окно. За стеклом моросил дождь, капли стекали по подоконнику.
«Я не буду этого делать», – написала она наконец.
Ответ пришел мгновенно: «Ясно. Значит, когда все хорошо – мы подруги. А как помочь надо – так сразу принципы».
«Это не принципы. Это закон».
«Ты такая же, как все. Притворяешься хорошей, а на деле – никакой поддержки. Спасибо, что показала свое настоящее лицо».
Татьяна хотела ответить – объяснить, оправдаться, – но Светлана уже ушла в офлайн. Через час статус изменился на «была недавно», но ни одного сообщения не пришло.
На работе в понедельник Татьяна ловила себя на том, что вздрагивает от каждого звонка. Ждала чего-то – может, извинений, может, продолжения скандала. Но телефон молчал.
Она прокручивала в памяти последние месяцы. Жалобы на придирки начальства. Истории о несправедливости. Слезы в подсобке. Все это теперь выглядело иначе – не как рассказ жертвы, а как хорошо отрепетированный спектакль.
Палец завис над контактом «Света маникюр». Потом решительно нажал «удалить».
Прошел месяц. Татьяна перестала искать на работе друзей. Отдалилась даже от тех, с кем поддерживала близкие отношения.
В салоне появился новый мастер – Оксана, тихая женщина лет сорока с аккуратным пучком на затылке. В обеденный перерыв она разговаривала по телефону с дочкой, а не жаловалась на жизнь.
Татьяна сидела за стойкой, когда услышала разговор двух мастеров в коридоре.
– А ты знала, что ее за воровство турнули?
– Кого?
– Светку. Елена Викторовна полгода собирала компромат.
Татьяна замерла с чашкой кофе в руке. Воровство. Систематическое. Доказательства. Все сложилось в картинку – неприятную, но понятную.
Она допила кофе и выбросила стаканчик. Урок усвоен.
Елена Викторовна заметила перемены через пару недель.
– Татьяна, зайдите.
В кабинете пахло лавандой – директор любила аромалампы.
– Я вижу, что вы стали… собраннее. Это хорошо.
– Стараюсь.
– Я планирую привлечь вас к работе с персоналом. Собеседования, адаптация новичков. Справитесь?
Татьяна кивнула. Справится.
...Анна появилась в начале лета – двадцать три года, диплом колледжа, широкая улыбка и желание дружить со всеми сразу.
– Слушай, а ты после работы что делаешь? Может, кофе где-нибудь выпьем? – спросила она Татьяну на третий день.
– Спасибо, но я обычно сразу домой. Дела.
Анна не сдавалась неделю. Предлагала совместные обеды, походы по магазинам, даже йогу в соседнем фитнес-центре.
– Ты какая-то… закрытая, – сказала она наконец, когда они столкнулись у кофемашины.
Татьяна налила себе американо и повернулась к ней.
– Я просто разделяю работу и личную жизнь. Так проще.
– Но почему? Мы же коллеги, нам нужно общаться.
– Мы общаемся. По рабочим вопросам – сколько угодно.
Анна пожала плечами и отошла. Через месяц она уже не пыталась сократить дистанцию – привыкла, приняла правила игры.
Осенью Татьяна встретила Светлану в торговом центре. Та стояла у витрины с сумками. Подняла глаза, скользнула взглядом по Татьяне – и отвернулась. Демонстративно, подчеркнуто.
Татьяна прошла мимо, не замедляя шаг. Никакого желания окликнуть, объясниться, выяснить отношения. Только легкое облегчение от того, что все закончилось именно так.
Через неделю в салон пришла незнакомая клиентка – блондинка с наращенными ресницами и громким голосом.
– А правда, что тут мастеров увольняют без причины?
Татьяна оторвалась от компьютера.
– Простите?
– Ну, мне подруга рассказывала. Светлана. Говорит, ее выгнали ни за что.
– Я не обсуждаю кадровые вопросы с клиентами, – Татьяна улыбнулась ровно настолько, насколько требовал профессиональный этикет. – Могу записать вас на процедуру. Какой мастер интересует?
Блондинка фыркнула и вышла, громко цокая каблуками по плитке.
Повышение случилось перед Новым годом. Елена Викторовна вызвала Татьяну в кабинет и положила перед ней допсоглашение к трудовому договору.
– Старший администратор. Расширенные полномочия. Участие в подборе персонала. Зарплата – вот такая.
Цифра была хорошей.
– Вы показали себя человеком, которому можно доверять, – продолжила директор. – Это редкость.
Татьяна подписала документ и поблагодарила.
Первое собеседование она провела через три дня. Девушка с резюме на двух страницах рассказывала о своем опыте, о курсах, о желании развиваться. Татьяна слушала и одновременно наблюдала – за жестами, за паузами, за тем, как соискательница отвечает на неудобные вопросы.
– Почему ушли с прошлого места?
– Не сошлись с руководством во взглядах.
Формулировка звучала знакомо. Слишком знакомо.
– Расскажите подробнее.
Девушка замялась, начала путаться в деталях. Татьяна сделала пометку в блокноте.
...Год пролетел быстро. Салон расширился, появился второй зал для СПА-процедур. В коллективе работали четырнадцать человек, и Татьяна знала каждого – профессиональные качества, слабые места, потенциал роста. Но не знала, у кого какие проблемы дома, кто с кем встречается, кто кого терпеть не может.
И это было правильно.
Вечером накануне годовщины своего повышения Татьяна задержалась в салоне. Убирала документы, сверяла записи. За окном темнело рано – в декабре дни короткие.
Она вспомнила тот обеденный перерыв в подсобке. Контейнер с салатом. Жалобы на придирки. Свою готовность верить каждому слову.
Урок оказался болезненным, но нужным. Теперь она знала: доверие – это не то, что раздают авансом. Его заслуживают, доказывают, подтверждают каждый день.
А если бы она поддалась эмоциям, то потеряла бы все...
Дорогие мои! Если вы не хотите потерять меня и мои рассказы, переходите и подписывайтесь на мой одноименный канал "Одиночество за монитором" в тг. Там вам предоставляется прекрасная возможность первыми читать мои истории и общаться лично со мной в чате) И по многочисленным просьбам мой одноименный канал в Максе. У кого плохая связь в тг, добро пожаловать!