-Ты что-то потеряла? – удивился он.
-Жалко уходить. Я так счастлива, что ты теперь круглосуточно выглядишь как человек, мне даже представить страшно, каково тебе пришлось все эти месяцы, но мы здесь нашли столько удивительного!
-Это точно! – согласился Никита. – Только, знаешь, так домой хочется!
-Да! Конечно! Поехали! – Аня прекрасно понимала, что её жених столько перетерпел с того весеннего вечера, когда на него были наброшены ночные крылья, столько пережил, что испытывать сожаление о расставании с тем местом, которое было связано с тяжкими переживаниями, сейчас вряд ли может.
А вот она испытывала – Аня вообще не любила прощаться.
Никита решительно забрал две сумки, которые стояли у её ног и отправился относить их в машину, а Анна, оглянувшись последний раз на номер, где столько всего было, но всё закончилось замечательно, как… как в сказке, и шагнула к порогу.
-Ты не печалься, - послышался голосок Шушаны из-за распахнутой двери. – Ты же у нас работаешь, так что всегда сможешь приходить, как только соскучишься!
-Правда?
-Ну конечно, правда! Танечка сейчас на работе – у неё срочный пациент, так меня прислала тебе это передать.
-Ой, спасибо огромное! Я… я так не хотела бы с вами со всеми расставаться! – обрадовалась Аня.
-Так и мы не любим, когда хорошие люди с нами расстаются! – кивнула Шушана. – Короче говоря, завтра в обед мы тебя ждём на чаепитие!
-Я обязательно буду! – невесёлые «прощальные» размышления как рукой сняло, Аня ещё раз поблагодарила хозяйку норушного дома и заторопилась за женихом.
-Ну, всё! – выдохнул Никита, уезжая подальше от гостиницы.
Он вёл машину в зануднейшей московской пробке, которая всё длилась и длилась, как хвост печального удава, потом машинально покосился на часы, которые показывали без пяти семь, вздрогнул, а затем рассмеялся, опомнившись:
-Это первая пробка в моей жизни, которой я искренне радуюсь! Представляешь. Ань! Еду себе за рулём, и не боюсь семи часов вечера!
Аня чуть потянулась к нему, пригладила взъерошившиеся волосы, чуть ли не дыбом вставшие от лицезрения часов, а потом сказала:
-Я с тобой готова ехать в любой пробке, вообще где угодно, но… за одним исключением.
-Это за каким же? – удивился Никита.
Начало первой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало второй книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало третьей книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало четвёртой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало пятой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Начало шестой книги серии "По эту сторону" ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в НАВИГАЦИИ ПО КАНАЛУ. ССЫЛКА ТУТ.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
-Давай мы НЕ поедем на тот участок, который купили для дома? Давай вообще его продадим и забудем о том месте?!
-А я как раз хотел у тебя спросить, не будешь ли ты против его продажи? Мне тут написали соседи справа, они предлагают очень нехилую сумму за то, чтобы мы им эту землю продали!
-Я только за! – обрадовалась Аня, мысленно пожелав всего хорошего покупателям – они подоспели очень вовремя.
***
Таня задумчиво рассматривала обаятельнейшего английского бульдога, облаченного в тёмно-голубую мужскую рубаху с закатанными рукавами и полами, подвязанными на животе в узел. Бульдог ей застенчиво улыбался, вилял задней частью тела, строил глазки и всячески подлизывался.
Примечание автора: самолично наблюдала английского бульдога в рубахе хозяина по причине наличия швов (дурачок упал с лестницы и поранился), которые заживали гораздо медленнее, чем бульдог их снимал.
-Да! Он опять скусывал швы на лапе! – жаловалась его хозяйка. –Я когда увидела, думала, что схожу с ума… Я не знаю, как он снимает защитный воротник, но он это делает постоянно, хоть камеру ставь! Я так умучилась с ним, что утащила у мужа рубаху и натянула на эту бессовестную тушку!
На морде «бессовестной тушки» неудержимо расползалась явственная улыбка – аж брыли растянулись.
-И ему не стыдно! – констатировала хозяйка.
-Само собой. Бульки – одна из самых упёртых пород, - кивнула Таня. – А в рубашке он не трогает шов?
-Нет. Рубашка хозяина – это святое – её рвать нельзя. А поднять рукав повыше он не может.
-Так и оставьте его в рубашке - сейчас уже не жарко. На обработку будете снимать, а потом опять надевать. Или… муж будет против?
-Да он ему весь гардероб отдаст, лишь бы этот упрямый баран себе не вредил! А ещё – будет очень рад, что его не будут сносить с ног этим… граммофоном на экскаваторе – защитным воротником на бульдоге.
Таня посмотрела вслед модному бульдогу и его хозяйке, удивляясь, на какие только ухищрения не идут собачники, кошатники и прочие владельцы живности, когда надо переупрямить своих бесценных «баранов», и тут ей позвонила мама…
-Таня! – голос Ирины не оставлял никаких сомнений в том, что случилось что-то ужжжжасное!
-Виктор? – без особого удивления спросила Таня.