Надя мыла посуду, когда позвонила сестра Лариса.
— Надюш, у меня беда. Максим заболел.
— Что случилось? — Надя вытерла руки и прижала телефон к уху.
— Врачи говорят — операция нужна. Срочно. На почке что-то. Шестьдесят тысяч стоит.
Надя почувствовала, как перехватило дыхание. Максим — её племянник, семь лет. Худенький мальчик с веснушками. Она его обожала.
— Лар, а что врачи конкретно сказали?
— Да я не поняла толком! — в голосе сестры была паника. — Они такими терминами говорят! Главное — операция срочная, иначе... — Лариса всхлипнула. — Надь, у меня денег нет. Совсем. Помоги, пожалуйста!
Надя закрыла глаза. Шестьдесят тысяч. У неё как раз было шестьдесят пять на счету. Копила на машину. Два года ездила на автобусах, отказывала себе во всём.
— Хорошо. Скажи номер карты.
— Надюша, я тебе всё верну! Клянусь!
— Не надо, — Надя чувствовала комок в горле. — Это же Максим.
Через неделю Надя позвонила узнать, как дела.
— Лар, как Максимка? Операция прошла хорошо?
— А? Да, да, всё отлично! — голос сестры был каким-то странным, слишком бодрым. — Слушай, я потом перезвоню, я занята!
Лариса сбросила звонок. Надя нахмурилась. Странно. Обычно сестра могла часами болтать по телефону.
Ещё через три дня Надя решила заехать в гости. Купила Максиму игрушку, фруктов взяла.
Приехала к подъезду — и остолбенела.
Возле дома стояла новая блестящая машина. Лариса загружала в неё чемоданы. Рядом крутился Максим — живой, здоровый, загорелый.
— Мам, а мы на море поедем? — радостно кричал мальчик.
— Поедем, поедем! — смеялась Лариса. — В Турцию! На целых две недели!
Надя подошла ближе. Ноги стали ватными.
— Лариса?
Сестра обернулась. На секунду на её лице появился испуг, но она быстро улыбнулась.
— Надюх! Привет! Ты чего тут?
— Я... навестить хотела. Максима. После операции.
— А, операцию отменили! — легко сказала Лариса. — Врачи ещё раз проверили, говорят, само прошло!
— Само прошло, — повторила Надя. Она смотрела на чемоданы, на счастливого Максима, на новые солнечные очки на носу сестры. — А в Турцию на какие деньги?
— Ну... я немного накопила, — Лариса отвела глаза. — Слушай, нам пора, а то опоздаем на самолёт!
— Лариса, — голос Нади стал тихим и холодным. — Сколько стоит операция на самом деле?
— Я же сказала, отменили её!
— Сколько стоит?!
Лариса дёрнулась.
— Какая разница?! Главное, что Максим здоров!
— Операция вообще была?
Молчание. Максим перестал скакать и испуганно посмотрел на маму.
— Мам, а что это?
— Ничего, солнышко. Садись в машину, — Лариса толкнула сына к двери. Потом повернулась к Наде. — Слушай, ну была небольшая проблема. Врач посмотрел, сказал, что можно обойтись без операции. Я же не виновата!
— внушительный, никакой операции за шестьдесят тысяч не было?
— Надя, ну не устраивай сцену! — Лариса повысила голос. — Я же не знала, что всё обойдётся! А деньги... ну потратила. Я потом верну!
— На мои деньги ты в Турцию едешь, — Надя почувствовала, как внутри всё кипит. — Два года я копила. На автобусах ездила. Отказывала себе во всём. А ты соврала мне про больного ребёнка!
— Я не врала! Максим действительно плохо себя чувствовал!
— Ты использовала своего сына, чтобы выманить у меня деньги!
Лариса сжала губы.
— Знаешь что? Мне надоело вечно быть бедной! У тебя есть деньги, а у меня нет! Я имею право хорошо отдохнуть!
— На мои деньги?!
— На твои, на мои, какая разница! Мы же сёстры!
Надя молча развернулась и пошла к остановке. Сзади орала Лариса:
— Надя, ну не дуйся! Я верну! Надя!
Надя не оборачивалась. Слёзы текли по щекам. Не от денег. От предательства.
Месяц прошёл. Лариса не звонила. Надя тоже молчала.
На работе начальница вызвала её в кабинет.
— Надежда, у нас освободилась вакансия заместителя. Хотим предложить вам. Зарплата на тридцать тысяч больше.
Надя не поверила.
— Мне? Но почему?
— Вы три года работаете безупречно. Всегда остаётесь после смены, если нужно. Помогаете новичкам. Вы это заслужили.
Надя вышла из кабинета в шоке. Тридцать тысяч прибавки! За два месяца она вернёт свои деньги!
Вечером позвонила подруга Света.
— Надь, слышала новость? Твоя сестра вернулась из Турции.
— И что?
— Максим отравился там. В больнице три дня лежал. Говорят, серьёзно. И потом Ларискин муж её бросил. Узнал, что она деньги у тебя выманила, сказал, что не хочет жить с вруньей. Съехал к своей матери.
Надя молчала.
— Надь, ты там?
— Я тут. Слушай дальше.
— Так вот, Лариса теперь одна с ребёнком сидит. Денег нет вообще. По подругам ходит, занимает. Говорит, что хочет тебе позвонить, попросить прощения, но боится.
— Правильно боится, — холодно сказала Надя.
***
Через два месяца Надя купила машину. Небольшую, но новенькую. Села за руль и улыбнулась.
Телефон завибрировал. Сообщение от Ларисы: «Надюша, прости меня. Я была дурой. Можем встретиться?»
Надя посмотрела на экран. Потом удалила сообщение.
Она завела двигатель и поехала. По городу, мимо магазинов и кафе. Остановилась возле парка и вышла.
На скамейке сидела женщина с мальчиком. Лариса. Она похудела, постарела. Максим сидел рядом с потухшими глазами.
Надя прошла мимо. Лариса её не заметила — смотрела в землю.
«Люди, которые обманывают родных ради отпуска, остаются одни, — подумала Надя. — А честные люди получают повышение и новые машины».
Она села в свою машину и поехала дальше. Без оглядки назад.
А Лариса всё сидела на скамейке и считала мелочь в кошельке. Турецкий загар давно сошёл. Остались только долги и одиночество.