В апреле того года Парламентская ассамблея Совета Европы выпустила коммюнике, которое могло бы шокировать, но оказало совершенно

В апреле того года Парламентская ассамблея Совета Европы выпустила коммюнике, которое могло бы шокировать, но оказало совершенно противоположный эффект: все будто очнулись ото сна.

Документ призывал обратить внимание на западную, в особенности европейскую картину мира.

Кто мы, как мы видим этот мир? Что по сути, на самом деле происходит? Кто принимает решения, и к какому обществу они нас ведут?

Полного ответа на такие вопросы быть не может, и читатели — добрая половина планеты, почти все грамотные — останавливались в тишине, в молчании, припоминая и выстраивая образ. Под влиянием какого-то импульса вдруг скрытые связи стали ясны, привычные паттерны будто бы сместились, каждое слово, каждый смысл стал восприниматься свежим.

Война показывает, что мы обманывали сами себя. Мир не колониальный. Европа не райский сад и не источник прогресса. Мир более сложен, чем мы думали: нам нужно признать, что мы ошибались.

Тогда, если помните, прошла волна странных случаев. В Германии люди падали на землю с телефоном в руках, добежав глазами до этих строк. В Польше один старик решил прочитать послание во время видеозвонка с родными из Израиля и США, и неожиданно поджёг своё одеяло. Очевидность невозможности полного соответствия мышления и предмета мышления мгновенно рассеяла все домыслы о политике, экологии, о теле и гендере, о насилии и подчинении.

Мы призываем к минуте молчания. Все языки, все мысли, все способы руководствоваться и принимать решения не могут больше приниматься на веру: всё, что работало прежде, требует пересмотра. Мы призываем к минуте молчания, к часу и году молчания, из которого появится первое слово. И на это, новое слово сможет опереться наша мысль.

Эти слова вызвали слёзы облегчения. В очередях на кассу Carrefour покупатели вдруг обнимали друг друга, смеясь, а потом выбегали наружу и пожимали руки клошаров. Не обошлось без жертв: вы помните резонансный случай нарушения всяких правил и соображений, когда водитель фургона скорой помощи в Берлине отпустил управление в тот же момент, когда и мать двоих детей на велосипеде с прицепом, и случилось непоправимое. Экспертиза показала, что оба дочитали как раз до этих строк — и внутренне замолкли.

Мы привязались к нашей истории именно тем, что стали бороться с ней. Мы крепче всего держимся своего мышления, на словах будучи свободными. Мы оплели себя всеми сетями, всеми условиями, всеми бумагами и нормативами, которые невозможно прочесть и за тысячу жизней. Мы стали рабами того, что не можем и даже не пытаемся понять. Но мы, опираясь на тысячелетнюю мудрость, на веру, на рассудок, на философскую традицию и практику, приняли решение остановиться. Спасибо за внимание к этому вопросу!

Такие события произошли в апреле, когда стало ясно, что в войне могут погибнуть тысячи и миллионы, а то и вся цивилизация. Человечество наконец решило не повторять своих ошибок: мы повзрослели.