— Леонид, подожди, пожалуйста, давай без этой театральщины.
Поверь, мне так тошно от всего этого, что просто невыносимо. Я понимаю твое желание устроить драму, но на меня это не подействует, осознай же. — Леонид, я не в состоянии тебя понять.
Ты бросаешь меня и нашего месячного сына. Ты — мой супруг и отец этого ребенка. В чем причина?
Леонид со всей силы ударил кулаком по столешнице.
— Потому что вы оба меня просто душите, ясно? Леонид обязан то, Леонид обязан это. А я больше не хочу. Я желаю жить для себя, а не прозябать ради вашего благополучия. Да, каждый имеет право на ошибку, и я ее совершил, женившись. Потом, я наивно полагал, что ребенок сделает нас счастливыми. Я признаю свою оплошность и хочу жить отдельно от вас. Леонид начал быстро складывать свои вещи в сумку.
Анна видела, что он торопится, словно стремится сбежать из невыносимого места. Таким бывает порыв человека, спешащего покинуть больничную палату. Она в полном смятении наблюдала за действиями мужа.
Анна была убеждена, что Леонид испытывает к ней и сыну теплые чувства, иначе все сложилось бы совершенно иначе. Их знакомство с Леонидом произошло в день грандиозной ссоры с Артемом. Они поссорились так сильно, что для нее этот человек просто перестал существовать.
Артем пытался найти слова, объяснить свой поступок, но какие могут быть оправдания у изменника? В расстроенных чувствах Анна бродила по парку и нечаянно столкнулась с Леонидом. Он удивленно взглянул на нее и улыбнулся. — Девушка, вы можете получить травму.
Леонид был полной антитезой Артема. Если Артем был основательным, спокойным и надежным, то Леонид — веселым, легкомысленным и даже немного ветреным. И это безумно нравилось Анне.
Нравилось, что он абсолютно не похож на ее, а точнее, уже бывшего, Артема. У Леонида все в жизни выходило словно само собой. Он не имел серьезных увлечений, как сам любил говорить, он просто наслаждался жизнью.
В этом ему активно помогала тетка, финансировавшая развлечения племянника. Леонид несколько раз пытался устроиться на работу, но ничто его по-настоящему не заинтересовало. А потом? Потом он признался Анне, что сам не понимает, что с ним происходит.
Он не привык к длительным отношениям, но с Аней… С Аней ему не хотелось расставаться. Что она могла ему ответить? Конечно, ответить взаимностью.
Ведь это окончательно разорвало бы те невидимые нити, что все еще связывали ее с Артемом. Она старалась его забыть, но даже после свадьбы с Леонидом, в бессонные ночи, мысли постоянно возвращались в прошлое. Однажды Леонид пришел с работы, а у Анны был день рождения.
Она полдня простояла у плиты с огромным животом, чтобы накрыть к ужину праздничный стол. Леонид вошел, окинул взглядом угощения и усмехнулся.
— Ничего себе, у нас сегодня что, праздник чревоугодия?
Анна смутилась.
— Нет, просто у меня День рождения.
— А, ну, с праздником!
Он прошел к столу, сел и наложил себе салат.
— А ты чего стоишь? Если из-за подарка расстроилась, то зря. Теперь мы семья, скоро появится малыш, деньги нужны на важные вещи.
Анна в глубине души осознавала его правоту, но было до слез обидно. Они молча поужинали. Леонид улегся перед телевизором, а Анна стала собирать со стола. Совершенно некстати ей вспомнился тот день рождения, когда она была еще с Артемом.
Она проснулась от громкого стука в дверь. Анна подскочила. На часах было всего шесть утра.
Открыла — курьер с огромным букетом цветов. Она была на седьмом небе от счастья.
Только вышла из душа — снова стук. На этот раз курьер привез готовый завтрак из ее любимого кафе. И записку: «В этот день ты не должна трудиться. Приятного аппетита, любимая».
Дальше — больше. На парах ее постоянно ждали милые сюрпризы. То цветок в учебнике, то шоколадка в сумке.
Артем встретил ее у института, усадил в такси и повез в неизвестном направлении. Свой день рождения они отпраздновали на крыше высотного здания. Это было незабываемо.
Леонид наконец собрал все свои вещи и остановился, глядя на Анну.
— Не вини меня. Я просто не создан для такой жизни. Мне скучно. Мне тяжело.
— Леонид, как же я одна с ребенком? Я не доучилась, мы снимаем жилье. Как нам быть?
— Анна, зачем ты на меня это взваливаешь? Ты и сама прекрасно знаешь, что у меня нет для тебя ответов. Что-нибудь придумаешь.
Он развернулся, вышел и захлопнул дверь. Анна тихо опустилась на диван. Сидела так, пока не проснулся Матвей.
— Тихо, тихо, солнышко, сейчас покушаем.
Заплакала она лишь вечером, когда легла в постель. Утром собралась с духом. Нужно было действовать, а не раскисать. Помощи ждать было неоткуда — близких рядом не было.
У матери давно была своя жизнь. Она не отрекалась от дочери, но помогать точно не станет. К родителям Леонида обращаться было немыслимо. Нужно было как-то вертеться.
Анна пересчитала наличные. Ей выплатили пособие по родам и за несколько месяцев декрета. Первым делом требовалось купить коляску, ведь даже выйти на улицу с Матвеем было не на чем.
Они с Леонидом постоянно откладывали эту покупку, и теперь она понимала почему. Новую ей было не потянуть. Нужно было поискать варианты в объявлениях.
Уложив сына спать, Анна начала изучать сайты. Чем дольше она листала, тем яснее понимала, что даже подержанная вещь ей не по карману. Наконец она наткнулась на объявление о продаже старой коляски. Продавец честно предупредил, что ей 27 лет, но она в отличном состоянии.
Анна быстро погуглила, как выглядели коляски три десятилетия назад, и удивилась. Они были практически неотличимы от современных моделей. Решительно взяв телефон, она набрала номер.
Договорились, что Анна заедет на следующий день под вечер. Сейчас хозяев не было дома, они уехали на дачу. На следующий день, перепроверив адрес, Анна вызвала такси.
Пришлось раскошелиться. Идти пешком с ребенком на руках в такой дальний район было немыслимо. Если купит коляску, обратно сможет прогуляться пешком.
Дверь аккуратного домика открыл пожилой мужчина.
— Вы по поводу коляски? Проходите, пожалуйста.
Анна переступила порог. Только сейчас мужчина разглядел ребенка у нее на руках.
— Ой, а вы с малышом? Не с кем оставить?
Анна кивнула.
— Проходите в гостиную.
Он повернулся на кухню.
— Серафима, там девушка с ребенком, прояви гостеприимство.
Аню резко кольнуло в сердце. Серафимой звали и бабушку Артема, которую она видела лишь раз, но они сразу прониклись симпатией друг к другу.
Спустя минуту в комнату вошла и Серафима. Анна медленно поднялась с дивана.
— Серафима Ильинична, здравствуйте.
Закон подлости, как всегда, сработал безупречно. Это была она — бабушка Артема.
— Анечка, это ты.
Женщина растерянно смотрела то на Анну, то на мужа, который, похоже, тоже начал понимать, кто перед ним. Вот так встреча.
Воцарилась неловкая пауза. Затем Анна поднялась.
— Я, наверное, пойду.
Серафима Ильинична фыркнула.
— Вот еще чего. Если мой внук повел себя как последний негодяй, тебе теперь без коляски оставаться? Садись.
Выпьем чаю, а дед пусть тебе коляску продемонстрирует.
Было сразу видно, кто здесь главный, потому что муж Серафимы тут же сорвался с места и куда-то исчез. Анна улыбнулась.
— Как он поживает?
— Да нормально.
— Рассказывай, как твои дела? Знаю, что замужем. А супруг где? И уж прости, почему коляску не новую?
— Мужа больше нет. Он счел, что семейная жизнь — это слишком скучно. Вы не переживайте, я справлюсь, честно.
Ане ужасно хотелось разрыдаться от того, с какой добротой на нее смотрела бабушка Артема. Но она сдержалась. Тут как раз вернулся дедушка с коляской.
— Вот, полюбуйтесь, я все смазал, проверил, нигде не скрипит. Покупали мы ее когда-то для Артемки. Качественная, импортная. Бегала тогда Серафима, чтобы достать.
Коляска была прекрасна, серого цвета с легким синеватым отливом, и совсем не выглядела устаревшей.
— Знаешь что, Аня, мы тебе ее просто отдадим.
Анна покачала головой.
— Нет, я не могу. Пожалуйста, возьмите деньги, она мне очень нужна.
Анна постаралась уйти как можно быстрее. Но Серафима все же успела сказать.
— Господи, ну что ж вы такие упрямые, надо было поговорить, а вы… Теперь ты страдаешь, и тот на севере, среди белых медведей, мается.
Прошел месяц. Анна нашла себе небольшой заработок. Хоть и нелегко было с Матвеем, она научилась совмещать приятное с полезным. Городок у них был небольшой, всего два цветочных магазина, но услуга доставки букетов пользовалась спросом.
Ей звонили из магазина, сообщали количество заказов и адреса. Анна одевала сына, укладывала в коляску и шла разносить цветы. На сегодня было шесть доставок. Она понимала, что Матвей не выдержит так долго без еды, поэтому взяла с собой смесь и бутылочку. А теплой воды для подогрева ей всегда давали девушки в цветочном, если была необходимость.
Она уже разнесла три букета, зашла в магазин приготовить смесь, остальные нужно было доставить через час, и пошла в парк, чтобы покормить сына. Погода стояла прекрасная. Матвей давно проснулся и с любопытством разглядывал погремушку на дуге коляски.
— Ну что, давай подкрепимся.
Матвейка радостно улыбнулся, что-то залопотал на своем языке. Анна отвечала ему и тоже улыбалась.
Она присела на скамейку и наблюдала, как сынишка уплетает кашу из бутылочки.
— Здравствуй, Анна.
Она даже подпрыгнула от неожиданности. Этот голос она узнала бы из тысячи. Медленно, очень медленно подняла голову. Перед ней стоял Артем.
— Артем?
Он широко улыбнулся.
— Это твой?
Он кивнул на Матвея. Анна ответила.
— Нет, в капусте нашли. Что тебе нужно?
Артем сразу стал серьезным.
— Ань, не прогоняй меня, пожалуйста, давай просто поговорим.
Анна пожала плечами. Артем присел рядом и заглянул Матвею в лицо.
— Привет, малыш. Меня зовут Артем. А тебя как?
Анна молчала. Матвей внимательно разглядывал незнакомца, а затем, к досаде Анны, широко улыбнулся Артему и что-то радостно пролепетал.
— Видишь, видишь, он со мной поздоровался.
Анна фыркнула.
— Ага, сейчас от счастья расплачусь.
Артем вздохнул.
— Ань, когда дед с бабушкой позвонили и сказали, что ты одна, я сразу написал заявление на увольнение. Решил, что вернусь и буду ходить за тобой по пятам, пока ты меня не простишь.
Ты думаешь, я не знаю, что я дрянь? Знаю, и никаких оправданий мне нет. Сам не пойму, как так вышло. Мы были у Сереги на даче, ты отказалась ехать из-за сессии. Сначала была чисто мужская компания, а потом кто-то вызвал девочек. Мне это не нравилось, и я пошел спать.
— Ну, Серега, давай еще по одной, последнюю.
Потом я ушел. Возможно, даже заснул. Чувствую, что кто-то лег рядом. И в пьяном угаре мне все забылось, и я подумал, что это ты. Я знал, что ты не любишь запах алкоголя, но все же обнял. И ты ответила. Когда я понял, что это не ты, вскочил, включил свет и начал кричать на ту девушку. В общем, все сбежались, все всё узнали.
Анна сидела молча, потом повернулась к нему.
— Зачем ты мне это рассказываешь? Ждешь, что я тебя пожалею?
— Ань, нет, не жду. Просто хотел, чтобы ты знала правду. Не знаю, что тебе наговорили. С того дня я завязал. Раньше не особо увлекался, а теперь и вовсе не пью.
— Анна, ты куда?
Она встала.
— Было очень познавательно. Спасибо за информацию, но мне надо на работу.
— Какую работу? С ребенком?
— С ребенком.
Она уложила недовольного Матвея в коляску и направилась к цветочному магазину. Тот скривил губки и быстро уснул. Анна чувствовала, что Артем рядом, что он идет за ней по всем адресам.
Когда она отдала последний букет, Артем подошел к ней.
— Так, родная, хватит тебе заниматься этой ерундой.
— Это еще что? Таскать ребенка целый день с собой. Пошли домой.
Он забрал у нее коляску и тронулся в путь. Анна засеменила рядом.
— Если что, это мой ребенок.
Артем мрачно на нее взглянул, но промолчал.
— И я буду работать, потому что нам нужны деньги.
Он снова пропустил ее слова мимо ушей.
— Артем, куда ты везешь Матвея? Мы живем в противоположную сторону.
Артем невозмутимо ответил.
— Домой. К бабушке с дедушкой. Они займутся внуком, а тебе нужно выспаться. Круги под глазами фиолетовые. А потом у нас много дел. Подавать заявления, решать вопросы.
Анна резко остановилась. От перспективы забыть о проблемах и быть с Артемом на душе потеплело, но…
— Артем, ты кое-чего не понимаешь.
Он уставился на нее.
— Но…
— Это не твой ребенок.
Он хмыкнул.
— Ерунда. Если бы это был ребенок мужчины, тот мужчина был бы рядом. А раз его нет, значит, он только твой. А у ребенка должны быть двое родителей, и вторым буду я.
Артем высказал это твердо и пошел дальше, аккуратно объезжая коляской кочки на тропинке. Анна минуту постояла, а потом побежала за ним. Она еще не все сказала, но уже понимала — с этой минуты она проиграла.
