В 1970-х годах в рамках поиска эффективных средств преодоления минных заграждений в СССР была инициирована разработка принципиально нового типа машины — установки разминирования объёмной детонацией. Работы велись на базе серийного танка Т-72, получившего обозначение «Изделие 190» и открытое название «Гобой»
Проект «Гобой» был частью более широкой научно-технической волны конца 1970-х — начала 1980-х годов, когда в СССР активно исследовались возможности объёмного взрыва. В эти же годы разрабатывались авиационные боеприпасы ОДАБ, шёл поиск решений, приведший впоследствии к появлению ТОС-1 «Буратино», а также велись работы по инженерным зарядам объёмного действия для фортификационных задач. УР-88 стала инженерным отражением этой эпохи — попыткой применить физику среды там, где ранее работала только механика.
Техническое решение заключалось в использовании объёмно-детонирующей смеси (ОДС). Установка, смонтированная в башенной части, оснащалась системой распыления горючего аэрозоля. Через набор сопел формировалось облако топливно-воздушной смеси, способной проникать в грунт и естественные укрытия. После его образования в облако выбрасывался специальный подрывной заряд, инициирующий детонацию всего объёма. Энергия взрыва обеспечивала разрушение или подрыв противопехотных и противотанковых мин на площади.
При этом установка изначально рассматривалась как многофункциональная. В расчётах и обсуждениях ей отводилась более широкая роль — создание мгновенных проходов в сложной инженерной обстановке: в завалах, на пересечённой местности, в районах полевых укреплений и даже в застроенных зонах. «Гобой» задумывался как машина прорыва, которая работает там, где скорость создания коридора важнее полной очистки местности.
За один цикл установка создавала проход длиной до 12 метров при ширине 6 метров. Угол наклона распылителей регулировался, что позволяло адаптировать дальность выброса смеси. Внутренние ёмкости машины вмещали значительный запас горючего состава, что позволяло выполнять несколько циклов проходки без немедленной перезарядки.
Ключевым преимуществом УР-88 считалась именно скорость. В отличие от линейных зарядов, требующих подготовки и развёртывания, объёмная детонация обеспечивала практически мгновенный эффект. Проход создавался за секунды — этого было достаточно для танкового рывка, выхода штурмовой группы или экстренной эвакуации, даже если часть мин сохраняла боеспособность.
Отдельно в расчётах отмечался и психологический эффект. Объёмный взрыв сопровождался резким скачком давления, мощной ударной волной и дезориентацией личного состава. Даже при неполном подрыве мин позиция за проходом считалась подавленной, что роднило УР-88 не только с инженерной техникой, но и с системами огневого воздействия.
Разработка и испытания установки проводились в 1980-х годах. Существовали предложения о применении подобных систем в ходе Афганской войны для проделывания проходов в горной местности, однако проект серийного производства реализован не был. К концу десятилетия был изготовлен опытный образец, подтвердивший принципиальную реализуемость концепции. Однако в условиях сокращения военных расходов и изменения стратегических приоритетов в начале 1990-х годов программа была закрыта. Единственный построенный экземпляр был переведён в музейную экспозицию.
К моменту завершения работ у «Гобоя» уже появился конкурент внутри самой советской инженерной школы — УР-77 с линейным зарядом. Она была проще, надёжнее, менее чувствительна к погодным условиям и лучше вписывалась в существующую структуру инженерных войск. Кроме того, объёмно-детонирующие системы оставались крайне зависимыми от ветра, влажности и рельефа, что снижало предсказуемость результата.
Таким образом, УР-88 стала последней крупной попыткой «перехитрить» минное поле, воздействуя не на сами боеприпасы, а на среду вокруг них. В итоге ни одна армия мира так и не приняла на вооружение серийную установку разминирования, построенную на принципе объёмной детонации.