Существует пять пород кошек, которые снискали народную любовь в СССР. Их ценили за выносливость и умение ладить с детьми.
В советских квартирах, где пахло торфяными брикетами, свежей типографской краской газет и старой библиотекой, жили настоящие кошачьи знаменитости той эпохи. Не модные нынче сфинксы или мейн-куны, а те, чьи усы и хвосты были неотъемлемой частью домашнего уюта. Их ценили не за родословные с печатями, а за народную любовь, выносливость и умение идеально вписаться в ритм советской жизни. Сиамская. Её считали умной до беспредела, немного своенравной и преданной одному-единственному человеку. В ней ощущалась экзотика, связь с другим миром за пределами СССР. Подчеркивалось это редкими импортными аксессуарами – керамической миской или щёткой, привезённой из загранкомандировки. Персидская. Перс был символом достатка и солидности. Он не бегал по квартире, а украшал ее. Флегматичный и выдержанный, идеально подходил для спокойного советского быта. Дети могли тискать его часами – перс лишь медленно зажмуривался, сохраняя царское спокойствие. Русская голубая. Эта кошка мягко мурлыкала, ловила солнечные блики лапой на стенах хрущёвки и излучала врождённую интеллигентность. Считалось, что она "гипоаллергенна", хотя само слово тогда почти никто не знал. Просто рядом с ней не чесался нос и не наворачивались слёзы. Сибирская. Сквозняки панельных домов такому коту были нипочём, мышей он ловил с энтузиазмом стахановца, а в семье считался строгим, но справедливым воспитателем. Дети обожали сибиряка – он терпел их игры и всегда оставался надёжным товарищем. Дворняжка. Рыжая – "к счастью", чёрная – "от сглаза", трёхцветная – "на удачу". Их приносили с улицы, подбирали у магазина. Они ели картошку с рыбными головами, спали на старых свитерах, рожали котят в коробках с газетами и становились частью коллективных воспоминаний целого поколения. Интересный факт: Владимир Ленин был настоящим кошатником. В Горках у него жил ручной кот по кличке Васька. Тот свободно разгуливал по дому, любил дремать в кабинете и даже крал еду прямо со стола во время завтраков. Ленин при этом реагировал не строго, а с доброй улыбкой. Об этом пишет ИА Stavropol.Media.