Жил-был на свете Иван. Лет ему было уже не мало, под семьдесят. И была у него гражданская жена, Марья. Жили они душа в душу в Машиной однокомнатной квартирке. Никакого брака у них официального не было, по мусульманским обычаям провели обряд, да и жили. Но это их личное дело, как жить.
Жили не тужили, да вот пришла беда: Марья умерла. Остался Иван один-одинешенек в квартире. А тут, откуда ни возьмись, объявляется сын Марьи от первого брака, Алексей.
Алексей был парень не промах, и в свое время подсуетился, чтобы мама завещание на него, на квартиру оформила, но с одним хитрым условием: обязала она Алексея, прописав в завещании, чтобы Ивана он не выгонял, дал дожить до смерти в этой самой квартире, право пожизненного проживания прописала. Получил Иван такую бумажку от нотариуса и успокоился. Думает: ну, теперь-то мое житье никто не омрачит, доживу свои последние деньки тут.
Ан нет, не тут-то было.
Приходит как-то Алексей, осмотрелся и говорит:
— Ты, Иван, здесь, конечно, живи, но, чтобы духу твоего тут не было, когда я со своими приятелями посидеть захочу.
И пошло-поехало. Стал Алексей Ивану всяческие препятствия в проживании чинить: то друзей приведет - шум, гам, выпивка, то вещами своими комнату заставит, будто склад устроил, а то и вовсе оскорблять начал, да с угрозами разными приставать:
- Вот вселю квартирантов, они тебя, старого, в два счета выживут.
Иван, человек уже пожилой и не робкого десятка, чего только не делал: и полицию вызывал, и к участковому ходил, но толку – ноль. Надоело ему это безобразие, пошел он, значит, в суд. Просит суд определить, как им двоим в одной комнате квартировать, чтобы никто никому не мешал. Полкомнаты, говорит, мне, пол – ему. А кухня, туалет и ванна – общее пользование. И чтоб Алексей препятствий больше не чинил, не устраивал всякие безобразия.
А Алексей, услышав про такой иск, встречную бумагу пишет.
- Требую, чтобы завещание матери признали недействительным. Мать моя, была больная, не в себе, когда завещание писала. Да и Иван на нее давил, заставлял, а теперь он мне и вовсе угрожает, и дебоширит. Да и у Ивана есть квартира, муниципальная, он там прописан.
- У меня там дочка живет.
- Вот и живи у нее, что ты за эту квартиру уцепился.
Судья выслушала обе стороны и начала разбираться в этих хитросплетениях.
Оказалось, что завещание-то составлено по всей форме, нотариусом удостоверено, и Марья была в полном уме и твердой памяти. А на жалобы Алексея о давлении на мать и угрозах со стороны Ивана судья только рукой махнула
– Нет доказательств. Да и сроки, чтобы оспаривать завещание, уже вышли. Проморгали вы, Алексей, свой шанс.
Что же до дележа комнаты, то тут судья, можно сказать, развела руками. Комната-то одна – семнадцать с половиной квадратов. Как ее, спрашивается, на две части поделить? Стену, что ли, кирпичную посередине возводить? Смех, да и только!
- Не представляется возможным, — сказано в решении, и с этим не поспоришь.
Но и Ивана в обиду давать нельзя. Посему суд постановил: Алексей, как собственник, пусть владеет всей квартирой, но должен он, по завещанию матери, не мешать Ивану в ней спокойно доживать свой век, не чинить, значит, препятствий: никаких шумных посиделок, оскорблений и угроз.
Спорная квартира состоит из одной комнаты площадью 17,46 кв.м, общей площадью 34,97 кв.м.
При таких обстоятельствах, определить порядок пользования между собственником спорной квартиры и ее пользователем не представляется возможным, соответственно, в удовлетворении требований об определении порядка пользования спорной квартирой надлежит отказать.
Факт чинения препятствий Алексеем препятствий Ивану в пользовании спорным жилым помещением нашел свое подтверждение в ходе судебного следствия.
Так, истец и ответчик неоднократно обращались в органы полиции в связи с возникающими между ними конфликтами.
Следовательно, на Алексея надлежит возложить обязанность не чинить препятствия в пользовании Ивану квартирой <адрес>
При этом, суд не принимает доводы Алексея о наличии у Ивана регистрации в муниципальной квартире, а следовательно, и права пользования ею, поскольку наследодатель его мать … возложила на него обязанность предоставления права пожизненного проживания Ивана в спорном жилом помещении, право собственности ответчика (истца по встречному иску) обременено (ограничено) этим правом.
Вот такой, понимаете, казус вышел. Сидят теперь двое в одной комнате, как кошка с собакой. Один – хозяин по бумаге, а другой – по праву проживания. И как они там уживаются – одному Богу известно.
А суд, он, конечно, дело решил. Только мир-то в их квартирке от этого не наступил. Бумага бумагой, а человеческие отношения куда как сложнее всех этих судебных решений.
*имена взяты произвольно, совпадение событий случайно. Юридическая часть взята из:
Решение от 10 июля 2019 г. по делу № 2-2330/2019, Засвияжский районный суд г. Ульяновска