Не каждый фильм способен проникнуть так глубоко, что начинаешь проживать каждую сцену вместе с героями. «Звезда пленительного счастья» для меня именно из таких. Прекрасные актёры, озябшие на ветру женщины, песня Шварца и Окуджавы, которую невозможно забыть...
Вновь пересмотрела фильм и поняла, что за знакомым сюжетом скрыта ещё одна история. Она куда драматичнее, чем кажется на первый взгляд.
И то, что осталось за кадром, достойно отдельного рассказа. О цензуре, характере, случайностях и о людях, которые верили в эту ленту почти наперекор системе.
Фильм, которого могло не быть
Сейчас сложно поверить, но фильм «Звезда пленительного счастья» вообще мог не выйти на экраны. У Владимира Мотыля к тому моменту была репутация «неудобного» режиссёра. Его лента «Женя, Женечка и “катюша”» почти стоила ему профессии, а «Белое солнце пустыни» тоже завис, пока фильм случайно не понравился Брежневу.
Мотыль всё же подходит к теме декабристов и пишет сценарий по роману «Кюхля» Тынянова, и… ЦК ставит на нём жирный крест. Тогда он подаёт заявку на фильм «Комета – любовь моя» по мемуарам француженки Полины Гёбль, той самой будущей Прасковьи Анненковой. В ответ же получает фразу: «Зачем в советской картине француженка?»
Ему предлагают «вспомнить Некрасова» и русских женщин, а не каких-то «сомнительных иностранок». Тогда он собирает истории Екатерины Трубецкой, Марии Волконской и Полины Гёбль в один сюжет. Так рождается сценарий «Звезды пленительного счастья». И снова на «Мосфильме» отказ.
Дальше начинается то, что в советской кинокухне иначе как случаем не назовёшь. Режиссёр едет не куда-нибудь, а в Ленинградский обком партии. Сценарий попадает к женщине, отвечающей за идеологию, а та… даёт его почитать своей дочери-школьнице.
Девочка читает текст про благородных женщин, которые покидают дворцы, расстаются с привычной комфортной жизнью ради любви и уезжают в Сибирь. Наутро она восторженно восклицает:
«Вот это будет кино!»
После этого Ленинград заявляет, что «заинтересован» в фильме о декабристах. В Москве, конечно, не в восторге, бюджет режут почти вдвое, надеясь, что Мотыль откажется, но он, говорит себе: «Была не была». И приступает к съёмкам.
Руководство ставит условие, что в фильме не должно быть дебютантов, а сниматься должны только проверенные звёзды. Но Мотыль приглашает на одну из ключевых ролей тогда ещё не известного актёра Игоря Костолевского.
Молодой артист из театра имени Маяковского, худой, немного зажатый, с мягкими чертами лица – увы, совсем не тот самый «герой-декабрист» с парадных портретов.
Реакция Госкино на пробы: «Недоросль. Размазня. Маменькин сынок, а не декабрист». Костолевского запрещают снимать. Сам актёр, как назло, тоже не помогает своему образу. У Мотыля дома он умудряется уронить вешалку в прихожей и опрокинуть кофе, а на первых пробах верхом выглядеть действительно беспомощным.
И тут проявляется тот самый характер Мотыля. Вместо того чтобы послушно заменить «размазню» на кого-то «фактурного» актёра, режиссёр… отправляет Костолевского в конноспортивную школу.
Когда съёмочная группа уже почти махнула рукой на эпизоды с Костолевским, Мотыль вызывает актёра на площадку. Снимается конная прогулка, все в ожидании нового провала… Тут Игорь легко вскакивает в седло, изящно гарцует перед камерой, красиво останавливается и спокойно произносит: «Артист к съёмке готов».
Дальше возникнут и другие казусы. На съёмках в Петропавловской крепости его закуют в кандалы, посадят у сырой стены… и забудут о нём. Он несколько часов просидит на холоде с зубной болью, зато сцена получится правдивой.
После премьеры тот самый «размазня» проснётся знаменитым. А через годы в его собственную жизнь придёт почти «декабристская» история любви. Жена-француженка, которая влюбилась в него именно после просмотра «Звезды пленительного счастья».
На самом деле, за красотой «звёздной» картинки всегда стоят очень приземлённые вещи – время, деньги и нервы.
Снимать в Зимнем и в Эрмитаже тогда считалось привилегией почти государственного уровня. Съёмочной группе выделили в музее буквально пару часов до прихода посетителей. Естественно, уложиться в срок не получилось. Полы испортили, устроили короткое замыкание и оборудование не успели убрать.
Директор Эрмитажа Борис Пиотровский был категоричен: «Я уже пошёл на преступление, разрешив вам снимать два часа. У меня из-за вас будут неприятности».
Тогда Мотыль пришёл к нему не один, а с Василием Ливановым…, а тот при полном параде, в мундире Николая I. Представьте кабинет директора, уставшего от бесконечных согласований, и перед ним появляется «живой император».
Пиотровский смутился, напомнил про правила, про регламент, а потом посмотрел на Ливанова и произнёс фразу, которая могла бы войти в сценарий:
«Но я не могу отказать государю в его доме».
И съёмки продолжили.
В фильме играет целое созвездие актёров: Алексей Баталов и Ирина Купченко, Олег Стриженов и Наталья Бондарчук, Иннокентий Смоктуновский, Василий Ливанов, Олег Янковский, Олег Даль. Но за каждым их появлением в кадре спрятана своя маленькая история.
В одной из сцен над героем Алексея Баталова ломают шпагу, по замыслу режиссёра это должно было выглядеть эффектно. В реальности же осколок клинка рассекает актёру голову... Именно этот дубль Мотыль и оставляет в фильме.
Позже историки скажут, что совпадение поразительное, в свидетельствах современников есть упоминание, что во время казни настоящего Трубецкого произошло ровно то же самое.
И, конечно, музыка. «Не обещайте деве юной…» – это уже часть нашего культурного кода. Романс Исаака Шварца на стихи Булата Окуджавы должен был исполнять совсем другой певец. Фонограмма была готова, но Мотылю не хватало в ней тёплой интонации.
Случайно он слышит, как в гримёрке под гитару поёт бард Владимир Качан, и тогда понимает – вот оно. Так песня кавалергарда получила тот голос, без которого теперь её сложно представить.
На мой взгляд, именно сочетание этих «кирпичиков» – музыки, стихов, живых актёрских реакций и личных воспоминаний режиссёра о репрессированном отце и матери, бегущей за поездом, и делает фильм таким глубоким и правдивым.
Формально фильм снимали к юбилею восстания декабристов. Можно было сделать сухую «юбилейную» ленту о подвигах дворян и судьбах Отечества. Но вместо этого мы получили мягкую и пронзительную историю о людях, которые умеют любить.
Это история о женщинах, которые, не умели даже толком завязать ленты на шляпке без горничной, и которые спокойно подписываются под фразой: «лишается прав состояния и отправляется в Сибирь жить при рудниках». И о мужчинах, которые проиграли свою политическую битву, но не отказались от своих убеждений. История о цене выбора, который уже нельзя отыграть назад.
Мне кажется, что в наши дни, когда любовь и верность часто пытаются измерить в формате «выгодно/невыгодно», этот фильм просто необходим. Он напоминает о том, что есть решения, которые принимаются не расчётом, а сердцем, и несут за собой последствия длиной в жизнь.
А вы помните своё первое впечатление от «Звезды пленительного счастья»? И пересматриваете ли вы этот фильм сейчас, уже другим взглядом, взрослым? Жду ваши воспоминания и мысли в комментариях.
Буду благодарна за лайк и ваше мнение об актёрах, подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить другие истории.