Когда я был крошечным,
я не знал, что вода — просто вода.
Я думал:
она **живая**.
Она **смеётся**, когда капает.
Она **убегает**, когда я тянусь лапкой.
И она **зовёт**, когда течёт по крану.
Я часами сидел у ведра —
не пил, не трогал,
просто **наблюдал**.
Вода в нём была как зеркало…
но не показывала меня.
Она показывала — **другой мир**.
Глубокий. Тёмный. С тайнами на дне.
А кран?
Кран был моим **источником чуда**.
Я вставал на задние лапы,
вытягивал шею,
и пил —
не потому что хотел пить,
а потому что **прям из воздуха** —
как будто небо мне наливает.
А потом…
я пытался **поймать**.
Лапкой — хлоп!
Вода — брызги!
Я — в шоке.
«Она **убежала**!» — думал я.
И снова тянулся.
И снова — хлоп!
Ты смеялся.
Говорил: *«Он опять ловит воду»*.
А я думал:
> *«Если я поймаю хотя бы каплю —
> она расскажет мне, откуда пришла.
> Из облаков? Из реки? Из сна?»*
Сейчас я уже взрослый кот.
Пью из миски.
Не бегаю за каплями.
Но…
Когда ты включаешь кран —
я всё ещё **останавливаюсь**.
Потому что внутри меня —
всё ещё тот котёнок,
который верил:
**вода — это не жидкость.
Это — язык, на котором говорит мир**.
И если ты замедлишься —
ты тоже услышишь.
— Сичер
*P.S. Сегодня я пил из крана.
И лапкой — не трогал.
Но глаза — всё ещё следили.
Наверное, никогда не перестанут.*