Навигация по каналу здесь, а также подборки
Выйдя на лужайку перед домом, я чуть не подпрыгнула. Мои родители стояли напротив Василисы, она же упиралась каждому в грудь своими ладонями и нахмурившись, смотрела вниз. Затем выдохнула и произнесла:
- Наложенному быть до солнца. Сущее найдётся и займёт своё место. Вам путь к своему.
И снова вихрь, на этот раз прозрачно-зелёный, словно окатив их всех троих, упал к ногам. Мои родители молча развернувшись, направились в дом. Я было раскрыла рот, но тут же почувствовала ладонь на своих губах.
- Катюша, - негромко проговорила Василиса, - не твои это.
- М-м-м? – удивлённо промычала я.
- Архиповы наговоры. Умеет, шельмец, ловко это делать.
Я отвела её руку и заговорила:
- А с детьми тогда что? Они… они… неправильные какие-то! – воскликнула я также шёпотом.
- Сказывай, что не то почуяла? – уселась на траву Василиса.
- Браслет твой, вдруг холодным стал и сердца у обоих бьются с сумасшедшей скоростью, вместе играть тихо они никогда не могли, а уж пироги с картошкой это вообще…
- В смысле вообще? – удивлённо уточнила она.
- Да они в жизни их никогда не ели! – воскликнула я и упёршись в неё взглядом, требовательно спросила. - Василиса, это не мои дети? А родители? И если это не они, что же теперь и их искать надо?
- Нет. Дети не твои, это вовсе и не люди. И родители также.
- Поясни, - мотнула я головой.
- Архип, сильный ведун и большею частью интересуют его превращения. Вот из живого в живое может легко переход сделать, хорошо хоть в неживое не может. Бьётся уж который век, а не получается. Потому как невдомёк, что сие невероятно. Что сотворено живым не может войти в мёртвое.
- Так. Ты, пожалуйста, по существу. Без теории колдовства.
- А фактически, - согласно кивнув, заговорила Василиса, - взял животных, да образ и перенёс.
- В смысле взял, к примеру, зайца и колданул?
- Так и есть. А вот на родителей твоих только морок навёл, но к ночи всё будет на местах.
- На местах? Василис, подожди, - закачала я отрицательно головой. - Если мама с отцом будут в порядке, они же враз просекут, что это не их внуки, ты что?
- Оттого вернула я им не всё, дабы они в спокойствии оставались, покамест мы истинные поиски продолжим.
- Точно? Это нормально? А может не надо было? – зачастила я.
- Катюша, они уже не молодые, им этого не надобно, - твёрдо произнесла Василиса.
- Ага, - кивнула я и задумалась, затем подняла взгляд на подругу. - А теперь-то что, возвращаемся и ищем всё же следы детей в Москве?
- Так и есть.
- Слушай, - оживилась я. - А что если этому Архипу по башке надавать, чтоб неповадно в дальнейшем было?
- Ух, ну боевая же ты, Катюша, - усмехнулась Василиса и прищурилась. - А не боишься, коли тебя во что превратит?
- Не успеет, - хмуро ответила я, но махнув рукой, продолжила. - А, леший с ним.
- А вот то дело, - одобрительно проговорила она и наклонившись к земле, что-то быстро зашептала. В лужайке, нашей красиво подстриженной и ухоженной возникла воронка и из неё показался этакий детина. Вроде и молодой, но с такой окладистой бородой, глазки прищуренные, щёки бледные, но такие налитые, можно сказать. А на голове шапка из листьев. Опёрся локтями о край этой воронки и вопросительно глянул на Василису.
- Чавой-то?
- Здравствуй, Панкратушка.
- Да не хвораю я. Но и тебе тогой. А эта красава кто? – указал он на меня.
- Катерина свет, - чуть нагнула она голову к плечу.
- Ишь ты! – удивился он. – Та самая?
- Она и есть, - подтвердила Василиса.
- И куды эта утопленница пёрлась, - не отрывая от меня глаз, проговорил он, горестно вздохнув и подперев щёку кулаком.
- То ты ведаешь, советов сторонних не слушают, - согласно кивнула моя подруга.
- А коли б слушала, щас ба не шастала где ни попадя, а у себя в хоромах болотных сидела, - разозлился вдруг он.
- Да вот не хватает ей, - посетовала Василиса. - Всё любовь ищет.
- Как была глупой бабой, ею и осталася. Всё отымать пытается, а тута отдавать надобно, - буркнул он и посмотрел на меня. - А ты, Катя, умницей-разумницей оказалася. То сила твоя. Ну и огонь, ух огонь какой! Точно остолопка хвостатая, как не разглядела.
- Панкрат, о том поговорили, помощь окажешь?
- Ну, - хмыкнул он и вдруг расплылся в хитрой улыбке, - сказывай.
- Постереги тут, - многозначительно проговорила она.
- Лады, - сощурив глаз, спросил. - И чаво захочу супротив кого, сделаю?
- Мы не в счёт, - закачала пальчиком из стороны в сторону моя подруга.
- Ха, ну ты ж, Василисушка, затейница. Оно мне не надобно. А вот Архипке по шапке, да запросто.
- Главное, чтоб не вызнал, что мы о том знаем и что были здесь, - она коснулась моего плеча.
- Да я ж могила, Василисушка, - искренне возмутился он. - А Архипка, паразит, мою лучшую певунью заграбастал, да в бельчонку превратил. Неуч.
- И детишек явил, - дополнила его моя подруга.
- А вот ведаешь с коего образа? – нахохлился он, Василиса приподняла бровь. - С зайчишек малых. Вот, скажи ты мне, на кой ему это надобно?
- А… а, - вступила я. - Это вот потому у… этих детей сердце так стучит?
- А то как жа! Тож не дети людские, а звери лесные, - ответил Панкрат. – А природе это не надобно совершать, больно ей оттого. А мне всё подделывай потом, да следы убирай от действа такого, - он фыркнул.
- Ну, так что же, уговор? – наклонила голову Василиса и протянула свою ладошку ему.
- Ну… - вдруг замялся он и как-то виновато спросил. - А хор-то никак мне?
- Панкратушка, - укоризненно пропела Василиса. - Ты бы хоть, птах каких взял, но с лягушками-то…
- Да неинтересно с ними, - отмахнулся леший. - Они ж петь ужо умеют, а эти-то нет. Тут понимаешь, само действо, прям завораживает меня.
- Так вот им и занимайся, - лукаво улыбнулась Василиса.
- А и права ты, матушка. Уговор, - сжал ей ладонь. Короткое вихрение из двух оттенков зелёного и они разжали руки. А у меня прям замкнуло в голове. Вот кому расскажи, ведь не поверят. А если бы мне лет девять назад кто сказал такое, да я б подумала, что товарищу пора в Кащенко. А теперь вот наблюдаю, как силы сказочные друг с другом партнёрскую сделку заключают. Вот же дела…
Глава 17