На приложенной к посту картинке вы можете наблюдать типичный пейзаж чатланской планеты Плюк. Её поверхность безжизненна, так как жители Плюка потратили всю воду на топливо, после чего флора и фауна вымерли, а население вынуждено было спуститься в подземные помещения.
То же самое могут сделать с Землёй водородные автомобили. Казалось бы, водород — чистейшее топливо, так как после сгорания он превращается в обычную воду. Однако не всё так просто. Цитирую из письма читателя:
Газообразный водород экстремально взрывоопасен, поэтому при массовом непрофессиональном использовании многочисленные пожары и катастрофы просто гарантированы. Но это ещё полбеды.
Неизбежно убегающий при использовании в атмосферу водород убегает, как и гелий, в значительной степени в верхние слои атмосферы, куда этим лёгким газам попасть проще. С верхних слоёв водород сдувается «солнечным ветром» прямо в космос.
Считается, что именно так Венера превратилась безводную пустыню: там эквивалентный слой воды не 3 км, как на Земле, а 2,5 см! Активно используя водород, мы будем толкать Землю к состоянию Плюка. Его, может, надолго хватит, но это не повод игнорировать опасность. Потенциально гораздо более деструктивную, чем другие экологические проблемы.
Напомню, что России экстремальные экобесные ухищрения в принципе не нужны, у нас есть собственное красивое решение вопроса автомобильного топлива.
1. Про водородные автомобили выше уже сказано. Лично я сомневаюсь, что Земля потеряет достаточно водорода из-за солнечного ветра: мне кажется, что почти весь утекший водород окислится в тропосфере и стратосфере, в космос улетят мизерные доли процента. Кроме того, масса океанов огромна, так что даже большие утечки водорода вряд ли станут нашей проблемой в ближайший триллион лет.
Тем не менее производство водорода довольно грязное, а использование водорода меняет химию атмосферы. Поэтому водородные автомобили не нужны: это экстремальная забава, которая пока что дурна со всех сторон.
2. Электромобили — дело хорошее, но не в 2025 году. Китайцы молодцы: вбухали астрономические суммы в развитие аккумуляторов и прочих электротехнологий, мы будем их разработками пользоваться. Потом. Когда всё это станет дешевле, надёжнее, удобнее и… экологичнее. Напомню, что пока что электромобили не особо берегут природу, так как на изготовление и утилизацию аккумуляторов уходит слишком много ресурсов.
3. Автомобили на сжатом или на жидком воздухе — утопия, экономического и практического смысла около нуля. Очень нишевая технология: для взрывоопасных площадок на заводах и в шахтах, например. Главная (но не единственная) проблема — низкая плотность энергии, из-за чего запас хода у переоборудованной под воздух легковушки будет исчисляться единицами километров. Экспериментальные модели на сжатом воздухе показывали десятки километров хода, но ценой таких жутких компромиссов по массе, комфорту и стоимости, что было бы удобнее на велосипеде доехать.
4. Маховики — да, реальная технология, но… вспомогательная. Маховики ставят, например, в автобусы, чтобы забрать энергию при торможении и выплеснуть обратно при разгоне. Получается реальная экономия дизеля, хотя «запаса» у маховика и хватает только на то, чтобы один раз разогнать автобус до 60 километров в час. Более мощные маховики в автобусы уже не ставят, так как в случае ДТП мощный маховик превращается в снарядно-осколочную боеголовку, уничтожающую всё живое в радиусе поражения. Промышленные маховики закапывают глубоко в землю или помещают в толстые контейнеры из бетона и стали: с автомобилем сделать подобное затруднительно.
5. Наконец, наша русская технология — это метан. Очень практичный газ, который даёт значительно более чистый выхлоп, и которого у Газпрома — просто завались, потому что экспортировать его затруднительно. Километр пробега на метане обходится примерно вдвое дешевле, чем на бензине, при этом, повторюсь, метановая машина не чадит.
Санкции вынудили Газпром вкладываться в развитие сети метановых заправок (АГНКС) по полной. Если бы у меня не было тяжёлой аллергии на возню с лицензиями и разрешениями, пожалуй, я бы сам сейчас всерьёз думал о том, чтобы открыть такую заправку: судя по карте, хорошие места в Петербурге ещё есть.
В Армении, где нет своего газа, на метане ездит 70–80% автомобилей. Не вижу причин, почему мы, имея собственную газодобычу, должны по этому показателю отставать. В конце концов, у нас даже есть свой автопром, поэтому метановое оборудование можно заказать прямо на заводе, чтобы оно было не самодельным «колхозом», а красиво вписанным в конструкцию инженерным устройством.