Найти в Дзене
Antibarbari HSE

Интересно, что первая подробная биография Моммзена появилась лишь спустя полвека после его смерти в 1903 году

Интересно, что первая подробная биография Моммзена появилась лишь спустя полвека после его смерти в 1903 году. Дело в том, что Моммзен запретил близким и друзьям писать сколь-нибудь подробные мемуары о нем: «Мои книги можно читать, пока они просто будут существовать; но то, чем я лично был или должен был бы быть, не должно никого касаться». Здесь сквозят и личная скромность, и высочайшая требовательность к себе, и политические разочарования. Вот несколько реплик Моммзена. ·       Об «Истории Рима»: «Я вложил в эту книгу … своё лучшее и своё сокровенное». ·       Об истории вообще: «Историю так же невозможно писать без любви и ненависти, как и творить ее без них же». ·       О «призвании и профессии»: «Я в своей жизни, несмотря на внешние успехи, не достиг подлинного. Внешние случайности поместили меня среди историков и филологов, хотя моя подготовка, а также, вероятно, и моя одарённость для обеих дисциплин недостаточна, и болезненное чувство неадекватности моих свершений, больше казать

Интересно, что первая подробная биография Моммзена появилась лишь спустя полвека после его смерти в 1903 году. Дело в том, что Моммзен запретил близким и друзьям писать сколь-нибудь подробные мемуары о нем: «Мои книги можно читать, пока они просто будут существовать; но то, чем я лично был или должен был бы быть, не должно никого касаться».

Здесь сквозят и личная скромность, и высочайшая требовательность к себе, и политические разочарования. Вот несколько реплик Моммзена.

·       Об «Истории Рима»: «Я вложил в эту книгу … своё лучшее и своё сокровенное».

·       Об истории вообще: «Историю так же невозможно писать без любви и ненависти, как и творить ее без них же».

·       О «призвании и профессии»: «Я в своей жизни, несмотря на внешние успехи, не достиг подлинного. Внешние случайности поместили меня среди историков и филологов, хотя моя подготовка, а также, вероятно, и моя одарённость для обеих дисциплин недостаточна, и болезненное чувство неадекватности моих свершений, больше казаться, нежели быть, никогда в моей жизни меня не покидало».

·       О науке: «Наука — это ни что иное, как мощное стремление к истине и праву, и в дурные времена — их убежище».

·       О политике Германии: «Политического влияния я никогда не имел и никогда не домогался: но в моей глубочайшей сути, и, полагаю, лучшей части моего естества, я всегда был animal politicum и жаждал быть гражданином. Осуществить это в нашей нации невозможно…».

·       Об Италии: «Как было бы прекрасно однажды показать тебе страну, где моя жизнь обрела новый смысл и где я был безмерно счастлив три года…».

·       О семье: «В доме всегда должен быть пятилетний ребенок».