Вы замечали, как спортсмены готовятся к решительному моменту? Как примеряются прыгуны, штангисты

Вы замечали, как спортсмены готовятся к решительному моменту? Как примеряются прыгуны, штангисты?

Что происходит с хрупким, весьма уязвимым человеческим организмом в эти мгновения?

Раж и раз слова тождественные, состояние аффекта — это состояние, когда человек уподобляется Богу .

Но тогда в каких органах, центрах, тканях она, эта божественная энергия, хранится до нужного мгновения и каким образом высвобождается?

Ломоносов же конкретно определил; ничто не берегся из ничего...

С точки зрения религии, сила эта явно дьявольская, не чистая, ибо человек рассматривается как раб божий; покорный, боязливый и послушный. Коль способен творить этакое, явно бес вселился — таково расхожее мнение.

Наука сторонится подобных вопросов, поскольку ее, науки, логика в этом месте очень тонка и тотчас рвется.

Но раж существует, признан, пусть даже и называется юридически и медицински туманно — состоянием аффекта.

То есть вроде бы

временное помешательство, затмение разума

А ведь в состоянии ража наше сознание, напротив, просветляется до уровня божественного!

Вкупе с включением скрытых физических возможностей.

Хотя человек чаще всего потом ничего не помнит, срабатывает защитная реакция психики.

Или, напротив, возникает некий барьер, уберегающий состояние ража от разума человеческого?

Дабы он аналитическим путем не проник в тайны его существования, не повторил предшествующих ражу действий, и тогда беспамятство становится прикрытием божественных возможностей нашего организма.

Исследуя Дар Речи, я пришел к выводу, что существуют технологии, когда, не теряя головы, можно войти в раж и выйти, включить этот ресурс и выключить.

В романе «Волчья хватка» я описал один из способов, каким образом можно входить в управляемое состояние ража, причем достигать его вершины — левитации.

Русский язык сохранил все, в том числе и целое гнездо слов, указывающих на технику управляемости, однако я не стану называть их и раскрывать некоторые ключевые моменты, ибо народ наш, жадный до чудес, немедленно начнет экспериментировать.

Кто же сам умудрится проникнуть в эту сокровищницу и добыть информацию, тот меня поймет и тоже прикусит язык.

После выхода романа в свет появились десятки самодельных правил, от которых нет никакой особой пользы, кроме обычных растяжек суставных узлов, сухих и мокрых жил.

Мало того, по ражной увлеченности своей вся эта самодеятельность вводит людей в заблуждение легкостью достижения состояния ража.

Дескать, повисел на «ПравИло» в местном парке, потренировался три выходных — и готово дело. Несколько молодых людей уверяли меня, что освоили технику в совершенстве и у них получается даже преодолевать гравитацию, однако на практике ничего изобразить не могли. Появились также самодеятельные лекари, морочащие головы людям, а один даже запатентовал правило!

Думал, просто чудик, но, оказалось, хитромудрый заяц, можно ведь еще и бабла срубить.

Это выражение, кстати, не сленговое и далеко не современное: «срубить бабки» — значит, выиграть в бабки — суставные кости от крупного рогатого скота, используемые в ребячьей игре, атавизмы которой угадываются в боулинге.)

Дабы не искушать «полетами во сне и наяву», не буду на сей раз вдаваться в подробности технологии, хотя могу подтвердить: да, основной накопитель солнечной, божественной энергии раж — красный костный мозг, заполняющий все пустоты и поры скелета.

Ему отведена функция вырабатывать эритроциты, лейкоциты и мегакариоциты — главные составляющие крови, но это его не основное ремесло, так сказать, конечный продукт.

Начальное же — аккумулировать энергию света и тем самым связывать нас с солнцем, с правью. Сбой, нарушение этих способностей, ведет к излишнему накоплению солнечной радиации и тяжелому заболеванию — белокровию, когда требуется пересадка костного мозга.

В глубокой древности наши «необразованные» и простодушные пращуры прекрасно об этом знали и благоговейно относились к могилам своих предков, к их костям и, если случалось оставлять земли, выкапывали прах и перевозили с собой на новое место (если не предавали умершего огню.