На окраине города, там, где мостовые переходят в немощеные улочки, а
фонари светят не так ярко, чтобы разогнать каждый уголок тьмы, стоял
одинокий дом с высокой трубой. Здесь, в Призрачном квартале, жил Мастер.
О нем ходили легенды, но видели его немногие. Он был стеклодувом, но
создавал не просто вазы или бокалы. В его руках рождались хрустальные
шары неземной красоты. Говорили, что внутри каждого шара он запечатывал чью-то утраченную мечту.
Невысказанную любовь, несбывшееся путешествие, желание, от которого
отказались под грузом лет. Люди шли к нему не за сувениром. Они несли
ему свои самые потаенные, самые щемящие истории, а он, выслушав, вдыхал
их в раскаленное стекло. Однажды к его порогу пришла молодая женщина с глазами, уставшими от рутины.
— Мастер, — прошептала она, — я когда-то мечтала петь. Но жизнь сложилась
иначе. Я боюсь, что уже и не вспомню, как звучал тот голос внутри меня. Мастер молча кивнул. Он взял длинную трубку, обмакнул ее в расплавленный
хрусталь и на