Иногда смотришь вокруг — и сердце сжимается. Мы называем себя христианами, крестимся, носим крестики, говорим, что верим в Бога… Но вот вопрос: а молимся ли мы? Не «почитываем молитвы», не произносим слова по привычке, а именно молимся — сердцем, душой, с доверием? Если честно, большинство из нас вспоминает о молитве только тогда, когда “прижало”. Заболела печёнка, подскочило давление, дочка поругалась в школе, сын не сдал экзамен, начальник на работе грозит неприятностями — и вот тут мы сразу: «Господи, помоги! Господи, дай!» И горячо, искренне просим… но чаще всего остаёмся без ответа. И начинаем обижаться:
«Почему Бог молчал? Я же молился! Я же просил!» Но правда в том, что мы просим не то и не так. Святые отцы говорили резко, но метко:
«Не проси у Бога гноя, чтобы Он не оскорбился твоим прошением». Гноем они называли все временные, приходящие вещи, которые мы ставим выше Бога: успехи, товары, удобства, комфорт, благополучие. Всё то, чему отдаём сердце. Спросите себя честно: что