К середине месяца денег у меня не было никогда. Долги, долги, долги, кредиты, росли лавинообразно. Свой раболепский взгляд в отношении потенциального кредитора я ненавидела. И ненавидела себя. За жизнь сермяжную и беспросветную. За неуверенность в себе и своих силах, в завтрашнем дне.
С некоторых пор в долговой список добавилась еще и ипотека. Какая уж тут женственность, кокетливость и любовь к себе? Борьба за выживание.
Двенадцать лет брака, оставившие мрачный след, позади. Новая жизнь в крохотной двушке-хрущевке, тридцати девяти метров, сын – третьеклассник. Жизнь новая, проблемы – старые, о хлебе насущном.
…На свадьбе свекор и свекровь торжественно поднесли нам ключи от квартиры. Все шептались: удачно Риночка вышла замуж, сразу – в собственное жилье!
Жилье было из вторичного рынка, такая же двушка, как сейчас у меня, но я радовалась ей как ребенок. Досталось оно Пете, мужу, от бабушки в наследство, и многие вещи мы даже не меняли: старинная кровать в спальне из дуба, добротный шкаф там же и много еще чего осталось от женщины, которую я даже не видела.
Сначала жили хорошо. Вроде, хорошо, я сейчас уже и не помню. Помню только, что, как впряглась в домашний быт с первого дня, так одна им и занималась вплоть до развода.
Родился ребенок, сын – Алеша. Все как у всех: семья, заботы, дети. Только радость совместного пребывания и общения, которой и с самого начала было маловато, постепенно свелась к бесконечному брюзжанию мужа о том, что я неумелая хозяйка и деньги тратить не умею.
А что там тратить? Муж зарабатывал немного, я долгий период не работала, пока была в декрете. Еле концы с концами сводили при помощи того, что беспрестанно перехватывали деньги до зарплаты.
Однажды пришла свекровь и ледяным тоном сообщила нам, что её дочь, а Петина сестра, разводится с мужем, и жить ей негде. Если мы хотим и дальше оставаться в этой квартире, то должны отдать половину её стоимости сестре, либо свекровь нас выселит.
Оказалось, что так помпезно подаренная квартира, была записана бабушкой на внуков, а не на одного Петю.
От услышанного мне стало плохо. В прямом смысле. Я упала в обморок. Как потом, оказалось, была снова беременна.
Когда очнулась, свекровь исчезла, а возле меня суетились медики из скорой помощи.
Муж уговорил на аборт. Сделала. А когда вернулась домой, поняла, что это – начало конца. Муж просил выписать сына из квартиры, дескать, мать требует. Никаких предложений по поводу решения квартирного вопроса он не предлагал, с матерью он не спорил никогда.
От предложения выписки сына я категорически отказалась и напрямую спросила его: что будем делать дальше?
Начался скандал. С оскорблениями, унижениями и даже рукоприкладством, чего до сей поры не наблюдалось. Собрала Алешку и ушла к родителям, а когда вернулась домой на следующий день после работы с ребенком, то попасть в квартиру не смогла – там были врезаны новые замки.
Муж через дверь сказал мне, что подал на развод, и чтобы я его больше не беспокоила – квартира его.
Сели с Алешкой на лестничной клетке и разревелись, я – от безысходности, Алешка – от того, что мамочка плачет.
Вышла соседка, завела к себе, напоила чаем, вызвала такси, и мы уехали к моим родителям, на другой конец города.
Родители, у которых я была одна, очень любили и меня, и внука. Известие о разводе они приняли стоически, но сказали, что так этого не оставят. На следующий день отец с парой друзей и племянниками, подъехали к дому на грузовой машине и забрали из нашего бывшего совместного жилья много нужных вещей: холодильник, за который я еще выплачивала кредит, стиральную машину, за которую выплатила, микроволновку, посуду, белье и личные вещи. Я бы сама этот вопрос, точно, не решила, за что отцу благодарна.
Все компактно сгрузили в родительской квартире, да так, что развернуться стало негде. Потом долго сидели с двоюродными братьями и родителями на кухне и обсуждали, что делать дальше. Один из братьев, Валера, сказал, что надо брать жилье в ипотеку, и пообещал подбросить немного деньжат. Он был парень холостой, и мог себе это позволить. Женя же, женатик, промолчал, видимо в этом вопросе помочь не мог, зато сказал, что ремонт сделать поможет и чтобы я на него рассчитывала.
Когда братья ушли, отец сказал мне:
- Честно сказать, я даже рад, что так произошло. Твой Петя – дерьмо! Не мужик! Пузатый, рыхлый, без собственного мнения, я давно это понял. А на тебе свои комплексы отрабатывал: то не так, то не этак! Тебя в прислугу превратил! Я ему, гаду, так и сказал, когда вещи забирали. Хотел морду ему набить, да племяши не дали. Одно скажу твердо: без него тебе будет лучше, чем с ним, посмотришь!
На следующий день родители сообщили мне, что в соседнем доме, у приятельницы мамы, пустует квартира, и та готова её недорого продать, так как устала за нее платить квартплату. Пошли, посмотрели. Квартира убитая, так сказать – всё под бульдозер. Но зато приятельница обещала ждать полгода, пока мы не решим с ипотекой.
Продолжение следует.
Автор Ирина Сычева.