Вернувшись с работы домой, Мария прошла по квартире и убедилась в том, что муж так ничего и не сделал, о чём она просила.
— Артур, ты где? — закричала Мария.
— Тут я, — раздался жалобный голос мужа из ванной.
— Что ты там делаешь? Прячешься?
— Не прячусь я.
— А что ты там делаешь?
— Моюсь.
— Ну-ка выходи немедленно.
— Сейчас. Домоюсь только.
Артур вышел из ванной только через полчаса. Был уверен, что за это время Мария успокоится или, может, даже куда-нибудь уйдёт прогуляться. Но ошибся.
Мария терпеливо ждала Артура у дверей. И как только он вышел, так сразу увидел жену. А как только увидел, хотел обратно в ванной скрыться. Но не успел.
Мария схватила его за шиворот и выволокла на середину прихожей.
— Говори! — потребовала Мария.
— Здравствуй, любимая, — нежно произнёс Артур.
— Любимая? — воскликнула Мария.
— А что такое, Машенька? — спросил он. — Что ещё ты хочешь от меня услышать?
— Говори, чем занимался весь день? Бездельничал?
— Да почему же бездельничал, почему?
— Потому что посуда не вымыта, ковры не пропылесосены. Мусор не вынесен. Бельё не постирано.
— Я могу всё объяснить.
— А не надо ничего объяснять. Мы с тобой два месяца назад о чём договорились? Ты помнишь?
— О чём?
— Ах ты уже забыл? В таком случае пошёл вон.
— Но, Маша!
— Мне такой муж, как ты, Артур, даром не нужен. Поэтому собирай свои вещи и уходи. Сегодня же. Понял?
— Да за что ты так со мной, за что? Только потому, что не помню, о чем мы договаривались два месяца назад?
— Считаешь, этого мало?
— Конечно, мало. Это ведь когда было. Поди вспомни, чего там я наобещал. А ты бы лучше, вместо того чтобы злиться на меня, напомнила бы. О чём мы там договаривались? Чего я тебе наобещал?
— Мы договаривались, что если ты не можешь работать, как все нормальные мужья, то работать за нас двоих буду я.
— Ах, это?
— Это.
— Ну так бы сразу и сказала. Я-то думал! А то, что ты будешь вместо меня работать за нас двоих, — это я очень хорошо помню, Маша. Я просто не хотел тебе лишний раз напоминать о таком. Думал, тебе неприятно.
— Я не договорила.
— Не договорила?
— Нет.
— Так договаривай.
— А ты за то, что я буду работать, обещал взять на себя всю работу по дому. Стирка, уборка, готовка и так далее. А когда у нас будут дети, ты обещал, что будешь и с ними сидеть.
— Серьёзно?
— Серьёзно. Я даже освободила тебя от хождения по магазинам!
— И я на такое подписался?
— Пошёл вон.
— Да я же не отрицаю, Маша. Я просто удивляюсь.
— Чему ты удивляешься?
— Насколько же, выходит, я тебя люблю, что согласился на такие тяжёлые жизненные условия. Даже с детьми готов был сидеть.
— Какие ещё тяжёлые условия, Артур? Ты два месяца ничего не делаешь по дому. А детей у нас ещё нет.
— Что детей нет, я не виноват. С моей стороны я делаю всё от себя зависящее.
— Конечно, детей нет. И не будет. Не хватало ещё моим детям такого отца, как ты, иметь. Нет уж. И можешь больше не стараться.
— Но, Маша?
— Без «но». Ты лучше скажи, почему по дому ничего не делаешь?
— Почему ничего не делаю?
— А что ты делаешь?
Артур задумался.
— Можешь не напрягаться, — уверенно произнесла Мария.
— Почему?
— Потому что ты всё равно не вспомнишь.
— А вдруг?
— Нет, Артур, не «вдруг». А с меня хватит. Собирай вещи и уходи.
— Ты что, меня разлюбила?
— Да, Артур, разлюбила.
Артур подошёл к высокому зеркалу в прихожей и внимательно посмотрел на себя.
— За что разлюбила-то? — воскликнул он. — За что? Ну что во мне не так? Ну посмотри! Всё же на месте. Таких, как я, поискать...
— Уходи.
— Куда уходить, Маша? У меня же в Москве, кроме тебя, и нет никого.
— Не ври. Ты родился в этом городе. И вырос. У тебя в Москве есть жилплощадь, на которой ты зарегистрирован. Вот туда и съезжай.
— Но там не один я живу. Родственники мои тоже там обитают. Родители, братья, сестры, их мужья, жёны, дети, внуки. Как ты себе представляешь мою жизнь там?
— Никак не представляю.
— Плохо, что не представляешь. А ты представь.
— Пошёл вон.
— Да чем же я так плох, Мария? Не понимаю.
— Вот тем, что не понимаешь, и плох. Уходи. Сейчас сюда мои подруги приедут.
— Зачем?
— Праздновать будем моё с тобой расставание.
— А мне с вами можно попраздновать?
— Нельзя!
— Но, Маша! — воскликнул Артур. — Можно я хоть не сразу уйду.
— Что значит «не сразу»?
— Ну дай мне хотя бы неделю, чтобы собраться.
— Чего тебе собираться-то? Все твои вещи в пару пакетов для мусора влезут.
— Да я не насчёт вещей, Маша. Я с мыслями собраться хочу. Осознать, так сказать. Осмыслить случившееся. Привыкнуть к тому, что меня ожидает в будущем.
— Какое ещё будущее ты решил осмысливать? Нет у тебя никакого будущего. И осмысливать нечего.
— А резкая смена обстановки? А ты говоришь «нет будущего». Ещё как есть. И мне необходимо заранее свыкнуться с тем, что предстоит испытать. Понимаешь? Я ведь прошу-то немного. Всего неделю.
Маша задумалась.
— Неделю не дам, — решительно заявила она.
— А три дня дашь?
— Три дня можно. Но чтобы через три дня духу твоего в моей квартире не было. Понял.
— Понял. Не будет. А что у нас сегодня на ужин?
— У тебя — не знаю.
— А у тебя?
— А ко мне сейчас подруги приедут. И мы закажем много вкусной еды, так что за меня не волнуйся.
Артур облизнулся.
— Ну хотя бы ложку каши гречневой и одну котлету, Маша? А? И стакан чая. Можно даже без сахара. О большем уж и не прошу. Понимаю, что не в праве. В последний раз. В память о твоей ушедшей ко мне любви.
А я тебе после всё отдам, Маша. Честное слово. Вот на ноги встану и отдам. Ты только посчитай, сколько я тут наел и прочее. А я всё верну.
Ну полоса у меня сейчас такая. Понимаешь? Полоса. Чёрная. Затянулась. Но я чувствую, что скоро всё изменится. Не может не измениться. Прощальный ужин, Маша! А?
Маша махнула рукой и пошла на кухню готовить Артуру прощальный ужин.
Артур было последовал за ней, но Маша его на кухню не пустила. Сказала, чтобы ждал в гостиной, когда его позовут.
А когда Маша позвала Артура ужинать, и он пришёл на кухню, то увидел, что на столе стоит стакан с чаем и блюдце, а на блюдце одна котлета и ложка гречневой каши.
— Это что? — спросил Артур.
— Прощальный ужин, — ответила Мария.
— Дай хотя бы хлеба кусок.
— О хлебе разговора не было, — ответила Мария. — Ешь, что дают, и иди в комнату для гостей. Эти три дня ты будешь жить там.
И уже через пять минут Артур вынужден был уйти с кухни. Потому что всё съел и выпил, а добавки ему не дали.
А ещё через полчаса к Маше приехали подруги.
И Артур по запаху чувствовал, что они заказали себе много всего вкусного и теперь наслаждаются этим, громко разговаривая и смеясь.
«Ничего, ничего, — думал Артур, сидя в комнате для гостей, — я ночью залезу в холодильник и сожру там всё, что они не доели. Ничего!»
Но ночью попасть на кухню Артур не смог. Потому что Маша установила в дверях кухни замок, и дверь была закрыта.
Вернувшись в комнату для гостей, Артур упал на кровать, уткнулся в подушку и тихо заплакал. А когда успокоился, решил обзвонить всех своих родственников, друзей и знакомых и пригласить их на завтра вечером в гости.
«Представляю, как Маша удивится, когда завтра вечером вся эта толпа приедет к ней, — подумал Артур. — Если уж нам суждено с ней расстаться, так хоть уйду по-мужски. Отомщу перед уходом.
Вот пусть попробует выкрутиться, когда сюда приедут мои друзья и знакомые, мои родители, мои братья и сёстры, их дети, их внуки. Так просто эти люди отсюда не уйдут. Нет.
Они ведь уверены, что я Машин муж. А стало быть, по законам гостеприимства она обязана их обслуживать в любое время дня и ночи, когда бы они ни приехали в гости.
И еды вкусной Маша вынуждена будет заказать много. Хоть наемся и повеселюсь напоследок. И мне всё равно, что она скажет. Мне по-любому отсюда придётся уже уйти».
Обзвонив и пригласив всех, кого хотел, Артур спокойно уснул. И ему снился хороший сон. Как будто он сидит за большим столом, а на столе много всего вкусного, а за столом друзья, знакомые и родственники Артура. И все его хвалят, и всем весело.
***
А утром выяснилось, что Маша передумала терпеть Артура ещё два дня.
Подруги её переубедили. Сказали, что улетают завтра в Сочи, и позвали её с собой.
— А куда же мне Артура деть? Не оставлять же его одного в квартире?
— Нет, конечно, — согласились подруги. — В квартире его оставлять нельзя ни в коем случае.
— А как же тогда?
— Да просто. Выгони его из квартиры, и дело с концом.
— А как выгнать, если он не уходит?
— А утром, как только он проснётся, попроси его пакет с мусором вынести. Он выйдет из квартиры, а ты дверь закроешь.
— А его вещи?
— А его вещи ты заранее сложи в пакеты и вынеси к мусоропроводу. Он пакет с мусором выкинет и вещи свои увидит.
Так Маша и сделала. ©Михаил Лекс ( Жду вас в комментариях )