Почему случился второй раздел Польши

Первая статья про раздел Речи Посполитой на канале была для многих откровением в части первопричины и интересантов данного явления. Однако, в воздухе остался резонный вопрос – а зачем тогда потребовался второй? Вот уж в нем то наверняка в Российской империи решили откусить побольше территории из агрессивных намерений! Не оставлять же вопрос неотвеченным, поэтому предлагаю материал по следующему разделу Польши.

Встреча с польским королём

2 января 1787 г. Екатерина II под гром салюта покинула Петербург и отправилась в свое знаменитое путешествие в Тавриду. В Каневе на правом берегу Днепра Екатерину торжественно встретил король Станислав-Август. Это была их первая встреча за трид­цать лет.

Здесь монархи обсудили русско-польский военный союз, который они рассматривали в кон­тексте предстоявшей войны с Турцией, и Станислав-Август по возвра­щении в Варшаву велел там установить конную статую короля Яна Со­беского, разгромившего в 1683 г. турецкую армию.

Король Станислав-Август. Взято из открытых источников.

11 июля 1787 г. уже в Херсоне Екатерина II милостиво приняла пле­мянника короля Станислава-Августа Станислава Понятовского. Вернув­шись домой, молодой Станислав объявил дяде, что Екатерина II и авст­рийский император Иосиф II одобрили назначение его наследником польского престола.

Через две недели после объявления Турцией войны России Екатери­на сама вернулась к предложению Станислава-Августа о подписании русско-польского оборонительного договора. В депеше от 1 сентября 1787 г. вице-канцлер И.А. Остерман проинформировал русского посла в Варшаве графа Штакельберга о том, что «Ее императорское величество убеждена, что в условиях нынешнего кризиса проявляется благоприят­ная возможность реализовать этот проект».

Вето из Пруссии

Однако инициатива Петербурга была парализована действиями Бер­лина. Новый прусский король Фридрих-Вильгельм II искренее не желал такого союза, в результате которого Россия усилилась на юге еще больше. Прусский министр Герцберг прибавил, что король может помочь Польше в возвращении Галиции, отторгнутой Австрией, лишь бы поля­ки не трогали турок. Вернуть отторгнутые Пруссией польские земли, правда, почему-то не пообещали при этом, хотя там территория была на порядок больше.

Как мы помним, король в Польше практически ничего не решал своей властью, поэтому в октябре 1788 г. в Варшаве собрался сейм, которому был предложен союз с Россией при решении Восточного вопроса. Россия обязывалась вооружить за свой счет и содержать в продолжение всей войны двенадца­титысячный корпус польского войска, а после заключения мира в тече­ние шести лет выплачивать на его содержание ежегодно по миллиону польских злотых. Также предложены были большие торговые выводы и дано обязательство вытребовать такие же выгоды от Турции при заклю­чении мира.Кроме того, Екатерина тайно предложила Станиславу-Августу турец­кие земли в Подолии и Молдавии, разумеется, в случае успешного окон­чания войны. Как мы видим, Россия рассматривала Польшу как равноправного союзника, не стремясь извлечь выгоду только для себя или кинуть своего соседа, при этом отхватив у него территории.

Заседание Великого Четырехлетнего Сейма. Длилось с 1788 по 1792 год. В ходе него был заключен оборонительный союз с Пруссией. Из открытых источников

Король Станислав-Август очень ратовал за этот союз. Но прусский посол Бухгольц подал сейму ноту, в которой говорилось, что прусский король не видит для Польши ни пользы, ни необходимости в союзе с Россией, что не только Польша, но и пограничные с ней прусские владе­ния могут пострадать, если республика заключит союз, который даст туркам право вторгнуться в Польшу. Если Польша нуждается в союзе, то прусский король предлагает ей свой, и прусский король постарается сде­лать все, чтобы избавить поляков от чужестранного притеснения и от нашествия турок, обещает всякую помощь для охранения независимос­ти, свободы и безопасности Польши (в том числе и играю на националистических антирусских настроениях).

На самом же деле Фридрих-Вильгельм II предсказуемо смертельно боялся уси­ления Австрии и России в ходе турецкой войны. Пруссия ничего не могла получить при разгроме Оттоманской империи. Но если дядя (Фридрих Великий) воспользовался первой турецкой войной и полу­чил часть Польши, то почему его племянник (Фридрих-Вильгельм) не может получить еще больший кусок, не сделав ни одного пушеч­ного выстрела?

Присоединение Польши к России и Австрии в ходе войны с Турцией давало ей последний шанс остаться на карте Европы, независимо от ис­хода кампании. Даже в случае поражения России, что представляется весьма маловероятным, Польша выигрывала. России было бы не до зах­вата польской земли, но при этом Екатерина вряд ли допустила бы раз­дел Польши между Австрией и Пруссией, я уж не говорю о победителе — турецком султане, который стал бы диктовать свои условия. В случае же успеха России Польша уже в ходе войны смогла бы создать мощную, хорошо обученную и дисциплинированную армию, а после заключения мира получить обширные территории на юге, присоединение которых укрепило бы веру поляков в правильность союза с Россией, укрепило бы королевскую власть, покончив с антирусской вольницей шляхты. От этого выиграла бы как Россия, так и Польша.

Но, думаю, вам уже понятно, что радные паны предпочли поверить Фридриху-Вильгельму, а не Екатерине. Позиция прусского короля вызвала в ноябре—декабре 1788 г. бурную поддержку среди шляхты, а точнее, среди подавляющего его боль­шинства. Это ж немцы,а не русские, вот им-то точно можно верить!

Влияние Великой Французской революции

14 июля 1789 г. восставшие парижане взяли Бастилию. По этому по­воду французский посол в Петербурге Сегюр писал: «...в городе было такое ликование, как будто пушки Бастилии угрожали непосредственно петербуржцам».

В Польше же Французская революция произвела еще большее впе­чатление. Польская шляхта, совершенно не разбираясь в событиях во Франции, решила подражать якобинцам.В конце 1790 — начале 1791 гг. польский высший свет охватила идея введения новой конституции. В ее создании приняли участие все «уважаемые польские семьи» : Чарто­рыские, Игнатий Потоцкий, Станислав Малаховский, братья Чацкие, Станислав Солтык и прочие.

Ян Матейко, картина Конституция 3 мая 1791, 1891 год. Король Станислав II Август (слева) входит в Собор Святого Иоанна Крестителя, где депутаты поклялись защищать Конституцию. На заднем плане: Королевский замок, где Конституция была принята. Взято из Викиедии.

О введении новой конституции было торжественно объявлено в Вар­шаве 22 апреля (3 мая) 1791 г. Фактически произошел государственный переворот. 24 апреля (н. с.) праздновалась католическая Пасха. В эти дни депутаты съезда традиционно разъехались на несколько дней по до­мам. Однако сторонники новой конституции договорились не разъез­жаться, а их противники, ничего не подозревая, уехали. Накануне на ули­цы Варшавы была выведена королевская конная гвардия и артиллерия. Сейм, на котором присутствовало не более 157 депутатов из 327-ми, при­нял новую конституцию.

Проект конституции гласил: «Господ­ствующею признается католическая вера; все прочие терпимы. Все при­вилегии шляхты сохраняются. Все города вместе имеют право присы­лать на сейм 24 депутата, которые представляют желания своих довери­телей; право же голоса имеют только при рассуждении о тех делах, кото­рые непосредственно касаются городского сословия... Исполнительная власть принадлежит королю и его Совету, который состоит из шести министров, ответственных перед нациею; король может их назначать и увольнять; он должен их сменить, если две трети сейма того потребуют. Устанавливается наследственное правление; по смерти царствующего короля престол принадлежит ныне царствующему курфюрсту Саксонс­кому, а по нем — его дочери; король и нация изберут для нее супруга. Конфедерация и liberum veto уничтожаются».

В общем, все привилегии шляхты сохранялись, заявлены были демократические свободы, и самое главное -фактически по-прежнему всем заправлял Сейм из шляхты, что в тех условиях ну никак не могло поспособствовать укреплению внтуренней стабильности польского государства. При этом мы помним, что еще и вектор в Польше сменился на западной, Россия в это время воевала с Османской империей.

Обсуждение второго раздела Речи Посполитой. Из открытых источников

Ход России

В Петербурге к майскому перевороту отнеслись достаточно спокой­но. «Мы как прежде, так и теперь остаемся спокойными зрителями до тех пор, пока сами поляки не потребуют от нас помощи для восстанов­ления прежних законов республики», — отвечала Екатерина на доне­сение Булгакова о перевороте. Но позже тон стал несколько меняться. Так, летом 1791 г. Екатерина писала Григорию Потемкину: «Мы не желаем разрыва с поляками, хотя после столь наглого с их стороны нарушения дружбы, после ниспровержения гарантированных нами учреждений, после многих нанесенных нам оскорблений, имели бы на то полное право». Польские реформы не понравились импе­ратрице, но турецкая война связывала ей руки.

Но вот декабря 1791 г. Россия и Турция заключили мир. А 7 февраля 1792 г. Австрия и Пруссия заклю­чили военный союз против революционной Франции.

Между тем Польша бурлила. Но дело было не в реформах, о которых столько говорили. Паны сводили счеты между со­бой и опять усилились преследования диссидентов. Многие обижен­ные магнаты стали просить помощи у соседних государств. Так, Феликс Потоцкий и С. Ржевуский прибыли в начале 1792 г. в Петербург и обра­тились с просьбой к русскому правительству о помощи для восстановле­ния старой конституции.

В конце мая — начале июня 1792 г. генерал граф М.В. Каховский ввел 65-тысячную русскую армию в пределы Польши. Сразу после ввода войск в маленьком украинском городке Тарговице образовалась конфедера­ция для восстановления старой конституции. Феликс Потоцкий был провозглашен ее генеральным маршалом, а Браницкий и Ржевуский — советниками. К ним присоединились Антон Четвертинский, Юрий Виельгорский, Мошинский, Сухоржевский, Злотницкий, Загорский, Кабылецкий, Швейковски и Гулевич.

Каховскому противостояла 45-тысячная армия под командованием племянника короля князя Иосифа Понятовского. Узнав о походе рус­ских, Понятовский отступил сначала за реку Случь (она же Десна), а затем и за Буг.

В Литву русские войска вступили под командованием генерала М.Н. Кречетникова и не встретили там сопротивления. 31 мая 1792 г. русские заняли Вильно, где с торжеством провозгласили литовскую конфедерацию для восстановления старой конституции. 25 июня был взят Гродно.

Армия Каховского форсировала Буг 5 июля и разгромила поляков у деревни Дубенки. 14 июля русские войска заняли Люблин. При этом Пруссия отстранилась полностью, несмотря на заключенный с Польшей союз. То есть поляков фактически «кинули», а потом еще и отняли их земли в пользу немцев, о чем ниже. Но опять риторический вопрос – вспоминают ли об этом поляки?

Схема второго раздела Польши. Взято с РуВики.

12(23)января 1793 г. в Петербурге вице-канцлер граф Иван Андрее­вич Остерман и посланник Пруссии граф Генрих-Леопольд фон дер Гольц подписали секретную конвенцию о втором разделе Польши.Россия получала Левобережную Украину и значи­тельную часть Белоруссии. Соответственно, Пруссия получала запад­ную часть Польши, в том числе Данциг и Данцигский округ, а также территорию по линии Ченстохов — Рава — Солдау.

Манифест о присоединении к России новых земель был подписан 27 марта 1793 г. командующим русскими войсками в Польше генерал-аншефом М.Н. Кречетниковым. Согласно манифесту, новая русская граница начиналась от селения Друя на левом берегу Западной Двины, у стыка границ Польши, Семигалии (Курляндия) и России, и шла от­сюда на реки Нарочь и Дуброву, а затем по границе Виленского воевод­ства на Столпеж — Несвиж — Пинск — Кунев (между Вышгородом и Новогроблей), смыкалась за Куневым с границей австрийской Гали­ции, и затем шла вдоль этой границы до Днестра прямо на юг и далее вдоль течения Днестра до местечка Ягорлык (в 72 км к юго-западу от города Балта). Ныне - территории центральной Белоруссии и Украины.

11(22 июля) 1793 г. в Гродно был подписан русско-польский дого­вор об отказе Речи Посполитой на вечные времена от земель, указан­ных манифестом от 27 марта 1793 г. Но и это был еще не конец в историях с польскими разделами. Кстати, сам польский король Станислав-Август был очень даже за конституции, потому что считал что она в таком виде позволит польскому государству стать более суверенным, а союз с Пруссией – даст гарантию что Россия не будет «против». Что из этого вышло, вы сами только что прочли.