— Ты думаешь, я на эти шпильки изоленту намотаю, и будет «дизайнерский ход»? Сереж, очнись! У меня подошва просит каши громче, чем твой желудок в три часа ночи!
София швырнула сапог в угол прихожей. Каблук жалобно звякнул о плитку, но не отвалился окончательно — держался, подлец, на честном слове и капле обувного клея, которым муж щедро залил его прошлым вечером. Сергей даже не оторвался от экрана телевизора. Там, в мире новостей и геополитики, решались судьбы вселенной, а тут жена со своими мелочными проблемами.
— Соф, ну не начинай, а? — он лениво почесал живот под растянутой майкой. — Сейчас время такое... турбулентное. Надо подушку безопасности беречь. А ты всё: «Сапоги, сапоги». Вон, весна скоро. Походишь в кроссовках, здоровее будешь. Ортопедически полезно.
— Какая весна? — София уперла руки в бока. — На улице ноябрь! Снег с дождём, слякоть по щиколотку. Я работаю администратором в салоне красоты, Сергей! Я не могу встречать клиенток в кроссовках, пахнущих твоей экономией.
— Ну подклей ещё раз. У меня там «Момент» остался. Золотой, кстати, клей, дорогой.
София замерла. Она посмотрела на мужа. Сорок два года, залысины, вечное недовольство начальством и пустые разговоры о том, что «вот-вот попрет бизнес». Бизнес не пёр уже лет десять. Зато пёрло самомнение.
— Ладно, — тихо сказала она. — Ладно, Серёжа. Экономия так экономия.
Она ушла на кухню, но не плакать. Слёзы — это для слабых, а София считала себя женщиной, закалённой в боях с ЖЭКом и подростковым возрастом дочери, которая, слава богу, уже съехала в общежитие. София налила себе чаю, села у окна и задумалась.
Вечером, когда Сергей, наевшись котлет (на мясе не экономили, ему же силы нужны), улегся с телефоном на диван, София заметила знакомый жест. Он резко дёрнул рукой, прикрывая экран, стоило ей войти в комнату.
— Что там? Опять новости? — спросила она, делая вид, что ищет пульт.
— Ага. Курс валют смотрю. Аналитика, — буркнул Сергей, глупо улыбаясь в экран.
София знала эту улыбку. Это была не улыбка аналитика, увидевшего падение индекса Доу-Джонса. Это была улыбка мартовского кота, который почуял валерьянку.
Ночью, когда «аналитик» захрапел, раскинувшись звездой, София аккуратно, двумя пальцами, вытянула смартфон из-под его подушки. Пароль она знала — 1234. Сергей не утруждал себя сложностями.
Экран вспыхнул. Приложение с иконкой огонька. Сайт знакомств.
Она листала переписки, и брови её ползли вверх, к линии роста волос.
«Привет, кисуля, скучаешь?», «Я мужчина в полном расцвете, ищу музу», «Жена? Да мы с ней чисто соседи, спим в разных комнатах, она меня не понимает, превратилась в тетку».
— Тётку... — прошептала София, глядя на своё отражение в тёмном стекле балконной двери. Ну да, халат не от кутюр. Но кто, интересно, этот халат ей купил? Сама и купила, на распродаже, потому что мужу нужны были новые чехлы в машину.
Она вернула телефон на место. Спать расхотелось.
На следующий день, в обеденный перерыв, София зашла в салон связи и оформила новую симку.
Вечером началась операция «Ы». Или, точнее, операция «Эвелина».
Фотографии София нашла в профиле какой-то аргентинской модели, у которой было всего три тысячи подписчиков. Брюнетка, томный взгляд, губы, которые явно никогда не знали вкуса дешёвых пельменей.
Ник: Eva_Luxury.
Возраст: 27 лет.
Статус: «Люблю щедрых мужчин, способных на поступки. Устала от мальчиков».
София сидела на кухне, помешивая суп, и регистрировалась. Руки дрожали, но не от страха, а от азарта. Она нашла профиль Сергея. На фото он был лет на пять моложе, в костюме, который надевал на свадьбу племянника, и на фоне чужого «Мерседеса». Ник: Tiger_Boss.
— Ну здравствуй, Тигр, — хмыкнула София и нажала «Написать».
«Привет. У тебя взгляд хищника. Редкость на этом сайте. Все какие-то... травоядные».
Ответ прилетел через минуту. Из комнаты донёсся звук уведомления, потом шуршание — Сергей усаживался поудобнее.
«Привет, красавица. Глаз - алмаз. Я действительно не привык размениваться по мелочам. Чем занимаешься?»
София закатила глаза. Не привык размениваться! Вчера в «Пятёрочке» скандалил из-за того, что ценник на кефир не соответствовал чеку на два рубля.
«Скучаю. У меня свой бизнес, салоны красоты, но иногда так одиноко... Хочется сильного плеча. Мужчину, который решит проблемы, а не создаст их».
Игра началась.
Следующие три дня превратились для Софии в увлекательный квест. Днём она была «тёткой», которая варит борщ и слушает нытьё мужа о том, как дорого стоит обслуживание машины. А по вечерам и в перерывах на работе она превращалась в Эвелину.
Сергей «поплыл» мгновенно. Виртуальная Эвелина чесала его эго с профессионализмом опытного грумера.
— Ты такой умный, — писала София, сидя в туалете с телефоном. — Я обожаю, когда мужчина разбирается в политике.
— Мой бизнес? — врал Сергей в ответ. — Логистика, международные перевозки. Сложно, нервы, большие деньги, большие риски. Но я держу удар.
«Держишь удар ты только от пивного похмелья по субботам», — думала София, яростно печатая: «Ммм, обожаю властных мужчин!»
На третий день София решила: пора. Рыбка заглотила наживку по самые жабры.
Вечером Сергей был особенно весел. Он даже помыл за собой тарелку, что случалось раз в год, когда выпадал метеоритный дождь.
— Соф, я, наверное, на выходных в командировку мотнусь. В Тверь. Там филиал открываем, надо проконтролировать, — сказал он, бегая глазами.
— В Тверь? — переспросила София, подшивая старые брюки. — Ну надо так надо. Дело важное.
Через час Эвелина написала Тигру:
«Милый, я не могу больше переписываться. Хочу тебя увидеть. Хочу почувствовать запах настоящего мужчины. Я сейчас в Питере, по делам. Но готова всё бросить и прилететь к тебе в Москву. Прямо завтра вечером. Устроим незабываемую ночь?»
В комнате повисла тишина. Сергей перестал дышать. София почти физически ощущала, как в его голове крутятся шестеренки: жена — старая, Эвелина — молодая, страсть, приключение.
«Конечно, детка! Я встречу. Диктуй рейс». — пришёл ответ.
София выдержала паузу. Театральную, мхатовскую.
«Есть одна проблема... Мне так неловко. У меня заблокировали карту из-за крупного перевода из-за границы. Финмониторинг лютует. А наличку я не сняла. Билет горит, осталось последнее место в бизнес-классе. Я понимаю, мы ещё не виделись, но... Если ты переведешь мне на билет, я при встрече всё верну. Честно-честно! Просто хочу к тебе, не могу ждать разблокировки».
София замерла. Это был момент истины. Попросит ли он номер карты? Или жадность победит похоть? Она назвала сумму: 35 000 рублей. Именно столько стоили те самые итальянские сапоги из новой коллекции, на которые она облизывалась уже месяц. Плюс такси и кофе.
Пять минут тишины. Сергей ходил по комнате. София слышала его шаги. Он открыл шкаф, где в коробке из-под обуви (ирония судьбы!) хранилась его «заначка на чёрный день». Он копил на новый лодочный мотор. Или на резину. Он сам не знал, на что, главное — чтоб было.
Телефон Софии (тот, что секретный) дзынькнул.
«Скидывай номер карты, малышка. Для меня это не деньги. Жду тебя».
София скинула номер виртуальной карты, которую оформила заранее через онлайн-банк.
Через две минуты пришло уведомление: «Пополнение счета: 35 000 руб. Отправитель: Сергей В.»
София отложила телефон и посмотрела в потолок. Ей хотелось расхохотаться, но смех застрял в горле колючим комом. Он перевёл. Тридцать пять тысяч. Незнакомой бабе на «билет». А ей на сапоги пожалел. Ей, которая двадцать лет стирала его носки, лечила его простуды и терпела его маму.
— Ну что ж, Серёжа, — прошептала она. — Ты сам выбрал свой путь.
На следующий день София отпросилась с работы пораньше. Она поехала в тот самый бутик. Домой она возвращалась цокая новыми каблуками. Погода была дрянная, но София чувствовала себя так, словно идёт по подиуму в Милане. Сапоги сидели идеально, мягко обнимая икры. Шарфик развевался.
Сергей был дома. Он собирался. Выбритый, в лучшей рубашке, пахнущий одеколоном, который София дарила ему на 23 февраля три года назад.
— О, ты уже пришла? — он нервно глянул на часы. — Слушай, я побежал. Там партнёры уже подъезжают, совещание будет... ночное. Скорее всего, останусь в гостинице при бизнес-центре, чтобы время не терять.
Он суетился, проверяя карманы.
— Стоять, — голос Софии прозвучал как выстрел. Спокойно, но властно.
Сергей замер, уже взявшись за ручку двери.
— Соф, ну я опаздываю! Что такое?
София медленно прошла в центр комнаты. Она специально прошлась так, чтобы он увидел.
— Ничего не замечаешь?
Сергей скользнул взглядом по её фигуре.
— Постриглась? Платье новое? Соф, давай потом!
Она выставила ногу вперёд. Кожа сапог благородно блеснула в свете люстры.
— Сапоги, Серёжа. Те самые. За тридцать пять тысяч.
— Ты... ты что, кредит взяла?! — лицо Сергея пошло красными пятнами. — Я же говорил! У нас режим экономии! Ты совсем без мозгов?
— Нет, не кредит, — София улыбнулась той самой улыбкой Эвелины. Хищной и дерзкой. — Один очень щедрый мужчина подарил. Представляешь? Настоящий «Тигр». Сказал, что для него это «не деньги».
Сергей нахмурился. Его маленькие глазки забегали.
— Какой мужчина? Ты о чём? Ты мне изменяешь?!
София не спеша достала из сумочки телефон. Не свой. Тот, дешёвый, смартфон с разбитым экраном, который она купила для аферы.
— Знакомься. Это Эвелина.
Она открыла переписку и сунула экран ему под нос.
«Скидывай номер карты, малышка. Для меня это не деньги».
Сергей побледнел. С краской с лица схлынула и вся его спесь. Он открывал и закрывал рот, как рыба, выброшенная на берег. Он переводил взгляд с телефона на сапоги, потом на жену, потом снова на телефон.
— Это... ты? — прохрипел он. — Ты меня... разв...
— Развела? — подсказала София. — Нет, милый. Я просто провела аудит семейного бюджета. Оказалось, деньги есть. Просто не для меня. Оказалось, что я «скучная тётка», с которой ты живешь по инерции.
— Соф, ты не так поняла, это просто игра, это ничего не значит... — забормотал он, делая шаг к ней. — Я просто хотел... ну... самооценку поднять. Я бы никуда не поехал!
— Не ври, — она отступила назад. — Ты выбрит, ты надушен, и ты перевёл деньги. Ты ехал изменять. Но самое страшное не это. Самое страшное, Серёж, что ты предал нас. Ты предал те годы, когда я экономила на колготках, чтобы ты мог купить себе... что ты там покупал? Иллюзию крутизны?
— Ну ладно, виноват, — он попытался включить привычную агрессию. — Ну дурак. Ну попался. Молодец, хитро. Сапоги купила? Довольна? Давай, хватит цирка. Готовь ужин, я никуда не поеду.
Он начал развязывать галстук, уверенный, что буря миновала. Поругались и хватит. Жена же. Куда она денется?
София подошла к шкафу. Достала оттуда большой чемодан на колёсиках. Раскрыла его прямо на полу.
— Ты прав. Ты никуда не поедешь, в смысле, к Эвелине. Ты поедешь к маме. Или в гостиницу. Или в Тверь на «филиал». Мне всё равно.
Она начала быстро выкидывать его вещи из шкафа.
— Ты чего творишь?! София! Прекрати истерику! — Сергей испугался. По-настоящему. Он никогда не видел её такой. Спокойной. Ледяной.
— Это не истерика, — она бросила ему в чемодан его любимые треники. — Это финал. Я читала всё, что ты писал ей. Про то, какая я старая, какая я глупая. Знаешь, я всё прощу, но неуважение — нет. Ты продал меня за минуту внимания фейковой картинки.
— Да кому ты нужна в сорок лет! — заорал он, понимая, что теряет контроль. — Кто на тебя посмотрит? Останешься одна с кошками!
София выпрямилась. В новых сапогах она была выше его. Она подошла к зеркалу, поправила причёску.
— Знаешь, Серёжа, — сказала она, глядя на его отражение, жалкое и растерянное. — «Эвелина» тебе бы сказала, что ты неудачник. А София скажет проще: пошёл вон.
Она пнула чемодан в его сторону.
— Ключи на тумбочку. И чтобы через пять минут духу твоего здесь не было. Иначе я выложу твою переписку в общий чат с твоими друзьями и коллегами. Скриншоты уже готовы.
Сергей застыл. Угроза была реальной. Быть посмешищем он боялся больше, чем развода.
Он торопливо, как побитая собака, побросал вещи в чемодан. Кое-как застегнул молнию.
У двери он обернулся, пытаясь напоследок укусить:
— Ты пожалеешь. Приползёшь ещё.
— Дверь закрой с той стороны, — бросила София, не оборачиваясь.
Замок щёлкнул. В квартире стало тихо. София опустилась в кресло. Ноги в новых сапогах гудели, но это была приятная усталость.
Она посмотрела на свои ноги. Шикарная итальянская кожа.
— Ну что, — сказала она вслух пустой комнате. — Сапоги есть. Свобода есть. А «тигры»... пусть пасутся в другом месте.