Ко времени выпуска из Военно-дипломатической академии он уже прекрасно знал пять языков. Причём заслуга в этом была в первую очередь не учебного заведения, а его личная. Быть может, сказался ещё и пример отца, который долгие годы проработал на секретной связи, а затем в разных странах по линии военной разведки.
В 1953 году, когда Володе было ещё 10 лет, он временно жил у дяди, который командовал воинской частью во Львове. Чтобы лучше запоминать английские слова, тот усаживал перед собой племянника и начинал ему «рассказывать» всё, что требовалось запомнить. Через некоторое время мальчишка и сам начал сносно понимать слова и выражения чужого языка. И ему это понравилось! Потом он попал в школу с хорошим преподаванием. И в результате к выпуску знал язык отлично.
В Ульяновское военное училище связи, куда Володя поступил, из Москвы всё никак не мог доехать переводчик с испанского. А приехавшим на учёбу молодым кубинцам нужно было как-то помогать. Учитывая, что некоторые из них знали английский, пристроили к ним временным переводчиком Володю Онищенко. Так сложилось, что пока кубинцы через него учили русский, он учил у них испанский. Когда через полгода наконец появился переводчик, Владимир уже хорошо говорил по-испански.
Немецкий язык начал учить после распределения его в полк связи в Ленинградском военном округе, поступив в Академию связи им. Будённого. Ко времени её окончания уже имел и второй диплом – переводчика с немецкого языка. В НИИ ГРУ, куда он попал работать, основная зарубежная научная литература была на французском языке. Владимир Фёдорович не мог оставлять без внимания содержание таких изданий. Пришлось выучить и французский язык.
31 августа 1972 года уже курсант 1 курса Военно-дипломатической академии Онищенко спустился в составе своей группы в библиотеку. Для каждого из них была приготовлена стопка книг на языке предстоящего изучения. К своему ужасу Владимир увидел «Хрестоматию для чтения текстов на арабском языке». Это был пятый иностранный язык, который предстояло подчинить себе Онищенко.
Уже через год после выпуска из академии он работал на командном пункте ГРУ. От классического восприятия КП, как места управления боевыми операциями он отличался значительно. В разведуправлении это был в первую очередь центр анализа приходящих сообщений. Сюда стекалось огромное количество политической и военной информации со всех уголков планеты. Работа происходила в круглосуточном режиме, по составлению информационно-аналитических сводок для руководства страны и Министерства обороны.
Работало 4 смены офицеров по 6-7 человек в каждой. Каждый был специалистом по «своему» региону. Владимиру Онищенко, как специалисту арабского языка, поручили работу по Ближнему Востоку. Тем более, что в 70 годы он превратился в постоянную зону конфликтов.
Начальник смены Леонид Медведко позднее вспоминал, что их обязанностью было докладывать в ЦК кратко, ёмко, вкладывая самые значительные события в простые слова изложения. За каждую смену Онищенко готовил по 3 сводки: в ЦК, Минобороны, и по разведданным. В каждой должно было быть максимум конкретной информации и прогнозы развития ситуации. На каждую из них высшее руководство страны во многом ориентировалось при формировании внешней политики. По воспоминаниям Владимира Фёдоровича особенно много телеграмм приходило в предутренние часы, до сотни и больше. После составления сводки её вычитывали несколько вышестоящих офицеров, ставили «визы» и только после этого она уходила в высшее руководство страны.
За несколько лет работы Онищенко набил руку и ориентировался по Ближнему Востоку так, как будто сам побывал во многих странах. И вот в 1979 году ему предложили лично поехать в длительную командировку в Иорданское Хашимитское королевство, помощником военного атташе. В теории он уже знал об этой стране всё.
Руководитель разведаппарата в этой стране полковник Назаренко в месяц слал по 40 телеграмм. Только практической информации от них почти не было. Нужно было исправлять ситуацию.
За время командировки Онищенко «оброс» множеством знакомых и приятелей из местной элиты. Не менее важную информацию легко «выуживал» у местных офицеров, которые пробалтывали её во время отдыха в бассейне.
Владимир Фёдорович вернулся из Иордании через 3 года. И снова стал работать на КП. Теперь он уже мог оценивать работу с обеих сторон – и резидентуры и Центра. И вместе со своим начальником Леонидом Ивановичем Медведко ввели важнейшие нововведения в работу командного пункта. Онищенко взялся за невероятную задачу – при всём разнообразии работы аналитиков, создать для них общую методику написания сводок по правилам, традициям и требованиям, которые вырабатывались годами. Кратко, сжато, в репортёрском стиле подачи.
Он что называется «за версту» чувствовал имитацию бурной деятельности участников зарубежной резидентуры и всячески отучал их от этой привычки. Вместе с Медведко они добились, чтобы офицеров перед длительным выездом за рубеж отправляли на практику к ним на КП. Только понимая, что важно и нужно, как принимается и аналитически обрабатывается информация, они понимали, какая информация действительно важна и как отделять её от «шелухи».
В 1986 году Владимира Фёдоровича пригласили работать в новое управление с повышением. Возглавил его будущий руководитель ГРУ генерал Фёдор Ладыгин. Только здоровье внесло свои коррективы. После долгого восстановления Онищенко остался среди оперативных дежурных.
Когда Ладыгин встал во главе ГРУ, он тут же забрал Владимира Фёдоровича своим помощником. Невзирая на сложности 90-х годов, после увольнения в запас специалист столь высокого уровня остался по-прежнему востребован в различных фирмах и компаниях с иностранным участием. Его аналитический ум, потрясающая практика работы и знание пяти языков позволяли выбирать, с кем работать по своему усмотрению. Он и в наши дни не оставляет по своему направлению ситуацию без внимания.
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.