На старых фотографиях Мёртвого моря из 1960–1970‑х годов береговые отели стоят почти у самой кромки воды. Сегодня многие из этих зданий оказываются в сотнях метров от линии берега, а к воде ведут длинные асфальтовые дорожки. Ощущение такое, будто море «утонуло» ниже привычного уровня, оставив после себя полосы голой соли и глины.
За этим образом стоит вполне конкретная история: за последние десятилетия уровень Мёртвого моря опустился примерно на десятки метров, а его площадь сократилась почти на треть. Почему это произошло, куда в действительности «уходит» вода и что ждёт курорты по его берегам в ближайшие десятилетия?
Что за море и почему оно вообще такое необычное
Мёртвое море — это не морской залив, а замкнутое солёное озеро в глубокой впадине между Израилем, Палестиной и Иорданией. Его поверхность — самая низкая точка суши на планете: сейчас это около 440 метров ниже уровня Мирового океана. Вода в нём в девять–десять раз солонее морской, поэтому здесь так легко держаться на поверхности.
Исторически основным источником воды для Мёртвого моря была река Иордан и несколько меньших притоков. Озеро не имеет стока: вся поступающая вода может либо испариться под жарким солнцем, либо уйти в виде подземных потоков. Тысячелетиями баланс между притоком и испарением был примерно стабилен, поэтому уровень воды колебался, но не обрушивался.
Ситуация резко изменилась во второй половине XX века, когда государства региона начали активно забирать воду из Иордана и его притоков для орошения и водоснабжения.
Когда вода начала уходить: поворот середины XX века
Ещё в 1930‑е годы поверхность Мёртвого моря находилась примерно на отметке минус 390 метров, а площадь водного зеркала превышала тысячу квадратных километров. Начиная с 1960‑х, на реке Иордан строятся плотины и водозаборные системы, крупнейшая из которых — национальный водовод Израиля. Параллельно свои проекты реализуют Иордания и Сирия.
К середине 1970‑х годов большая часть естественного стока Иордана уже перехватывается по пути к Мёртвому морю. Вместо прежних 1,2–1,3 миллиарда кубометров воды в год до озера доходит лишь малая доля от этого объёма. При этом испарение никуда не девается: под палящим солнцем региона оно остаётся очень высоким.
Результат прост: каждый год озеро теряет больше воды, чем получает. Уровень начинает падать сначала на десятки сантиметров, а затем — почти на метр в год. К началу 2020‑х его отметка опускается ниже минус 430–440 метров, а площадь водной поверхности уменьшается примерно на треть по сравнению с серединой XX века.
Куда на самом деле «исчезает» вода
Иногда можно услышать фразы вроде «Мёртвое море уходит под землю». В действительности основная причина — банальный дисбаланс между притоком и испарением.
Часть воды забирается ещё до того, как попасть в озеро: на полях, в городах, в системах водоснабжения. Иордан и притоки превращаются из полноводных рек в сравнительно небольшие потоки. Остатки стока не способны компенсировать то, что ежегодно испаряется с поверхности Мёртвого моря.
Дополнительный фактор — промышленная деятельность на юге озера. И Израиль, и Иордания используют рассолы для добычи калийных и магниевых солей. Для этого воду перекачивают в испарительные бассейны, где она постепенно уходит в атмосферу, оставляя минералы. Это усиливает общий водный дефицит.
Подземные процессы тоже есть, но это скорее следствие, а не основная причина. Из‑за падения уровня меняется конфигурация подземных вод, образуются пустоты в соляных слоях, появляются провалы. Но «главный насос», откачивающий воду, — это всё-таки не шахта, а солнце и человек.
Как меняется береговая линия и что происходит с курортами
Для отдыхающих изменения видны буквально глазами. Там, где ещё несколько десятилетий назад пляжи начинались в десятках метров от отеля, теперь до воды приходится ехать на электрокаре или идти по специально проложенным дорожкам. Старые пирсы оказались на суше, а вокруг них — потрескавшаяся соль и глина.
Самая заметная и опасная проблема для инфраструктуры — карстовые воронки, или синкхолы. Когда уровень Мёртвого моря падает, пресная подземная вода начинает промывать отложенные вдоль берега соляные пласты. Соль растворяется, образуются пустоты, а верхние слои грунта в какой‑то момент проваливаются.
С конца XX века счёт таких провалов идёт на тысячи. Они появляются внезапно, разрывая грунт, дороги, парковки. В ряде мест на западном берегу курорты и пляжи пришлось закрыть: слишком опасно строить и принимать туристов там, где в любой момент может образоваться новая воронка.
На иорданской стороне ситуация местами мягче, но общая тенденция похожа: берег отступает, инфраструктура требует адаптации. Курортам приходится вкладывать деньги в перенос пляжей, строительство бассейнов с водой из Мёртвого моря, усиление берегов и мониторинг грунтов.
Что ждёт курорты в ближайшие десятилетия
Полное «исчезновение» Мёртвого моря в обозримой перспективе маловероятно: по мере сокращения площади растёт солёность, а это замедляет испарение. Но даже при частичном стабилизировании уровня озеро будет всё меньше по размеру, а береговая линия продолжит меняться.
Для курортов это означает несколько сценариев. Где‑то можно будет следовать за отступающей водой, строя новые пляжи и дороги ближе к урезу. Где‑то придётся смириться с тем, что удобный выход к морю утрачен, и делать ставку на бассейны с морской водой и спа‑формат.
Параллельно придётся постоянно учитывать риск карстовых провалов. Это означает геологические обследования перед строительством, запрет на застройку в особо опасных зонах и дополнительные расходы на укрепление грунтов. Романтическая картинка «отеля у самой воды» становится всё более дорогой и сложной в реализации.
Туристическая привлекательность самого феномена Мёртвого моря вряд ли исчезнет: людям по‑прежнему будет интересно побывать на самой низкой точке суши и полежать на солёной воде. Но доступ к этому опыту станет более зависимым от инженерных решений и затрат на безопасность.
Попытки спасти море: проекты каналов и поиск компромисса
Идея «подпитать» Мёртвое море водой извне обсуждается уже не одно десятилетие. Наиболее известный проект — канал или система трубопроводов, соединяющих Красное море и Мёртвое море. Планировалось перекачивать часть воды, использовать перепад высот для выработки электроэнергии, а заодно обеспечивать регион опреснённой водой.
Несколько стран региона подписывали рамочные соглашения и проводили исследования, но до полноценной реализации дело так и не дошло: слишком сложное сочетание технических, финансовых и политических факторов. Экологи также предупреждали, что смешение вод из разных морей может изменить хрупкий химический баланс Мёртвого моря.
Другой путь — восстановление хотя бы части стока реки Иордан. Это потребовало бы реформы сельского хозяйства, более бережного отношения к воде и регионального сотрудничества. Пока эти шаги реализуются лишь точечно и в ограниченном масштабе.
Реалистичный сценарий на ближайшие годы — не чудесное возвращение Мёртвого моря к уровню середины XX века, а сочетание смягчения темпов падения, локальных проектов по бережному использованию воды и адаптации курортной инфраструктуры к новым условиям.